дело – слышать о его титуле, и совсем другое – ощутить силу, которой обладал этот человек. Теперь меня уже не удивляло, что Царство Теней играло столь важную роль в Кассардиме. Император полагался на эту армию, что, пожалуй, и являлось именно тем посланием, которое пытались передать мне этим визитом.
Когда Ноар обуздал теневого коня, и тот перешел на более спокойную рысь, я незаметно повернулась к нему.
– Если план состоял в том, чтобы запугать меня, то он сработал, – спокойно сообщила я своему жениху.
Он продолжал безразлично смотреть вперед, но я почувствовала, как Ноар начал ласкать мою талию, словно утешая.
– Да, это демонстрация силы, – пробормотал он в ответ, – но не дай себя одурачить. В Кассардиме не зря существует две армии. Как бы мне ни нравилось высмеивать Ифара и его серебряное войско, без них нам не справиться.
Верно! Империя Теней не обладала военным превосходством. Однако больше меня успокаивала мысль, что Ноар из-за меня подавил свою гордость и был честен со мной. И это несмотря на то, что презирал Ифара до глубины души.
Мы остановились на одной из самых высоких скал. Тут, у подножия, расположился раскидистый красный шатер, к которому вела дорога, выложенная кольями. Тяжелые цепи свисали с них. Слава богу, колья оказались пусты, но следы крови на них явно демонстрировали, какой цели они служили.
Внезапно поза Ноара изменилась. Он приструнил своего коня и направил его к группе воинов, сгрудившихся вокруг двух шендаи. Чем ближе мы подъезжали к суматохе, тем неуютнее я себя ощущала. На моем языке появился гнилостный, слегка горьковатый привкус, а ладони стали нагреваться. Боже. Это чувство, к сожалению, показалось мне слишком знакомым и, конечно, не сулило ничего хорошего.
– Что здесь происходит? – потребовал объяснений Ноар. Его присутствие сразу же успокоило разгневанных солдат. Некоторые из них были тяжело ранены, а два шендаи выглядели так, словно вернулись прямо с боя.
– Патруль наткнулся на вихрь Хаоса в туманах, – пояснил офицер, пытавшийся, видимо, выяснить обстоятельства произошедшего.
– Вихрь закрыли? – продолжал расспрашивать Ноар.
– Да, командир.
– Потери?
– Трое солдат и один шендаи.
Воцарилась тишина. Наверное, смерть являлась здесь частью повседневной жизни. Однако по Ноару было заметно, что судьба павших не оставила его равнодушным. Мрачно он кивнул в сторону раненых.
– Отведите их к целителям, – приказал он и хотел уже развернуть коня, но неожиданно вперед выступил высокий рыжеволосый офицер.
– Я вынужден возразить, – громко сказал мужчина. – Этим воинам место в ямах. Они ослушались моих приказов.
Жар в руках перешел в нестерпимое жжение. Сама не зная почему, я сразу поняла, что именно этот человек повинен в моей странной реакции. Стоило мне посмотреть ему в глаза, как мерзкий привкус во рту усилился, будто я выпила целый литр просроченного молока. Наш теневой конь тоже испугался и стал нервно топтать землю копытами. Однако Ноар быстро взял его под контроль.
– Это правда? – спросил он у раненых солдат. Его суровый тон означал: Ноар не станет терпеть подобного поведения.
Один из мужчин выразительно кивнул.
– Да, мой командир.
Никаких побегов и попыток солгать. Они знали, что Ноар в любом случае видит их насквозь. Впрочем, я почти не обращала на них внимания, потому что рыжеволосый офицер притягивал к себе мое внимание, как магнит. В нем было что-то такое, что беспокоило меня.
– В яму их, – приказал Ноар.
Рыжий офицер улыбался, пока его людей арестовывали.
Это казалось неправильным. Неправильным. Ужасным. Несправедливым. Я чувствовала это всей душой.
– Подождите! – крикнула я, выпрыгивая из седла. Я не могла поступить иначе, потому что импульс, не поддававшийся моему контролю, подталкивал меня вперед.
– Амайя, – прорычал Ноар и тоже спустился, чтобы схватить меня. – Это тебе не Золотая гора!
Я слышала, что это не просто игра, и он на самом деле разозлился, но у меня не получалось игнорировать это внезапное желание. Я исправлю то, что здесь было не так. Будто одна неверная нота в мелодии вызывала раздражающий диссонанс. Поэтому я вырвалась из хватки Ноара и встала перед рыжеволосым офицером.
– Какой приказ они проигнорировали?
Мужчина посмотрел на меня, как на надоедливую муху.
– Я не обязан давать ответ самозванке, – отчитал он меня, а затем повысил голос и добавил, чтобы все услышали: – Сам император подтвердил, что эта женщина не его дочь.
Его слова застали меня врасплох. Конечно, я рассчитывала, что еще не раз столкнусь с этим обвинением, но не здесь. Не от одного из людей Ноара. Я разжала кулаки и держала ладони с золотым орнаментом так, чтобы каждый мог их увидеть.
– Мой отец сбит с толку из-за того, что сотню лет провел в плену. Сам Кассардим во время проверки подтвердил мое происхождение и даровал золотые символы правителей Кассардима, – ответила я громко. – Вот почему ты, без сомнения, обязан дать мне ответ.
Теперь все уставились на мои руки, кроме офицера передо мной, испепелявшего меня ненавидящим взглядом. Он не мог отрицать этот очевидный факт. И все же мужчина отказался выполнить мое требование. По крайней мере, до тех пор, пока тихий, но ледяной голос Ноара не рассек воздух.
– Моя невеста задала тебе вопрос, капитан!
Рыжеволосый капитан скорчил гневную гримасу, от которой мне сделалось не по себе. Противный привкус во рту ощущался все сильнее – так же, как мучительное жжение в ладонях.
– Мои люди отказались прорваться в вихрь Хаоса, чтобы закрыть его изнутри, – прорычал он наконец.
Как только до меня дошел истинный смысл его слов, среди солдат прокатилась волна ужаса.
Паш заставил свою лошадь сделать несколько шагов навстречу нам и с мрачным видом спросил:
– Ты хотел принести в жертву людей, хотя существовали и другие варианты?
Воздух начал потрескивать. Странное напряжение нарастало вокруг капитана. Он определенно не собирался оправдываться. Создавалось впечателение, что мужчина скорее наслаждается случившимся. И вдруг я увидела две клубящиеся бездны в его глазах.
Испугавшись, я отпрянула.
– Он одержим Хаосом…
Потом все произошло очень быстро. Капитан схватил меня за волосы и дернул на себя. Инстинктивно схватившись за его руки, чтобы сопротивляться, я вздрогнула от невероятной боли, пронзившей мои ладони. Имперские символы и осколки соприкоснулись с Хаосом и заставили меня ощутить все их страдания. На несколько секунд прикосновение перенесло меня в черный дым, полный едких запахов и вспышек. Я чувствовала себя невесомой. Меня затягивало на самую глубину. Водянистые глаза, наполненные чистым Хаосом, появились в этом дыму. Они прищурились в изумлении.
Ошибка! Я совершила ошибку.
Хаос усмехнулся. У него не было ни лица, ни губ, но я чувствовала ухмылку. Я сумела
