— Привет, — она провела кончиками пальцев по его скулам, спустилась к губам и немного рассеянно обвела их — ей нравилось ощущение его кожи, идеально гладкой… Она моргнула и удивленно на него посмотрела.
— Мне не нужно бриться, шерити, — он поцеловал ее пальцы и чуть не рассмеялся ее пораженному виду. — Технологии позволяют решить эту проблему раз и навсегда.
— Как интересно… — она буквально тонула в его глазах.
— Анита, — мужчина с трудом удержался от поцелуя и нежно откинул с ее лица непослушный локон, — мне пора уходить.
— Рэм, — девушка замялась, а потом все же произнесла, — я не хочу, чтобы ты уходил.
— Ох, шерити, — простонал он и прикрыл глаза, как же ему хотелось остаться с ней, но это было невозможно, — если бы я только мог, но мне до рассвета нужно вернуться на Акелдаму.
— Надолго?
— Я не знаю, Анита, — он чуть нервно провел рукой по волосам, — правда не знаю, — сейчас он буквально разрывался между долгом и любовью, и это было невыносимо больно.
— Я понимаю, — она грустно улыбнулась и, немного приподнявшись, коснулась губами его губ. — Я буду скучать.
— Шерити, — его взгляд окутал ее теплом, руки притянули ближе, а губы шепнули: — я люблю тебя, — а дальше был просто головокружительный поцелуй: такой сладкий, такой нежный и такой волнующий, обещающий и манящий.
Рэм с огромным трудом смог прервать поцелуй и заглянуть в ее затуманенные глаза — как же ему не хотелось уходить, тем более сейчас, когда она уже почти готова сделать свой выбор, и выбрать его.
— До скорой встречи, — его бархатный голос буквально физически ласкал ее кожу, вызывая легкую дрожь.
— Я буду ждать, — чуть хрипловато шепнула девушка, а мужчина стремительно встал и шагнул в открывшийся телепорт…
Исао так и не смог уснуть — израненная спина взрывалась болью от малейшего движения и почему-то не спешила заживать. Он попытался связаться со своим нефом, но и тут потерпел неудачу — Корентайн не отзывалась. Мужчина тяжело вздохнул и поморщился, даже такое легкое движение причиняло ему боль.
«Дурак!» — не выдержала девушка-неф, и это единственное слово было наполнено таким количеством разнообразных чувств, что было просто непонятно, откуда она взяла силы молчать раньше.
«Кори», — как же он был рад ее слышать.
«Вот скажи, — неприкрытая обида захлестнула его, — ты вообще понимаешь, каково мне сейчас? За что ты так со мной?»
«Ты это о чем?», — удивился Воздушный Властелин.
«Мы с тобой одно целое, — неф убедилась, что он действительно не понимает, о чем она говорит, и немного успокоилась, — и твою боль я ощущаю как свою. Твои повреждения — мои повреждения».
«Ох… — он пораженно выдохнул, осознав что сотворил своими решениями с ней. — Прости, Кори, я не знал, действительно не знал…»
«Я уже поняла, — едва слышно ответила она. — Только не делай так больше».
«Прости, но я не могу этого тебе обещать, — честно ответил мужчина. — Мало ли что может случиться в будущем».
«Хотя бы пообещай не нарываться», — попросила неф.
«Обещаю», — ответил он.
«Спасибо, — Корентайн вздохнула. — Энергия уходит слишком быстро, мне нужно уходить. Жаль, что помочь тебе я сейчас не в силах — слишком мало энергии и слишком сильно измучен твой организм. Тебе бы сейчас в регенератор…»
«Нельзя, Кори, — нотки сожаления проскользнули в его словах, — иначе все это будет бессмысленно».
«Жаль. Заживать будет долго, да и шрамы опять останутся».
«Ничего, у меня их и так полно. Парочкой больше, парочкой меньше — никто и не заметит», — ирония и легкая насмешка прозвучали очень отчетливо.
«Ох и дурак», — фыркнула девушка-неф и исчезла, оставив его в полной тишине, пытающегося понять что же она хотела этим сказать.
Темный Император сидел в глубоком кресле на небольшой скрытой от посторонних глаз террасе и задумчиво наблюдал за медленно светлеющим небом, а на коленях у него лежал ксей, с экрана которого загадочно улыбалась Анита. Тьма вокруг него очень медленно поддавалась лучам восходящего солнца, как бы нехотя уступая им возможность касаться того, кого обнимала с нежностью любовницы. Она льнула к нему, пряталась в его волосах, пытаясь остаться с ним хоть на мгновение дольше. Но солнце все же победило, его лучи затанцевали алыми отблесками на его волосах, осветили лицо с четкой вертикальной морщинкой между бровей и замерли на экране ксея.
Вот мужчина вздохнул, перевел взгляд на изображение девушки, и вертикальная морщинка разгладилась, а на губах появилась грустная полуулыбка, он коснулся рукой изображения так легко и нежно, как будто дотрагивался до лица любимой. Но уже несколько коротких мгновений спустя, Такеши бросил быстрый взгляд на небо, выключил ксей и стремительно поднялся. Начинался новый день, день, который не сулил ему ничего хорошего, день, когда его возненавидит та, что так важна для него. Он глубоко вздохнул и гордо выпрямился — ему было не привыкать к тому, что его боятся и ненавидят, так что он сможет пережить это. Но все же мысль о ее ненависти причиняла ему боль.
Исао уже встал и оделся, когда в свои покои вернулся Темный Император, пребывающий в весьма мрачном настроении. Он был настолько мрачен и погружен в себя, что советник не рискнул даже поприветствовать его. Такеши же задумчиво прошелся по комнате, а потом повернулся к другу.
— Паршиво выглядишь, — вместо приветствия сказал он, отмечая сильную бледность, чуть заметную ссадину на скуле и незажившее рассечение.
— И чувствую себя соответственно, — попытался пошутить Воздушный Властелин, но шутка не удалась — Темный Император помрачнел еще сильнее. — Успокойся, мне уже лучше, — попытался исправить положение мужчина.
— Кому ты рассказываешь, — едва слышно пробормотал Такеши и уже громче спросил: — Спина сильно болит? Только честно, Исао.
— Прилично, — скрипнул зубами тот, но ответил откровенно.
— Не одевай куртку, — посоветовал Темный Император, — рубашка достаточно свободна, чтобы не беспокоить раны, а от прикосновения куртки может быть намного хуже. Да и не сможешь ты ее одеть сейчас.
— Одену, — он решительно взял куртку и, превозмогая боль, натянул, ее еще больше побледнев при этом.
— Глупо, — устало покачал головой Такеши.
— Зато ничего не заметно…
— Ты скованно двигаешься, — перебил друга Темный Император, — сразу понятно становится, что ты ранен.
— Скажу Аните, что раны еще не зажили, если спросит. Она решит, что это дело рук фоморов, если не увидит своими глазами, — Исао твердо выдержал взгляд алых глаз.
