Валлия - Лебедева Василина

– Максим! Пожалуйста, дай мне самой пойти.

– Лия…

– Пожалуйста. Мне неловко будет перед хозяйкой, – стушевалась я.

– Хорошо, – сдался он, – Обувайся и пошли есть.

Сидя за столом, в своеобразной столовой этого гостевого дома, поглощая лёгкий супчик и наблюдая за сидящим напротив Максимом, который расправлялся с большой отбивной, я незаметно пару раз себя ущипнула. Всё было настолько хорошо, что я боялась, что сейчас проснусь и выяснится, что Максим не смог принять моего прошлого и уехал, а я сижу в данный момент не за столом, а лежу в храме.

Но нет: вот он, отодвинув тарелку, нахмурился, потому как я ещё не доела и пригрозил, что сейчас самолично начнёт кормить с ложки. Услышав его слова, я не смогла сдержаться и улыбнулась ещё шире. На что он, улыбнувшись и выдохнув, сжал мою ладонь, но тотчас отпустил.

С трудом впихнув в себя остатки супа, я уже было поднялась, чтобы убрать со стола, но он не позволил, быстро всё сделал сам. Потом опять подхватил меня на руки и отнёс в нашу комнату.

Уложив на кровать, навис надо мной:

– Тебе надо отдыхать и спать побольше, чтобы быстрее восстановиться.

– Хорошо, – от его близости голос дрогнул. Понимание, что его губы сейчас коснутся моих, сводило с ума заставляя сердце биться всё быстрее. Но Максим, жадно осмотрев моё лицо, задержавшись взглядом на губах, резко отстранился, от чего я еле удержала стон разочарования.

– Отдыхай, девочка.

– А ты? – вырвалось у меня.

– Приму душ и тоже полежу немного, – ответил, направляясь в ванную комнату.

Прикрыв глаза и счастливо улыбаясь, я повернулась на бок, слушая шум воды и с нетерпением ожидая его возвращения. Только вот мой истощённый организм решил по-другому: покормленная и разомлевшая даже не заметила, как уснула.

Пробуждение было приятным, а когда я поняла, что сплю, прижимаясь к боку Максима, моя голова покоится на его плече, а его рука лежит на моём бедре, я замерла и счастливо улыбнулась. Приоткрыв глаза, сначала даже не поняла: уже утро или вечер, да хотя какая разница?

Грудь Максима мерно поднималась, во сне он приоткрыл немного губы, по которым так и хотелось провести кончиком пальца. Но я не шевелилась, не решаясь нарушить его сон, лишь полюбовавшись на его профиль, закрыла глаза и с улыбкой опять провалилась в сон.

А вот проснувшись второй раз, поняла что одна. Присев на постели прислушалась, осмотрелась: Максима не было. Совершив все гигиенические процедуры, одевшись, я вышла из комнаты, походила по дому, раскланялась в коридоре с хозяйкой и вышла на улицу. Накрапывал мелкий дождик, потоптавшись на крыльце под навесом, я вернулась обратно и позвонила Максиму.

– Доброе утро, девочка, – услышала в трубке его голос и всё, моё хмурое настроение смыло этой ласкающей интонацией его голоса.

– Доброе, а ты где?

– Лия, я в больнице, поговорю с врачом и приеду. Ты оденься, потому что мы позавтракаем и поедем беседовать со жрецом. Ты ещё не передумала рассказать ему подробности?

Мотнув головой, ответила:

– Нет, даже уверена – это нужно сделать.

– Ну, хорошо. Я буду примерно минут через сорок.

– Ладно. Я…я буду ждать, – закончила чуть слышно и отключила вызов. Почему-то мне показалось, что он сейчас улыбается.

Максим приехал спустя час. За это время успела одеться на выход, поговорить с Мартой, заверить её, что у меня всё хорошо и всё-таки не выдержав напора её вопросов, немного рассказала о складывающихся отношениях между мной и Максимом.

Без интереса просматривала очередной сайт в интернете, когда услышав торопливые шаги в коридоре, вскочила, нервно поправив одежду, двинулась к двери, которая уже распахнулась. Максим словно влетел в комнату, на миг приостановился рядом, внимательно пробежался по мне взглядом и, выдохнув, рывком притянул к себе.

Множество раз за сегодняшнее утро я отгоняла от себя мысленные картинки нашего поцелуя, а сейчас, вцепившись в его плечи, замерла с запрокинутой головой, не решаясь сделать последний шаг навстречу. Нужно было только приподняться на цыпочки и прильнуть к его губам, но я стояла замерев.

