давно хотел встретиться с ней, чтобы лично передать приглашение на свадьбу. Раньше она избегала этой встречи, но теперь ее глаза радостно сияли.
— У меня словно камень с души свалился. Так легко… Так радостно. И я от всей души желаю им счастья. Сейчас я понимаю, что Целия была права — это всего лишь дружеские отношения и детская привязанность.
Жизнь шла своим чередом. По утрам мы ходили в лес, днем учились и варили зелья, в вечерами тренировались — что то среднее между зарядкой и начальной боевой подготовкой. Я не понимала к чему все это, пока однажды не осознала, что тренировка помогает не только телу, но и магическим каналам.
Я делала все, как положено: ходила в лес, училась, варила зелья, смеялась над шутками учениц Целии. Но меня не покидало ощущение, что я не здесь, и все эти события происходят не со мной.
Однако день заканчивался, и я оставалась наедине со своими чувствами и страхами. И даже магические вестники утром и вечером, теперь почти не успокаивали. Мое сердце продолжало рваться к Дейтону, а разум — отсчитывать дни до момента нашей встречи.
Чтобы хоть немного отвлечься, нашла в гримуаре способ изготовления артефакта, способного маскировать ауру ведьмы. Вместе с Целией мы отправились в город. Наставница сдала зелья в лавку, а затем отвела меня в ювелирную мастерскую, где знакомый ей мастер показал не только камни, подходящие для работы, но и другие материалы, которые использовались при создании артефактов.
— Целия? — неуверенно спросил он, глядя в упор на женщину.
Мужчина надел очки, но все равно щурился, пытаясь получше ее рассмотреть.
— Нет, я ее дочь, — невозмутимо ответила она.
Мастер удивленно моргнул. Он давно ее не видел, и произошедшее с Целией преображение трудно было объяснить.
— А разве у нее были дети?
— Ну, я же стою перед Вами, — с легкой усмешкой ответила наставница.
— Хм… Ты говори, да не заговаривайся, — сердитым голосом произнес ювелир. — Не было у нее детей. Да и меня ты узнала сразу, как только переступила порог лавки.
— Ты прав, — вздохнула женщина. — Это я. Узнал меня, старый.
— Что с тобой произошло? Ты выглядишь слишком молодо для своих лет.
— Мне продали зелье омоложения.
Мужчина резко поднял голову и буквально впился в нее взглядом.
— Дорого?
— Дорого. Пять тысяч золотых.
— Откуда у тебя такие деньги? Лжешь ведь!
— Не важно, где я их взяла. Важен результат.
Ювелир молча открыл сейф и выложил на прилавок два тяжелых мешочка. Они глухо звякнули, ударившись о дерево.
— Задаток, — сверкнул он темными глазами из-под кустистых бровей.
— Тебе придется закрыть лавку на три недели, а может, и месяц, и я не представляю, как ты объяснишь людям свой изменивший внешний вид.
— Три недели — не проблема, у меня есть помощник. А что касается внешности… Ты же как-то встречаешься со знакомыми.
— П-ф… Не забывай, что я живу почти в лесу и бываю в городе очень редко. Если говорить точнее, то один раз в две недели. Посещаю только Храм, ярмарку и лавку, куда сдаю зелья.
Цепкий взгляд мужчины задержался на мне, а затем снова вернулся к Целии.
— Не важно, я что-нибудь придумаю.
— Дело твое. Как только зелье будет готово, сообщу тебе.
Мы покинули мастерскую и направились домой. Некоторое время шли молча — каждая думала о своем.
— Целия, может, ты зря ему доверилась?
— Нет, я знаю его.
— Люди меняются. Тебе ли не знать этого.
— Клейтон сказал, что я могу не скрываться. Колесо Сансары запущено. Боги дали свое благословение.
Я кивнула, думая о том, как удачно мы сегодня съездили за покупками. Материалов, которые приобрели, хватит на несколько амулетов. Девочки получат по кулону, и еще запасные останутся. После ужина сразу же отправилась в лабораторию. Еще раз проверила, все ли мы купили, и подготовила материалы для работы.
На следующий день я с головой погрузилась в изготовление артефактов — это помогало не думать постоянно о Дейтоне, а пережить оставшиеся до встречи дни, не изматывая себя тревогой.
Я подобрала для каждой ведьмочки камень, который лучше всего резонировал с ее магией, нанесла на него руну невидимости и усилила ее дополнительным плетением. Готовый артефакт имел форму кулона-капли, активировался каплей крови и считался личным: после установления связи, он больше не мог использоваться кем-то еще.
Когда мы надели кулоны, я осмотрела всех магическим зрением и с удовлетворением отметила, что артефакты получились именно такими, как планировала. Теперь девочки выглядели как обычные люди, лишенные дара. Ни один маг не сможет определить, что перед ним ведьма, даже если столкнется с ней нос к носу.
— Знаешь, Целия, думаю, всем ведьмам стоит делать такие кулоны. Это станет нашей отличительной чертой… тайной меткой. Знаком.
— Согласна. На первых порах — это твоя прямая обязанность, а дальше, посмотрим, — тут же сориентировалась Целия.
— А ты, оказывается, не промах, — рассмеялась я, заметив, как быстро женщина распределила обязанности.
— Приходится, — иронично усмехнулась она.
Наступил долгожданный выходной. В ожидании поездки в город, я почти всю ночь не сомкнула глаз. Утром Целия, едва взглянув на меня, покачала головой, а я уже ни о чем не могла думать, кроме Дейтона. После завтрака она поставила передо мной бутылочку с зельем и сказала:
— Выпей, а то на тебя без слез не взглянешь.
Я смутилась от такой прямоты, но зелье выпила, понимая, что Целия права — я практически довела себя до нервного истощения.
В город мы отправились все вместе. Когда Целия и ведьмочки вышли из дома, я уже минут десять ждала их у порога. Сердце билось чуть быстрее обычного в предвкушении встречи. Я была счастлива, и уже почти не задумывалась, почему меня так сильно тянет к дракону. Просто приняла это чувство, которое лишь окрепло с момента нашей последней встречи, и позволила себе не бороться с ним, а просто плыть по течению.
Поездка в город показалась слишком долгой. Всю дорогу я смотрела в окно кареты и улыбалась. За стеклом мелькали деревья и поля, а мне казалось, будто лошади сегодня нарочно плетутся медленнее, испытывая мое терпение. Сердце то замирало, то начинало биться быстрее от одной только мысли, что совсем скоро увижу Дейтона.
Я пыталась отвлечься, прислушивалась к разговору ведьмочек, отвечала на вопросы Целии, но мысли снова и снова возвращались к дракону. Каким он будет при встрече? Улыбнется так же, как тогда? Обнимет? Или, наоборот, останется сдержанным?
От этих мыслей внутри становилось одновременно тепло и тревожно.
— Да перестань ты так сиять, — не выдержала, наконец, Целия, бросив
