потеряв способность к восстановлению. Игла читала об этом, но ни разу не видела прежде. Она сжала камешек чуть сильнее, и он рассыпался пылью в её ладони.
– Что это значит? – спросил Ветер, с беспокойством глядя на помрачневшие лица Иглы и Дара.
– Что землетрясение было ни при чём, – ответил Дар, вынимая из стены ещё один мёртвый багрец.
– Нет-нет! – замотал головой Ветер. – Во время землетрясения обрушилась самая высокая башня, и свет тотчас исчез! Дракон обернулся вокруг терема, чтобы не дать ему рухнуть! Жрецы говорили, что дело в той башне!
– Скорее всего, башня была источником иллюзии звёздного неба, – сказала Игла. – Но подпитывали эту иллюзию вот эти волшебные камни – багрец.
– А их наполняла своей магией Забава, ваша Белая Царица. – Дар указал на трон. – Когда она ушла из города, магия начала постепенно иссякать. Землетрясение повредило башню, чары иллюзий прервались, и свет исчез, это правда, но даже если бы башня не упала, свет всё равно бы потух. – Он коснулся трёх сияющих камней. – Этого запаса магии не хватило бы надолго.
– Но это можно поправить? – с надеждой спросил Ветер. – Восстановить башню? Заново наполнить камни? Всё вернуть на свои места?
Игла посмотрела на Дара и положила руку на плечо Ветра, надеясь его утешить.
– Эти камни нельзя наполнить заново, – сказал Дар. – Да и если бы было можно, чар хватило бы на год… то есть на один большой колокол, в лучшем случае. А из того, что осталось… и того меньше.
На глаза Ветра навернулись слёзы. Губы его задрожали, подбородок напрягся – Ветер попытался сдержать порыв, но не вышло. И он заплакал. Игла присела перед ним на корточки, стараясь заглянуть в глаза.
– Мне очень жаль, малыш. – Она ласково погладила Ветра по плечам. – Мы бы очень хотели вернуть вам свет.
– Я… не… из-за света… – всхлипнул Ветер, размазывая слёзы по лицу. – Я и без него… нормально… я… Жрецы… теперь… велят вас… казни-и-ить!
Игла обняла Ветра и оглянулась на Дара, тот задумчиво смотрел на стену, а потом принялся выковыривать багрец и раскладывать по карманам. Вот же. Ребёнок плачет, а он занят тем, что себе багрец ворует. Вытянув потухший камень, Дар протянул его Игле.
– Ну-ка, прикоснись.
– Что ты задумал? – нахмурилась Игла, но к камню прикоснулась. Багрец, почуяв магию, мигнул слабым, почти невидимым светом и снова потух.
– Этот, кажется, ещё можно наполнить, – пробормотал Дар, придирчиво разглядывая грани. – Отлично.
– Дар? – напомнила о своём вопросе Игла.
– Если мы найдём достаточно живых камней, – Дар заговорил торопливо, будто едва поспевал за собственным мыслями, – то можно будет попробовать заново раскинуть иллюзию над небольшой частью обитаемого города. Если сделать всё правильно, то света, вполне возможно, хватит на десяток лет. Мало, но лучше, чем ничего. Может, за это время, зная, что такое свет и когда ему придёт конец, они одумаются и решатся наконец покинуть город.
Ветер всхлипнул и перестал плакать, в глазах его зажглась надежда. Дар, перехватив его взгляд, мимолётно улыбнулся ему.
Втроём они быстро вытащили из стены все подходящие камни, разложили по сумкам и, закончив, принялись искать книгу. Но удача им не улыбнулась: трижды они обошли терем, но не нашли ни одной – совсем. Похоже, Забава читать не любила. Посовещавшись, решили двинуться в обратный путь. Прежде чем уйти, Дар забрался на череп поверженного дракона и забрал из его лба последний тлеющий багрец.
В городе их уже ждали. Едва Дар с Иглой переступили ворота, воины взяли их в плотное кольцо, схватили и, несмотря на протесты и просьбы Ветра, куда-то поволокли. Игла ожидала, что они снова окажутся в храме, но ошиблась. Их привели на небольшую площадь, освещённую синим огнём, который плясал на каменных столбах. На площади теснились люди, бледные, испуганные, болезненно худые, они встревоженно шептались, звенели наполненными камешками косами и явно чего-то ждали. На каменном возвышении неподвижно, словно сияющие статуи, стояли жрецы. А за их спинами медленно раскачивались две петли. У Иглы внутри всё похолодело: их вели на виселицу.
Глава 33
Терем наполняли сиреневые сумерки. Балдахин над кроватью волновался, то открывая, то закрывая вид на уснувший закат. Шелковые простыни обнимали тело влажной прохладой. Забава водила тонкими пальцами по голой груди Светозара, а он всё ещё не мог поверить в то, что чувствует каждое её прикосновение. Даже после всего, что произошло. Год. Целый год он не знал себя, а теперь вдруг обрёл заново. Правда? Правда ли? Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Наверное, он по-прежнему заключён в темноте, а всё это – лишь сладкий сон. Обман. Ложь.
– Разве это похоже на ложь? – прошептала Забава ему на ухо и коснулась горячим языком мочки.
Светозар посмотрел на неё во все глаза. Неужели он говорил вслух?
– Как ты делаешь это? – повторил он в который раз, а Забава звонко рассмеялась.
– Я же дочь богини, дурачок. – она извернулась и в одно движение оседлала его. Выгнулась, проводя ладонями по животу, обнажённой груди, шее. Светозар затаил дыхание, не в силах пошевелиться, зачарованный её пугающей красотой. Забава самодовольно улыбнулась и плотоядно облизнула губы. – Мне ничего не стоит укрепить твой дух.
– Укрепить дух? Ты… разве ты не вернула меня к жизни?
– О нет, глупенький. – Она наклонилась, её соски коснулись его груди, дразня. – Это даже мне не по силам. Я поделилась с тобой своей магией, чтобы ты стал… твёрже. – Она хихикнула и недвусмысленно прижалась к нему бёдрами. – Твоя ведьма тоже бы так смогла, не будь она такой слабой.
Упоминание об Игле холодной волной прокатилось по телу Светозара, а после его затопило жгучее чувство вины. Он резко сел, сбрасывая с себя Забаву, которой, кажется, стало только веселее.
– Понимаю твоё расстройство, – притворно вздохнула она, падая на подушки и выгибаясь подобно ленивой кошке. – Не повезло связаться с такой никчёмной девчонкой. Так старается, что сама того и гляди в Навь провалится, и при этом даже подобия тела тебе дать не может. – Она снова захихикала, бросая взгляд на растерянного Светозара. Глаза её округлились, став похожими на рыбьи, губы растянулись в хищной улыбке, она вскочила, с восторгом вглядываясь в его лицо. – О-о! Она тебе не сказала?
– О чём? – Светозар с трудом сглотнул ком в горле, отстраняясь от нависающей над ним Забавы.
– Не сказала! Не сказала! О-о, она ещё прекраснее, чем я думала, твоя дурёха ведьма! – Она схватила Светозара за подбородок, не давая отвернуться. – Подвеска, которую я ей подарила, высасывает силы из неё, чтобы ты мог бродить по свету, бесполезный ты мешок призрачного дерьма! –
