Анимаг и Оборотень - Алена Гнутова

почувствовала, как по щекам текут слезы, хотя сама она сидела ровно, как статуя. Она никогда не думала, что папа может так поступить с ней и с мамой. И если в начале их отношений Роза прислушалась к отцу, проверив те «факты», которые он говорил, то сейчас она знала Малфоев лучше, они ей открылись, она бы никогда не просила освобождать, действительно, плохих людей. Дело было не только в том, что она сама почти Малфой, хотя по факту так оно и было, ведь все мужчины их рода создавали рунную связь уже после свадьбы, они со Скорпиусом просто миновали этот момент. Но она не считала нужным наказывать и Эвана Эйвери, ведь он был пешкой то в руках своих друзей, то в руках отца. Почему раньше за преступления, совершенные под Империусом освобождали, а сейчас даже не хотят слушать про подобное? В конце концов, Роза старалась не обижаться на отца, она решила доказать ему, что Малфои хорошие, тогда он поймет и ее, и маму, и вернется к ним.

— Так что там с Драко? — осторожно перевела тему Роза, чтобы со стороны не казалось, что отказ от нее родного отца имеет меньше интереса и переживаний, чем член семьи Малфоев. — Астории так и нет, я бы поняла, что в доме кто-то появился, я поставила оповещающие чары.

— Дата апелляции назначена, — грустно сказала Гермиона. — И судя по его словам, Астория до его отъезда получила приказ не покидать свое укрытие, поэтому она вряд ли появится.

— Может это и к лучшему, — выдохнула Роза. — Будет легче все сделать вместе с Драко.

Гермиона посмотрела на дочь. Да, она явно сомневалась, правильно ли поступает. Но Роза была безумно благодарна матери, что она пошла на все, ради ее будущей семьи и ее счастья, ведь в детстве ей казалось, что мама любит свою работу чуть больше, чем своих детей.

— Мам, все будет хорошо, честно, — Роза подошла к Гермионе, обнимая ее. — Я все исправлю, обещаю.

Вот только как исправлять, она не имела понятия. Им может удастся только в случае полного возвращения сознания Астории. Ведь абсурдность людской фантазии уже дошла до того, что ее убил Драко в одно из своих превращений, а когда перестанут следить за Мэнором, туда спокойно может вернуться и Люциус, ему будет достаточно, в свет выходить он не стремится.

— Очень хорошо, мисс Уизли, — похвалила ее МакГонагалл, после очередного урока, который был у них на следующий день после той отвратительной и мерзкой статейки. — Нет, правда, у вас большие успехи. У нас очень хороший темп. Думаю, что до конца учебного года точно управимся.

Роза поблагодарила директрису и направилась к Роксане, так как Скорпиус сегодня вечером был с Люциусом в лесу.

— Вижу, что тебе стало лучше, — улыбнулась Роза, присаживаясь на кровать сестры.

Однако Роксана демонстративно от нее отвернулась, даже не поздоровавшись.

— Эй, что случилось? — обеспокоенно спросила Роза.

— Ты мне трижды соврала! — Роксана, наконец, повернулась к ней.

— В чем? — не совсем понимала Роза, что имеет в виду кузина, если только что-то про статью…

Но вместо ответа Рокси протянула ей сложенный, как конвертик, пергамент, а на нем значилось для мисс Уизли.

Даже по почерку Роза понимала, что это от Люциуса. А его привычка называть ее мисс Уизли… Кажется, сова перепутала, принеся записку совсем не той мисс Уизли, ведь даже в самом письме ее имени нигде не было обозначено, только Роксанино.

Вчера я случайно наткнулся в лесу на кентавров. Думал, что они не захотят говорить со мной, но оказалось, что они видели, как я спас тебя, поэтому захотели отблагодарить, ответив на любой мой вопрос. Я задал твой, про сущности с душами. Ниже координаты места, где они обитают. Однако душу выбирать должен тот, кто собирается ее делить, поэтому это будет должна сделать сама Роксана, но только после того, как ты снимешь с нее остатки чар.

Л.М.

P.S. Спасибо тебе за Драко, я слышал, как люди обсуждают слова твоей матери из статьи.

— Ты просила за Драко, ты общаешься с Люциусом Малфоем, ты… — запнулась Роксана, чуть останавливая свой гнев. — Ты что-то знаешь о Даммене?

Роза медленно выдохнула. Один раз ведь она уже доверилась Роксане о своих чувствах к Скорпу, и она ее поняла, даже немного помогла. Может, и сейчас кузина даст ей какой-то совет, что ей делать с тем, во что сейчас превратилась ее жизнь?

— Он был здесь, — вскочила с кровати Роксана. — И ты мне не сказала? Роза, почему? Ты второй раз уже решаешь все за меня…

— А разве в первый раз было плохо, когда ты все узнала в нужный момент? — пыталась успокоить Роксану Роза. — Я же и сейчас делаю все, чтобы вы были вместе…

— О каком «вместе» может идти речь, когда он даже не пришел ко мне, а пришел к тебе? — всхлипнула Роксана.

— Он не пришел к тебе, потому что не хотел показываться перед тобой тем, кем он стал, бездушным человеком, — поясняла мотивы Даммена Роза. — Невозможно сделать другого человека счастливым, пока не счастлив сам, он просто не хотел обрекать тебя на вечные страдания.

— Сколько осталось до моего исцеления? — с напором спросила Рокси.

Роза понимала, что Роксана такая же упертая, как и она, поэтому своего мнения не поменяет. Тем более, рано или поздно Роза все бы ей рассказала. Просто вышло не так, как она ожидала.

— У тебя когда следующее занятие со Слизнортом? — как бы невзначай спросила Роза, когда они со Скорпиусом сидели в общей гостиной башни старост и пытались делать домашнее задание.

После той статьи на их отношения в школе стали смотреть с презрением. Но Роза со Скорпиусом лишь в открытую смеялись над этим. Во-первых, им правда было все равно на написанное, а во-вторых, люди видели, что их это не задевает, понимали, что в газете скорее всего написана неправда, а потому и не получали большого удовольствие от сплетен на подобную тему.

— А что? — Скрпиус повалил ее на диван, наваливаясь сверху. — Опять к моему деду собралась?

Роза, прищурившись, всматривалась ему в глаза. И хоть он пытался скрыть свою ревность под шуткой, она все равно отчетливо виднелась. Хотя какая-то логика во всем этом была, ведь благодаря рунам она не сможет быть ни с кем другим, род ее не отпустит, но внутри рода перемещения, скорее всего, возможны.

— Конечно, — довольно усмехнулась Роза. — Скитер ошиблась, на самом деле я сплю не с твоим отцом, а с твоим