треском взметнулись за его спиной. Серебро в глазах плавилось от ярости.
Лексан держался сбоку. Его тень скользила по земле, растекаясь щитом, готовая сомкнуться или ударить в любой момент.
Огонь Киры вырвался не бесконтрольно, как раньше, – он слушался. Вспыхнул на ладонях, закрутился кольцом, заплясал по воздуху, точно зная, кого искать.
Первый тенебр осел в пламени, как вспыхнувшая солома. Нет, не сгорел, но остановился. И этого было достаточно, чтобы пробраться дальше, ближе к разлому.
– Контакт! – рявкнул Лексан, взлетая над неровным рельефом. – Левый фланг! Восемь… нет, девять!
Пустошь не давала маневрировать, и приходилось прилагать больше усилий, чтобы оставаться в воздухе. Но это лучше, чем быть затоптанным тварями при неудачном раскладе. Один из зарядов Лексана попал в склон, вызвав взрыв, – камни лавиной хлынули вниз.
Кира не сбавила темп. Она разрезала воздух руками. Не щадила себя: ей не нужно было выжить, ей нужно было отвлечь как можно больше тенебров.
Монстры вылезали отовсюду: из трещин, щелей, прямо из клубящегося марева. Неорганизованные, и в то же время… слаженные. Словно кто-то управлял ими.
Справа от Киры, почти на краю поля зрения, двигался Шеду. Он держал дистанцию. Не ближе, не дальше – ровно столько, чтобы не порвалась связь. Если бы Кира споткнулась, он бы ее поймал. Но сейчас у нее была другая цель. Ее злило, что вместо того, чтобы искать Финорис, остальные ринулись за ней.
Мирра летела слева. Крутилась вихрем. Держала фланг, ругалась и направляла пламя так точно, будто метала проклятия.
Фирен бежал напролом, перепрыгивая через камни и кусты. Он чувствовал Финорис. Кира это знала, надежда была только на его связь.
– Там! Защитный купол! – крикнул он. – Тридцать шагов! За гребнем!
Аарон появился сбоку от Киры почти без звука. Отбил атаку тенебра, подобравшегося к ней со спины.
– Давай, отходим! – бросил он, пытаясь схватить ее за руку и потащить за собой. – Еще пара таких залпов, и они все вцепятся в тебя.
– В этом и смысл! Уходи! Фирен ее нашел! Ты нужен там! – Кира выстрелила. Пламя взметнулось, закручиваясь кольцом, и охватило трех тенебров сразу. Один взвыл – звук был глухой и трескучий, словно ломающееся стекло.
Голову пронзило болью.
– Не дай им сомкнуться вокруг тебя! – крикнул Аарон. – Что-то ими управляет, Дракон тебя дери!
И в этот момент разлом дрогнул.
Воздух над ним задрожал, как над расплавленным металлом. Камни будто сдвинулись, пространство вывернулось, и новые тенебры стали выползать на поверхность.
– Движение! – Лексан рванулся. – Слева тоже!
– Кира, к куполу! – закричал Фирен. – Прорывайся!
Она уже видела его – тонкий пузырь из защитной магии, как трепещущий шар. Внутри в голубоватом свечении виднелись три фигуры: Финорис, рядом – Айзек и Зарак.
Их магия – тень и пламя – едва удерживала купол.
Кира рванула вперед, к ним. Ладони горели. Взорвалась огненная дуга – тенебр отлетел обугленным месивом к земле, но продолжал атаковать. Шеду тут же нырнул рядом, став живым щитом между Кирой и тварью, давая Кире спокойно пролететь к Финорис. Его тени змеились под ним по земле. Они связывали, резали, останавливали тех, кто нападал снизу.
– Справа – крупный! – Мирра метнулась вверх, сверкая клинками, лапа тенебра задела ее ногу, рассекая кожу. – Мне рано умирать, понятно?!
– Не дам. – Лексан кинул сгусток тени – взрыв магии отбросил тенебра в яму.
Наконец они прорвались к пленникам. Защитный купол дрожал, готовый рассыпаться. Кира протянула руку – магия узнала ее и впустила. Приземлившись, Кира шумно затормозила о камни и песок, на ходу убирая крылья.
– Фин, мы здесь, – выдохнула она, подбегая к подруге и падая на колени.
Финорис подняла глаза. Лицо – белое, как полотно.
– Вы… пришли, – прошептала она.
– Да. – Кира положила ладонь на ее плечо. – Мы рядом.
Финорис держала Айзека за руку. Их магии смешивались – ее огонь переплетался с его тенями, образуя защитный купол. Вот как они продержались так долго. Защита слабая – купол еле держался, и все же они были живы. Чуть в стороне от них сидел Зарак, его темные волосы были спутаны, а на щеке застыла грязь, смешанная с засохшей кровью, но в глазах его горел вызов. Он крепко сжимал амулет с изображением Дракона и Феникс – символ единства, в которое он отчаянно верил.
– Зарак, я рада, что ты жив. – Кира внимательно осмотрела его.
– А еще свеж и светел. – Он хрипло усмехнулся. – Признаться, надеялся встретиться с вами при менее трагических обстоятельствах.
Лексан, ввалившись под купол вместе с Фиреном, моментально оказался рядом с Финорис.
Шеду прикрывал тыл и зашел после брата. Оценив обстановку внутри, он направил часть своей силы в купол, подпитывая его и не давая рухнуть. Кира видела, как Умбра, обретя форму Дракона, взмыла над разломом и ударила по самому крупному тенебру. Он пошатнулся, но устоял. Тогда она закрутилась вихрем, обвила его тело и, раскрыв гигантскую теневую пасть, откусила ему голову.
Тварь рухнула на землю, из обрубка текла густая темная жижа. Но, даже обезглавленный, он не умер: изуродованное туловище дергалось и тянулось к куполу, все еще пытаясь прорваться к ним.
И Кира поняла: добраться сюда было серьезным испытанием, но выбраться отсюда – задача посложнее.
Желательно живыми.
Лексан опустился рядом с Финорис. Его руки дрожали, когда он дотронулся до нее, сначала ладонью, потом не выдержал и осторожно обнял ее, так, словно любое резкое движение, и она снова исчезнет.
Финорис коротко кивнула ему, обмякла в его трепетном объятии и… прикрыла глаза.
– Эй, Фин, не вздумай, – тихо, но резко сказал он. – Если ты вырубишься, я тебя поцелую. Прямо тут.
Она фыркнула, почти беззвучно, но глаза так и не открыла:
– Тогда я точно потеряю сознание.
– Так и знал, – пробормотал он и аккуратно сдвинул прядь волос с ее лба.
Кира смотрела на них – и в груди разливалось тепло. Потому что это было настоящее. Грубое, измученное, искреннее.
Фирен, до этого молча сжимавший кулаки, подошел к Финорис. Его ладони загорелись ровным светом. Он присел на корточки, коснулся ее плеча – и передал ей магию через их связь.
Финорис вздрогнула, открыла глаза и благодарно вздохнула.
– Ты… – Она глянула на него. – Оставь себе, не отдавай все. Это опасно.
– Я чувствую тебя, Фин, – мягко сказал он. – Всегда чувствую. Не вздумай исчезать. – Этот огромный качок всхлипнул. – Что я маме скажу?
Финорис улыбнулась уже бодрее, ее сила возвращалась на глазах.
– Я прикрою твой зад, как всегда.
Шеду, все это время державший купол, вздрогнул от глухого удара снаружи и поморщился. Все будто вспомнили о том,
