— А как же вы одна все донесете? Давайте, мы с Данилой вам поможем! — неуверенно предложила я.
— Как донесу? Да как всегда! — пробурчала она, хитро взглянула на нас из-под бровей и с улыбкой добавила. — Вам, молодым, сегодня положено на венках гадать да через костры прыгать, чтобы урожай богатым был, а не со мной, старухой, в земле копаться. Идите, да на славу повеселитесь. И не забудьте поутру росой умыться — купальская роса целебная, здоровья и красоты придает.
Молодежи возле костров как раз и не обнаружилось — незамужние девушки уже ушли на реку, гадать на венках, парни — с шутками и прибаутками ждать их неподалеку. Хотя, наверняка, сердца екали и у тех, и у других.
— А как гадают на венках? — полюбопытствовала я.
— Точно не знаю, — пожал плечами кузнец. — Венок со свечой ставят на воду, и вроде бы если он поплывет, то быть девице скоро замужем, а потонет — значит, в этом году свадьбы не будет.
— А по манере плавания венка характер будущего мужа определяют? — рассмеялась я.
— Может быть и так, — улыбнулся Данила. — А где твой венок?
— А я не умею венки плести. И в гадания не верю.
Возле костров на бревнах сидели замужние женщины и отцы семейств. Мужчины пили пиво, вели неспешные разговоры, хохотали. Их жены встретили нас с жадным любопытством.
— Данила, Катерина, идите к нам! — принялись они наперебой зазывать нас. — Сюда, сюда садитесь.
Мы устроились в одном кругу с братьями Федотовыми. Иван Федотов, как новоиспеченный семьянин, гордо сидел рядом со старшими братьями, неспешно попивая из кружки и солидно кивая. Он явно был доволен своему переходу в ранг «старших», тогда как его молодая жена так и крутила головой, прислушивалась к доносящимся от реки взрывам смеха и чуть не подпрыгивала на месте от любопытства.
Мне вручили стакан с уже знакомым домашним пивом, но, наученная горьким опытом, я едва пригубила его. Сидела рядом с Данилой и смотрела на темную ленту реки, утекавшую в сторону заката. Вот на воде зажглась звездочка. Я перевела взгляд на небо, но там звезд не было. Это отправился в путешествие по течению первый венок с горящей свечой. За ним последовал еще один и еще, и постепенно река наполнилась огнями. Не иначе как потенциальные невесты знали секрет, как сделать свои венки непотопляемыми. Но картина была завораживающей.
Женщины у соседнего костра затянули песню, красивую, но печальную — про девушку, которой ее возлюбленный поклялся в вечной любви, а потом бросил. С горя она утопилась, а на купальскую ночь явилась неверному в образе русалки и завлекла его за собой в реку. Ждало ли утопленников на дне совместное счастье, осталось неизвестным, так как вернулись настоящие девушки, веселые и шумные, сопровождаемые компанией еще более шумных парней. Среди них я заметила Макса с Костей и помахала им рукой. Макс ответил, а Костя сделал вид, что смотрит в другую сторону. Ему, наверное, эти народные традиции казались смешными и примитивными. Зачем же тогда он вообще пришел?
Я крутила головой, высматривая знакомых. Варвара, в длинном белом платье, с венком в распущенных волосах — вылитая русалка. А вот и Диана, тоже с распущенными волосами, в шелковом сарафане с потрясающей вышивкой, но хмурая. На Данилу она едва взглянула, он же как будто вообще ее не заметил. Или сделал вид, что не заметил.
Семен Федотов увидел в компании молодежи Никиту и нахмурился. Указал на него Петру, тот поднялся, подошел к младшему брату и что-то сказал ему коротко и сердито. Парень принялся было возражать, но, как я уже успела убедиться, в этой семье старший был всегда прав. Петр повысил голос, показал рукой в сторону деревни и Никита, понурившись, побрел в указанном направлении. Странно. Молод еще в подобных праздниках участвовать? Или наказан?
— Я отойду на минутку, — шепнул мне на ухо Данила и вскочил с места. Догнал Никиту, перебросился с ним парой слов, ободряюще хлопнул парня по плечу и вернулся ко мне.
— Пойдем, — он протянул мне руку и помог встать. — Сейчас все начнется.
— Что начнется? — с подозрением осведомилась я.
— А ну, ребята, становись в круг! — зычно крикнул Серега Кудряш, и Данила не успел мне ответить.
Началась веселая суматоха. Кудряш собирал парней в круг у главного купальского костра, а девушки оттеснялись подальше. Я занервничала — терпеть не могу всяческие праздничные конкурсы, хороводы и прочую чушь. Я пыталась объяснить, что предпочитаю быть зрительницей, а не участницей сего развлечения, но меня и слушать не стали. Данила оказался возле костра, а я в толпе девушек, которые шутили и хихикали.
— Что происходит? — спросила я у своей соседки, полненькой хохотушки-блондинки.
— Суженых выбирать будем, — взволнованно объяснила она.
— Кого-кого? — переспросила я.
— Ну, выбираешь себе парня, хлопаешь его по плечу, и убегаешь, — взахлеб принялась она меня просвещать. — Парень догоняет. Если догонит, то идете вместе прыгать через костер. Прыгать надо, держась за руки, и не расцепляться. Если расцепитесь — дурной знак. А если нет — суждено быть вместе.
— Что, все так серьезно? — недоверчиво спросила я.
— А как же! Но не каждую догоняют, — вздохнула он. — Вернее — кого-то и не стараются.
Я почувствовала себя неловко. Может, как раз меня и не постараются догнать? Вот попала так попала! Спорю на что угодно, что на Данилу не одна девица уже глаз положила и пока до меня очередь дойдет, его несколько раз «угонят». Я снова поискала его глазами, и была неприятно удивлена, увидев его чуть поодаль, рядом с Дианой. Девушка стояла мрачнее тучи и нервно кусала губы, а Данила что-то быстро ей говорил. Вот он ласково взял ее за руку, она попыталась улыбнуться, кивнула, и отошла в сторонку. А Данила как ни в чем ни бывало вернулся к костру. Может, они были в ссоре, и он пригласил меня на праздник ей назло, а теперь объясняется?
Ленька Фора уже хорохорился, и кричал, что любую догонит в два счета.
— Спорим? Фору даю, — предлагал он каждому наперебой, хотя непонятно было, кому эта самая «фора» предоставлялась.
Игра началась. Девушки резво подбегали к парням, дотрагивались до плеча
