был глуп и тщеславен, но тоже не отставал от отца. А Нортон... он выворачивал у меня жилы. По его прихоти едва не изнасиловали супругу, он приказал Ортрону похитить Летисию, а сейчас поднял оружие на беззащитный равнинный клан.
Прежде чем я успел высказаться, голос поднял притихший младший сын Родерика.
— Летти у Лахланов.
И все обернулись на него.
— С чего бы ей туда отправиться? — отмахнулся Эддард. — Сестра прячется в чаще. А может, уже завтра выйдет к родному дому. А если нет, то постепенно одичает в волшебном лесе, а во всем виноват он. — Ткнул в меня пальцем, с трудом подавляя гнев.
— Нет, — мотнул головой Томас. — Она к нам не вернется.
— Одичает? — ужаснулся своему же предположению наследник.
— Нет, просто придет не домой, — сощурился юноша.
— И почему? — Казалось, что Родерик действительно прислушивается к своему отпрыску.
Я не стал перебивать парня. Мы с женой редко обсуждали ее семью, но по ней видно было, с какой теплотой она относится именно к Тому. Была бы ее воля, она бы часами рассказывала об их проделках, но я, идиот, ее почти не воспринимал.
Многоликая, теперь я понимаю степень своего наказания. Я своими руками возвел высочайшую стену между супругой и мной.
Томас оглядел всех нас, словно раздумывая, а стоит ли вообще вещать о чем-то подобном.
— Не секрет, что замуж она не хотела... — начал он.
— Это не ей решать, — рявкнул рядом сидящий лаэрд Макензи, оправдываясь за свои действия.
— Я не об этом, — нисколько не смутился молодой воин. — Все ее тянули на свою сторону. Эван, сын Мердока, был ей очарован. Нортон откровенно ее пугал, а вы... — оглядел меня с головы до ног.
— Что уж там, договаривай, — разрешил произнести все те эпитеты, которыми меня наградила лисичка.
— Были слишком напористым, — дипломатично закончил младший. — только Лахлан предложил ей дружбу. Я уверен, она там.
— Это всего лишь догадки, — обрубил Эд. — Я склонен думать, что нужно звать ведьму и идти в Чаролесье.
— Тебе никто не мешает, — Томас сплел пальцы на столе. — Но ты только время потеряешь.
Над словами младшего сына Родерика я основательно задумался. Перед глазами всплыло воспоминание, как Летта улыбалась слабаку-Киркпатрику, как принимала его внимание, как тихо беседовала с ним, не подозревая, что за ней следят.
Как противника Лахлана я не воспринимал. Всем известно, что он держал женщину возле себя, что надеялся получить благословение отца на неравный брак и сам был не рад заключению помолвки. Но даже тогда, их общение с Летисией меня жутко раздражало. Мог ли догадываться о том, что лисичка побежит зализывать рану к тому, кого изначально не взял в расчет? Наверное, мог.
Еще один болезненный щелчок по носу от Многоликой. Я плохо знаю свою жену.
— Отправь к ним посыльного, — предложил лаэрд Макензи, — а мы пока еще раз обойдем волшебный лес.
— Нет, — я мотнул головой. — Чаща меня не пропускает дальше. Я искал ее там, почти догнал, но, клянусь богами, деревья не дали пройти дальше. Эддард, — скрипя зубами обратился к наследнику. Он сразу меня невзлюбил и в восторге от заключенного союза не был. — Можешь ты обежать лес, унюхать ее след? Прежде чем отправляться в дальний путь, надо быть уверенными, что она там.
Все-таки я продолжал мечтать, что супруга прячется где-то рядом. Томас говорил разумные вещи, но сложно погасить в себе последнюю надежду. Да и дорога к Киркпатрикам займет больше недели, и то, если загнать лошадей и почти не делать остановок.
— Я пойду, — хмурясь и сдвинув брови, отреагировал брат жены. — Но не из-за тебя, а из-за Летти. А если найду ее, то вернемся мы не на земли Синклеров, а в родной клан.
Я проглотил и это. Щенок начинал раздражать, но в данный момент споры бы только помешали поискам.
— Извинись! — грозно посмотрел на сына Родерик. — Ты не дома, чтобы позволять себе подобное поведение, и не глава клана, чтобы не испытывать почтение. Я не этому тебя учил!
Отчего-то родитель Летты был на моей стороне.
Все еще пылая от гнева, Эддард возмутился:
— Я напоминаю, отец, — мужчина сжал кулаки, — но это по его вине все случилось. Мы ехали поздравить молодоженов, а выяснили, что сестру здесь оскорбляли и третировали. Разве он подходящий муж для нее? Забери ее отсюда, она здесь несчастлива.
— Она уже моя жена! — Я не выдержал и встал. Я и так никогда не отличался терпением, а разговор с нарывающимся наследником исчерпал все мои немыслимые запасы. — И никто ее здесь не третировал и не обижал.
— Ну-ну, — Эд тоже поднялся, выравниваясь со мной. — Жены просто так не сбегают.
Мгновение, и наружу прорвалась вся клокотавшая внутри меня ярость. Старший брат супруги зарвался, посчитал, что я буду готов выслушивать любые обвинения из-за преступной ошибки, но... Я первым набросился на него, скидывая меч. Налетел, как лавина с заснеженных гор, и попытался сбить с ног, попадая костяшками пальцев куда-то под глазом. Он явно был готов к драке, провоцировал меня, ждал. Молча, без замаха врезал мне кулаком в основание носа. Брызнула кровь. Моя кровь. Долго не раздумывая, я ударил ногой по колену, наблюдая, как мой противник растягивается на полу.
— Прекратите! — влез, наконец, глава всех Макензи. Он приблизился и подал мне руку. В то же время его второй сын помогал подняться брату. — Вы не несмышленые юнцы. Мы все переживаем за Летисию, а ваши ссоры ничем не помогают. — Он обернулся на виновника. — Эддард, я приказываю, извинись! Ты на территории соседнего дружественного нам клана.
Еще задыхаясь, мужчина потрогал пострадавшее лицо.
— Извините, лаэрд, — нехотя растянул слова, покоряясь воле отца.
Я кивнул, показывая, что принимаю извинения и сам преподнес их.
— Прости, — мне было стыдно за произошедшее. Лисичка, того не ведая, вызывала во мне огромную бурю эмоций, а в результате я накинулся на ее родственника. — Я сам неправ. Но поверь, никто здесь не желал Летте зла. Произошла чудовищная ошибка, она все неправильно поняла.
— Для начала я сам расспрошу сестру, — не сдавался Эддард, но тоже обозначил поклон и сменил тему. — С кем я могу отправиться в Чаролесье? Или мне идти одному?
— За дверью стоит Крейг, — указал направление. — Он проводит тебя. Возможно, хотя бы вам улыбнется удача.
— Надейся, Синклер, надейся, — наследник развернулся и ушел, чеканя шаг и оставляя меня, Родерика и Томаса в тишине.
Лаэрду было совестно за сына, но если быть честным, то больше виноват я. Мне следовало проявить больше стойкости, быть мудрым и последовательным, но исчезновение Летты и волнение за нее лишали последней