Смотрела, как он медленно наклоняется,… рвано выдохнув, я не выдержала – рывком приподнялась и сама прикоснулась к его губам. Максим обхватил меня за талию, прижал к своему телу, удерживая затылок, завладел моими губами, мгновенно углубив поцелуй.

– Лия, что же ты творишь, – оторвавшись, прошептал мне в губы, удерживая уже меня, не желающую разговаривать.

Я вывернулась, и снова прижалась к его губам, наслаждаясь игрой и лаской наших языков. Рыкнув, Максим немного отодвинулся.

– Если ты не хочешь сейчас оказаться подо мной, сама должна отстраниться, – вопреки своим словам, он ещё теснее прижал меня к себе. А у меня от его слов разгоревшийся в груди пожар перетёк вниз, чуть ли не скрутив внутренности. Закусив губу так, что ещё немного и выступят капельки крови, попыталась сделать шаг назад. Но Максим удерживал стальной хваткой, словно не хотел дать мне этого шанса. Буквально несколько мгновений и он, тяжело выдохнув, отпустил меня.

– Нам ведь надо ехать к жрецу, – прошептала, словно оправдываясь.

– Надо, – кивнув, вздохнул, провёл тыльной стороной ладони по моей щеке, резко отвернулся и ушел в ванную. А я стояла, приложив ладонь к груди, словно это могло бы помочь успокоить ритм сердца.

Позавтракав в небольшом, но уютном ресторанчике, через час мы уже входили в трехэтажное офисное здание.

– Никогда бы не подумала, что у жрецов есть кабинеты, – обронила, поднимаясь по лестнице. Максим усмехнулся:

– В наш бюрократический век, в котором миром правят бумаги и отчёты, я бы удивился, если бы у них не было этих кабинетов.

Удобно устроившись в кресле напротив стола, за которым сидел Улзий, я сбивчиво объяснила ему причину, по которой не рассказала все подробности прошедшего ритуала. Жрец, нахмурившись, выслушал меня и к моему облегчению, покивав головой, сказал:

– Я понимаю тебя. К сожалению, я тоже немного не доверяю Виктору. А вот причину так же не могу объяснить, – закончил он задумчиво.

– Но вам я бы хотела рассказать всё, что происходило. Мне кажется, – я немного стушевалась, но после ободряющего, поддерживающего пожатия ладони, которую держал Максим, уже смелее продолжила: – Я почему-то уверена: что вам просто необходимо рассказать.

Жрец тепло улыбнулся.

– Я рад, что сумел заслужить доверие.

Посмотрев на Максима, собралась с духом и начала рассказывать, вновь окунаясь не в самые приятные воспоминания. Стараясь не упустить ни одной детали. Стоило мне только начать, как я даже немного растерялась, когда Максим встал, рывком приблизился, приподняв меня, сел в кресло, усаживая меня на свои колени и прижимая к себе. Шикнув смущённо на него, услышала его голос у макушки: «Продолжай», – обернулась к жрецу, который сидел с лицом, словно ничего не произошло, запинаясь, продолжила рассказывать. Как только я закончила, в кабинете повисла тишина, нарушаемая лишь приглушенными звуками из-за окна.

– Я должен тебя поблагодарить, Валлия, – жрец как-то устало улыбнулся мне, – Честно говоря, я догадывался, что ты что-то не договариваешь, но о таком даже предположить не мог.

– Я из…

– Нет-нет, – перебил он меня, побарабанил задумчиво пальцами по столу, не отводя от меня взгляда, – Я признаться тоже немного схитрил и не рассказал Виктору всей правды о твоих потоках, когда проверял тебя в больнице.

– И что же вы увидели? – я подалась в нетерпении вперёд и упала бы, если бы ни вовремя меня подхвативший Максим. Улзий, увидев это, негромко, по-доброму рассмеялся, Максим фыркнул мне в макушку.

– Давай посмотрим более внимательно, – жрец поднялся и вышел из-за стола, я привстала, и Максим нехотя меня отпустил.

– М-м-м, хорошо, – бормотал Улзий, проводя ладонями буквально в сантиметре от моего тела, – Очень хорошо! – проговорил он удивлённо и отошёл.

– Что с её даром? – Максим поднялся и притянул меня к себе, – Потоки выпрямились?