не возьмешь.
— У нас точно нет своих людей в замке? — спросил Джерхейн.
— Откуда им там взяться? — усмехнулся толстяк. — Дружину выгнали, тех, кто сопротивлялся, прикончили, члены Совета Карн теперь в замок не ходят, заседают в городе, Совет старейшин тоже старается без нужды туда не заглядывать. Старая прислуга сбежала, а новую никак не наберут — все местные, как один, ненавидят и боятся колдунов, да еще призраков невинно погубленных Холгойнов. Говорят, днем и ночью по замку разгуливают.
— Я бы тоже там разгуливал… как невинно погубленный, — хмыкнул Джерхейн. — Кстати, в замок ведет несколько подгорных галерей. Ту, которая идет из святилища Ильфейна, я и сам хорошо знаю. Мы с Ройгом частенько там шатались.
— Надеюсь, ты не собираешься ей пользоваться? — ехидно поинтересовался толстяк.
— Если Вельг — глава Ильфейна, то я не самоубийца, — отрезал Холгойн. — Ходов, кстати, много, но знаем мы о них — чуть. Эх, если бы раньше разведать, — вздохнул он и встал. Музыканты закончили играть, он отсыпал им монет и попросил задержаться еще ненадолго. Потом, улыбнувшись Лейт, поинтересовался, не голодна ли она, и, услышав ответ, предложил присоединиться к столу.
Лейт до сих пор не привыкла к пряной, острой кухне Риаллара, но здешние сыры и фрукты нравились ей, и она с удовольствием потянулась к тарелкам. Выслушав печальный рассказ об угасших Воротах, он искренне ей посочувствовал.
— Я, кажется, тоже здесь застрял, — пожаловался он, наполняя кубки гостей. Он хотел налить и Лейт, но она отказалась. Арали ей тоже нравилось, но она с непривычки быстро пьянела. — В этом мы с тобой похожи. Не так-то это просто, оказывается, вернуться домой.
— Вы говорили о прислуге, — сказала Лейт робко, — простите что слышала, — поспешила извиниться она, но никто на нее не гневался, и она неуверенно продолжила. — Можно было бы заслать в замок кого-нибудь… неприметного. На кухне, знаете, всегда обо всем известно, — улыбнулась она. — Поваренок или девушка-служанка запросто могли бы разузнать все, что вам надо. И девочку увести. Если там одни колдуны, то скорее всего малышка предоставлена сама себе, за ней никто не следит. Кто обратит внимание, если она вдруг подружится с мальчиком лет десяти — двенадцати? Сколько ей, кстати?
— Она дочь риана, — буркнул Джерхейн. — Никто не позволит ей болтать с поварятами. Ей сейчас семь.
— Она сирота, — голос Лейт обрел уверенность. — Смею заверить вас, аш-чи, что скорее всего, никто за ней не смотрит как надо. А мальчик или девочка чуть старше ее возраста не вызовут подозрений, да к тому же смогут легко найти те ходы, о которых вы упомянули, и выскользнуть из замка так, как никто из взрослых этого не сделает.
Рыжебородый одобрительно кивнул.
— Верно. А ты сама бы… рискнула?
Лейт смутилась. Она? Да она же здесь совсем чужая, любой дурак поймет, что она пришлая. Да и родители … отец обещал ей перебраться через Пролив.
— А что? — заговорил толстяк вкрадчивым шепотом. — Найдем парнишку из своих, он ей там все покажет и расскажет. А что не местная, так это даже лучше. Местных-то в замок палками не загонишь… Легенду придумаем такую, что Кимр прослезится.
— Лишь бы к хэльду не потащили, — сказал рыжебородый.
— Не потащат. Островитянам нет дела до прислуги. Это чейн да чьянши жалуются, что рук не хватает.
— Погодите, — перебила их Лейт. — Вы что, решили, что я…
— Разве нет? — ухмыльнулся рыжебородый. — Мне кажется, у тебя получится. Не бойся, тебе будут помогать. Ты ведь, как я понял, все равно застряла в Дарнейте надолго. К тому же, эргалонские Ворота пока функционируют исправно. Вернешься оттуда прямиком в Ард Эллар, а до дому наймешь мастера Дороги. Не бойся, девонька. У таких как ты, красавиц да умниц, все всегда получается, как надо.
Лейт горько усмехнулась, вспомнив свою злосчастную переправу через Пролив. Если бы не Джер, сидеть бы ей в трюме, пленницей, а может и вовсе наложницей пиратов. Она подняла на него взгляд и увидела его умоляющие, полные надежды глаза. Сказать "нет" не повернулся язык… В конце концов, она жива только благодаря ему. Почему бы не попробовать хоть чем-то вернуть этот долг? И это избавление от ненавистного Нейрада…
И она неуверенно кивнула, соглашаясь.
— Вот и умница, — обрадовался рыжебородый.
38. Новые пути
(Сезон Холода, Ард Эллар, река Тойрент)
Утро началось с холодного мокрого снега, завалившего костер и засыпавшего липкой пленкой спальные мешки путников. Линара, стуча зубами, принялась вытаскивать из-под груды веток газагара сухие дрова и раздувать огонь. Лигур и близнецы отправились вычерпывать талый снег из лодок, а Рек занялся завтраком, отпуская ворчливые комментарии на счет тех, кого понесла нелегкая дьяволы знают куда и зачем. Ройг так и не понял, имеет ли тот ввиду конкретно его одного или всех сразу. Запастись бы терпением, подумал он лениво, подыскивая себе поле деятельности и убеждаясь, что все делается и без него. Что ж, тот, кто не мешает, подчас приносит гораздо больше пользы, чем несколько энергичных помощников.
Они быстро позавтракали, наслаждаясь теплом костра и горячей пищей — похлебкой из мелких хлебных злаков и тертого сушеного мяса. В исполнении Река она оказалась почти съедобной. Тэйн, который так и не привык к пресной пище Ард Эллара, проглотил ее, мысленно обещая себе роскошное пиршество по возвращении домой, и, тщательно скрывая раздражение, принялся собираться в дальнейший путь.
Окружающие пейзажи наводили хроническое уныние, от которого хотелось плюнуть на все и сбежать куда подальше, или, на худой конец, напиться до невменяемости. Жухлая грязно-бурая трава, серое грязное небо, серая стылая вода, леденящий промозглый ветер превращали путешествие в пытку. Солнце не показывалось до полудня, в середине дня робко мелькнуло в прорехе облаков и скрылось, то ли напуганное свинцовой серостью пейзажа, то ли устремляясь туда, где его ждал более радушный прием. Линара уверяла, что с продвижением на юг окрестности станут живописнее, а пока унылые вересковые пустоши сменялись гранитными глыбами, обсыпанными кустиками золотистого мха, низенькими кривыми деревцами и стелющимися по земле корявыми ветками газагара, чей ствол торчал над землей наподобие трухлявого пня, разбрасывая окрест паутину ветвей.
Лодка быстро скользила по течению, маневрируя меж изредка
