никаких трудностей карта не сулила. Ни гор, ни болот, ни холмов, ни оврагов. Сплошная равнина с мелкими речушками и маленьким озерцами. Отчего этот дверг паникует? Степняки не так страшны. Хотя для мирных раэнорцев и они, видно, грозная опасность.
— Велемир, думаю, дней за двадцать управимся.
Разведчик согласно кивнул:
— Должны.
— Лошадей не берите, Велемир. Послушайте моего совета. Ведите себя тихо, — устало пробормотал Угард. — Стоячую и речную воду не пейте. Ищите родники. Огня берегитесь. Сколько вас?
— Двенадцать.
— Хорошо. Перед сном с картой посидим. А сейчас пойдем, проверим снаряжение. Если что нужно будет, дам.
Они вышли из дома. Стемнело. После дневной жары дышалось легко. Угард зажег фонарь и пошел впереди, освещая дорогу. Огни в домах давно погасли — жители в Дусьях ложились рано. Только на самой окраине поселка виднелся свет. Оттуда доносились шум, пение и смех. Спутники дверга то и дело спотыкались. Наконец, угодив во внушительную выбоину в мостовой, Велемир не выдержал:
— Да что за ерунда! Дверг! У тебя здесь шею сломаешь!
Даже не оглянувшись, Угард пробубнил:
— А тебе, дураку, для того и светят под ноги, чтобы цел был. Пошевеливайся и не ворчи. Слышишь, как твои буянят? Перепились, поди, как всегда! Вот я посмотрю на вас, как на рассвете-то выходить будете! Так уж и быть, на опохмелку фляги наполню.
Хаггар усмехнулся и покачал головой. Вяло переругиваясь, они подошли к казарме. Внушительного вида здание походило, скорее, на преуспевающую гостиницу. Двери гостеприимно распахнуты, ступени освещены фонарями. Оставив свою лампу у входа, Угард и его спутники прошли по широкому, с множеством дверей, коридору и оказались в огромном зале с каменным полом, высоченным закопченным потолком и камином чуть не вполстены. Посреди зала стоял стол с батареей наполовину пустых бутылок самого разного калибра. Было чем и закусить. За столом места свободного не было. Разведчики, сидя в обнимку с солдатами, распевали:
Я пришел с войны домой,
Хоть и ранен, да живой.
Эй, красотка, не реви!
Мужа крепче обними!
Минуту-две никто не замечал вошедших. Но вот один из двергов оглянулся, увидел капитана и вскочил. За ним повскакали с мест остальные. Разведчики, завидя Велемира, тоже поднялись.
— А ну, балбесы, кончай посиделки! — прогремел бас Угарда. — Живо убрать все и на боковую! Вы пятый сон смотреть будете, когда разведчики за Стену уйдут!
Дверги засуетились, убирая со стола остатки трапезы, а капитан, арандамарец, Велемир и его люди прошли в комнату, где были свалены мешки со снаряжением. Еще раз все тщательно проверив, разведчики наконец отправились спать. Угард ушел к себе, пообещав разбудить.
В самый темный час перед рассветом разведчики вышли в поход. Вопреки совету дверга решили ехать верхом. Оставив позади спящий поселок, они проехали лиг пять по широкой мощеной дороге и оказались прямо перед воротами. Хаггар с интересом оглядывал Стену, высотой локтей тридцать, сложенную из гигантских валунов. Такому укреплению мог позавидовать и Арандамар.
— Значит, есть все-таки в Раэноре строители с головой, — одобрительно кивнув в сторону Стены, обратился он к ехавшему рядом Велемиру. — Не все игрушками занимаются.
Разведчик усмехнулся:
— Были, дружище. Стене-то не одна тысяча лет. Так ведь, Угард?
— Точно. Длинная она. Влево лиг на двести уходит и вправо на триста. Такая во всем Раэноре одна.
— Как это степняки ее подкапывать умудряются?
