Тут я вернулась. Я сидела, сжавшись в комок, посреди пещеры. Выпрямилась и поняла, что по-прежнему цела. Самосознание вернулось. Все еще дрожа, я посмотрела наверх и увидела, что дверной проем снова появился. Это был выход, путь к Кийо.
Я пошла по следующему коридору, снова погружаясь в темноту. Когда он окончился, я оказалась в пещере, выглядевшей в точности так, как и первая. Только на этот раз я была не одна. У дальнего ее края спиной ко мне стоял человек, изучавший стену. Он почувствовал мое присутствие и обернулся.
У него были рыжеватые, тронутые сединой волосы, доходившие почти до плеч. Резкие черты лица, квадратная челюсть и острые скулы создавали какую-то грубую красоту. Он был одет как джентри. Большую часть фигуры окутывал плащ, по богатству не уступавший нарядам Дориана. Насыщенный фиолетовый бархат, полы, расшитые драгоценными камнями. На голове корона, сделанная из блестящего металла, слишком яркого для серебра.
Я решила, что это платина. Это был шедевр ювелирного мастерства, сплошные завитки и волны, имитирующие облачный циклон. Концы обруча встречались в небольшой точке над лбом короля, образуя острый клинышек. Бриллианты и аметисты, вставленные в кружевные изгибы металла, сверкали при странном освещении.
Но по-настоящему меня привлекли его глаза. Они не могли удержать какой-то один цвет, постоянно менялись, словно облака в ветреный день. Лазурно голубые. Серебристо-серые. Темно-фиолетовые.
— Здравствуй, отец, — сказала я.
Когда он посмотрел на меня, эти глаза приняли ровный темно-синий оттенок.
— Ты не такая, какой я тебя представлял.
— Прости.
— Не важно. Ты справишься. В конце концов, ты — лишь сосуд. Твоя магия возрастет, все, кто окажется рядом с тобой, увидят, что задуманное свершилось, когда наконец ты родишь ребенка.
Я помотала головой.
— Я не рожу тебе наследника.
— Значит, ты не пройдешь дальше, умрешь здесь.
Я промолчала. Злоба ожесточила его черты, и без того не мягкие. Испарилась даже та невеликая привлекательность, которая была свойственна им. Я вспомнила реакцию мамы, ее чистую, неколебимую ненависть к нему. Глаза короля Бурь снова вспыхнули, превратились из синих в темно-серые, почти черные.
— Ты — глупая, недоразвитая девчонка, которая понятия не имеет о том, что происходит. Судьба двух миров зависит от тебя, но ты слишком равнодушна и слаба, чтобы что-то с этим сделать. Не важно. Ты не единственная, кто может воплотить мою мечту.
— Ты имеешь в виду Жасмин?
Он кивнул.
— Ей недостает твоей силы и воинских талантов, но и она, опять же, только сосуд. Важнее то, что девчонка сама этого хочет. Эзон постарался на славу. Он приходил к ней долгие годы, прежде чем забрать ее. Она знает свой долг и исполнит его.
Холодный тяжелый комок заполнил мой желудок. Я изо всех сил старалась не забеременеть, но Жасмин поступит иначе. Она будет стремиться к этому, намеренно пытаясь родить наследника короля Бурь. Тогда вся моя самоуверенная контрацептивная теория пойдет прахом.
Король Бурь читал мои мысли.
— Возможно, став той самой избранной, ты смогла бы контролировать ситуацию. Наверное, быть матерью наследника вовсе не так уж и плохо. Если же избранной станет твоя сестра, то никаких послаблений не будет.
— Ты пудришь мне мозги, пытаясь добиться своего. Не выйдет.
Глаза короля Бурь потемнели.
— Как хочешь. Не будет никакой разницы, если ты сдохнешь здесь, рядом со мной.
Я посмотрела на ровную дальнюю стену и пожелала, чтобы камень открыл проход. За ним я чувствовала Кийо, ускользавшего от меня. Мое сердце, если оно вообще было в этом обличье, забилось быстрее.
Я зажмурилась.
— Чего ты хочешь от меня?
— Подчинись один лишь раз, и сможешь идти, — сказал мне на ухо Эзон, появившийся неизвестно откуда.
Он притянул меня к себе, и я попыталась отогнать накатывающую тошноту. Где-то в глубине сознания я чувствовала, что все это не имеет никакого значения. Я была здесь не в физическом теле, не могла забеременеть. Это все понарошку.
Тем не менее все казалось очень реальным. Если честно, так оно и было. Руки Эзона на мне. Его дыхание на моей шее. Я чувствовала это в точности так же, как если бы он делал все в реальности, как собирался раньше.
Я открыла глаза и увидела, что отец смотрит на меня. За его спиной Кийо удалялся все дальше и дальше.
— Хорошо, — ответила я и едва узнала собственный голос.
Эзон развернул меня к себе и поцеловал, грубо, жестко, нимало не заботясь о том, что я не отвечала ему. Он опустил меня на землю, прижал спиной к острым каменным выступам. Прежде чем снова погрузиться во тьму, я увидела короля Бурь, холодно и равнодушно смотревшего на меня.
Я зажмурилась, попыталась отогнать мысленную и физическую боль, снова открыла глаза и поняла, что сижу на земле, прижав ладони к ее твердой поверхности. Как и раньше, я не чувствовала боли. Моя одежда вроде была в порядке. Вот еще одна иллюзия. Мое тело даже не вспомнит о ней, но она наверняка застрянет в моем сознании на какое-то время.
Я поднялась и пошла вперед, к Кийо.
В следующей пещере меня кое-кто ждал. Прежде я не видела этого маленького, щуплого человечка, одетого в красное бархатное платье странного покроя. Он держал в руках небольшой сверток, обернутый тканью, и нервно ходил туда-сюда. Когда человечек заметил меня, его лицо посветлело от облегчения.
— Вот и вы, ваше величество! — воскликнул он. — Я все ждал вас.
— Ждал? Зачем?
Он протянул мне сверток.
— Чтобы отдать вашу корону. Вы должны ее надеть.
Я нервно посмотрела на сверток, потом на гладкую, ровную стену, разделявшую нас с Кийо.
— Мне нужно пройти еще и через это? Просто надеть корону?
Человечек кивнул, переминаясь с ноги на ногу.
— Торопитесь, время на исходе.
Я понимала, зачем нужна корона, знала, что сделал Дориан под стенами крепости Эзона. Неизвестно как, но я унаследовала Ольховое Царство и стала его королевой. Впрочем, я этого совершенно не хотела. Если только выберусь отсюда живой, то уж как-нибудь решу эту проблему. Если надевание короны положит конец всему этому садизму, то я ее нахлобучу. По сравнению с тем, что мне уже пришлось пережить, это будет совершенно легко.
— Отлично. Давай сюда.
Человечек вручил мне сверток. Я развернула его и едва не выронила, когда увидела, что в нем лежало.
Эзон носил золотой обруч. Корона Дориана, которую он надевал редко, тоже была простой. Она напоминала венок из листьев, выкованных из различных металлов — серебра, золота, меди. Вероятно, Майвенн и прочие правители Мира Иного носили похожие штучки.
Но это был не просто обруч. Корона оказалась тяжелой, платиновой, причудливым сплетением металла с бриллиантами и аметистами. Как у короля Бурь, только поменьше и поизящнее. Впору для женщины.
