повлиять.
Когда я обошла камень, с другой стороны, совершенно чистой от лоз и лишайников, то оказалась не готова к тому, что увидела. Демонические руны были высечены на камне, их магическая сущность, как и у других текстов, наделённых силой богов, исходила волнами потусторонней энергии. Она пронизывала мою кожу.
Я смотрела на камень, ошеломлённая и раздосадованная, а затем повернулась к Голлу.
— Как, по-твоему, я должна проглотить этот валун?
Очень серьёзный фейри теней, сопровождающий нас, шагнул вперёд, его выражение впервые приобрело нечто похожее на раздражение.
— Мизра, я не знаю о вашей миссии, но вы не можете проглотить Сердце Сольцкина. Оно священно для моего народа.
Я шумно выдохнула, с трудом сдержав желание закатить глаза.
— Я прекрасно понимаю, что это физически невозможно. Но я уверена, что богиня Эльска вела меня сюда, и именно эти слова мне нужны. — Я осмотрелась, пытаясь понять, не ошиблась ли и нет ли где-то ещё надписи. — Я не понимаю, — прошептала я скорее себе.
Выражение Валлона стало ещё мрачнее, прежде чем он наконец сказал:
— Как вы и сказали, это невозможно.
Мысли о моём народе, о моём отце, о моём брате, страдающих от чумы, умирающих, возможно, в эту самую минуту, скручивали мне нутро. Отчаяние начинало захлёстывать меня, ведь как я смогла преодолеть первые две преграды, но оказаться бессильной перед третьей? Почему боги привели меня сюда, если я должна потерпеть поражение сейчас?
Голл положил ободряющую руку мне на поясницу, и его глубокий, ровный голос разорвал затянувшееся молчание.
— Ей не нужно глотать камень. Ей нужны только слова.
Тон, каким он это сказал, заставил меня взглянуть на него с вопросом. Он сверлил Валлона таким взглядом, будто я упускала что-то важное.
Морголит подошёл ближе к Валлону.
— Это правда. Ей нужны только слова.
Морголит посмотрел вверх, на камень, и я невольно последовала его примеру, разглядывая надписи, окружённые толстыми ветвями плюща, но всё же оставшиеся открытыми.
— Может ли он помочь нам?
Лицо Валлона ещё больше омрачилось.
— Я не вижу возможности, чтобы он покинул Гадлизель ради помощи принцессе фейри Луны в её поручении от Богини Леса, — резко бросил он с явным цинизмом.
Морголит с нажимом произнёс:
— Посмотри на неё. Она не просто лунная фейри.
Он указал на мои крылья и тень, окутывающую меня.
— Она больше, чем кажется.
— Кто может помочь нам? — спросила я.
Красные глаза Валлона скользнули по мне и моим крыльям. Ответа он не дал. Это сделал Морголит.
— Принц Торвин из Гадлизеля обладает особыми способностями.
Валлон зашипел на Морголита, но я быстро добавила:
— Он может как-то снять слова?
Валлон снова уставился на камень, его раздражённый взгляд стал ещё более ярким.
— Снова повторяю, это не наше дело. То, что случится с фейри света, нас не касается.
Он сказал это с уверенностью, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на вину.
Треск, раздавшийся от камня, заставил меня вздрогнуть. Голл подхватил меня, оттаскивая на несколько футов назад, и все мы замерли, следя за тем, откуда доносился звук.
Но трещал не сам камень. Толстая, как моё бедро, лоза, обвивавшая надписи, начала отделяться от его поверхности.
Я ахнула, когда два изумрудно-зелёных глаза раскрылись среди двух листьев, обращённых к нам. Вокруг глаз свисали нити плюща, похожие на волосы.
— Дриада, — прошептала я, хотя никогда прежде не слышала о таких.
Голл частично заслонил меня собой. Её рот был вырезан из коры лозы. Хрупкие ноги и руки, тоже состоящие из лоз, отделились от камня, когда она спустилась вниз, словно была частью этого камня на протяжении долгих лет. Тёмно-зелёные лозы её волос тянулись к земле, окутывая её тонкое, обнажённое тело, целиком состоящее из коры.
Никто не произнёс ни слова, пока она смотрела на нас, затем широко зевнула, её листья дрогнули, прежде чем она остановила свои неземные глаза на мне.
— Я ждала тебя.
Её голос был странно детским, напоминая мне Зу, Тикку и Гету.
— Ты ждала меня? — спросила я, выходя из-за Голла, который всё ещё держал руку на моём плече. — Как долго?
Она моргнула своими лиственными глазами, подняла взгляд, будто вспоминая, и ответила:
— Три тысячи лет. И ещё один.
Сорин издал звук удивления. Валлон слегка изменил позу, но никто больше ничего не сказал.
— Это очень долго, — проговорила я, чувствуя, как сердце начинает биться всё быстрее.
Она пожала плечом, таким хрупким, как мой запястье, и легонько отбросила свои волосы из плюща длинными, тонкими пальцами.
— Я подождала несколько сотен лет, а потом поняла, что ты могла ещё не родиться. И, возможно, не родишься ещё очень долго. Тогда я решила немного поспать.
— Понятно, — произнесла я. Затем мне вдруг пришла мысль, и я повернулась к Голлу:
— Ты понимаешь, что она говорит?
Я задумалась, говорю ли я на том древнем демоническом языке, на котором, по словам Голла, я общалась с водными духами.
— Да, — ответил Голл.
— Они понимают меня, — проговорила дриада, затем повернулась к Валлону, её волосы из плюща неестественно взметнулись. — Ты ошибаешься, жрец. То, что случится с фейри света, касается и тебя.
Она указала на меня одним из своих длинных пальцев.
— У неё есть роль, как и у тебя, жрец.
Мы все были потрясены внезапным появлением древней дриады, но Валлон, казалось, был невозмутим и удивительно спокоен, когда она обратилась к нему.
— А какова моя роль? — смело спросил он.
Она улыбнулась, обнажая острые зелёные зубы.
— Ты узнаешь.
Затем она снова откинула свои волосы из плюща через плечо, напоминая мне придворных дам в Иссосе, когда те изображали надменность, играя в аристократок перед фейри при дворе.
— А сейчас ты приведёшь своего принца. Он скажет ей слова.
Затем её взгляд стал жёстким, а зелёные глаза заискрились ярче.
— Если ты хочешь защитить гору, — её голос перешёл в зловещий шёпот, — от всех, кто там обитает, тогда ты должен сделать то, что я говорю.
На мгновение я была сбита с толку, ведь, казалось, она должна была сказать «и от всех, кто там обитает», а не «от». Но я не решилась задавать вопросы. Она явно была на моей стороне.
Валлон почтительно наклонил голову перед дриадой.
— Я вернусь с принцем Торвином.
И, не сказав больше ни слова, он согнул ноги, взмахнул крыльями и взмыл в воздух, оставив за собой порыв ветра.
Дриада повернула свои зелёные глаза ко мне, моргая с детским любопытством.
— Его не будет некоторое время, — пояснила я.
Она снова пожала плечами и откинулась на тёмный камень Сердца Сольцкина. Несколько побегов плюща, всё