— Сам не понимаю. Ладно. Приехали уж. Эй, дозорные! — крикнул дверг в темноту. Тут же, испугав лошадей, перед ними выросли четыре кряжистые фигуры. — Открывайте потихоньку ворота!
Наверху пришли в движение мерцающие огоньки факелов, послышались грузные шаги часовых. Раздалось лязганье железа. Огромные кованые засовы сняли с петель и потянули створку на себя.
— Ну, удачи. — Капитан отсалютовал Велемиру и взглядом проводил разведчиков, одного за другим скрывавшихся в непроглядной тьме.
Визит Главного лекаря откладывался больше недели. Сначала княгиня попросила Фрэя повременить с докладом о делах в восточных областях страны, хотя незадолго до этого торопила с отчетом. А потом началось что-то и вовсе невообразимое. Его даже в княжеские покои перестали впускать. У запертых дверей стояли суровые стражи и спокойно объясняли многочисленным посетителям, что госпожа не может никого принять. Сегодня, как и несколько дней до этого, лекарь получил отказ.
— Если я понадоблюсь, пусть за мной пришлют. — Проворчал он, не скрывая досады. Стражи смотрели сочувственно, а один из них доверительно сказал:
— Господин лекарь, пришлют за тобой, кажется, не скоро. Госпожа серьезно заболела.
— Заболела? Ну так впустите меня!
— Нельзя. Она сама приказала, чтоб никого. Ни-ни!
Махнув рукой, Фрэй отвернулся и пошел было прочь, но тут за его спиной скрипнула дверь, и послышался горький женский плач. Обернувшись, Фрэй увидел служанку Мелиту. Прислонившись к дверям, девушка отчаянно рыдала. Лекарь подошел к ней и участливо спросил:
— Мелита, детка, что случилось?
— Ах, господин лекарь! — простонала служанка. — Я больше так не могу! Она меня убьет! — И она снова разрыдалась.
— Кто?
— Госпожа!
— Что ты говоришь, Мелита! Прекрати плакать, объясни! — Фрэй взял девушку за руку, но она вырвалась, закрывая лицо. — Пойдем, Мелита, я дам тебе успокаивающие капли. Ты слышишь меня? — Голос лекаря стал строгим. Он встряхнул служанку за плечи. Мелита, преодолевая рыдания, забормотала:
— Изо дня в день, господин лекарь! Она и себя уморит, и нас. Заперлась в спальне. Не ест ничего, говорит, что не хочет. А если и съест, то не глядя, даже не замечая, что ей подают. За целый день слова не скажет. Только “да” да “нет”. Сидит в кресле и будто чего-то ждет. Взгляд в одну точку уставит, как прислушивается. А в глазах, господин лекарь, чернота и ужас! — Служанка снова заплакала.
— Не реви, — приказал Фрэй. — Такое с ней уже было?
— Не знаю! — простонала Мелита. — Я ведь при ней недавно. О боги милосердные! Сама умрет и нас всех с собой заберет! Я спать не могу, а усну — кошмары снятся. Страшно там! Вокруг нее черные птицы летают!
— Замолчи! — вдруг рявкнул Фрэй. — Хватит чепуху молоть! Княгиня заболела, а вы, вместо того чтобы звать врачей, ждете чего-то и трясетесь от страха! — Лекарь обернулся к стражникам. — Слышали? — Оба кивнули. — А теперь пропустите меня.
Часовые переглянулись и, чуть помешкав, открыли дверь. Фрэй вошел в княжеские покои. Встревоженный речами Мелиты, лекарь, тем не менее, не заметил ничего настораживающего. Как всегда, сновали с поручениями слуги, журчали фонтанчики и щебетали птицы, курились благовония. Вот только музыки не было слышно. Провожаемый удивленно-испуганными взглядами слуг, лекарь прошел по коридору к дверям княжеской спальни и остановился. Ему стало не по себе. А вдруг Мелита ошиблась, и княгиня вовсе
