Когда я протягиваю его, сексуальные-глаза морщит нос, будто я его оскорбила, и кивает в сторону Тролля.
— Он возьмет его.
— Я хочу его обратно.
— Получишь, когда выйдешь из моего клуба.
— И как ты вообще узнал?
Ещё один взгляд сверху вниз.
— Кто, чёрт возьми, носит сапоги в это время года?
Туше.
— Я мог бы арестовать тебя за ношение такого уродливого оружия.
— Это подарок.
— Видимо, ты была очень особенной для этого человека.
— Если тебе интересно, мне нравятся уродливые вещи. Например, твоё поведение. Я могла бы послать тебя, но понимаю, что быть придурком — такая же часть твоей генетики, как и это красивое лицо.
Хотя мои слова должны его задеть, у него действительно до боли красивое лицо, и, судя по всему, это его совсем не задевает — он стоит с абсолютно невозмутимым видом.
Когда я отдаю нож, Тролль опускает руку, позволяя мне пройти, и, протискиваясь мимо мужчины в чёрном, я не могу не заметить, насколько он крупный и насколько давяще ощущается даже в своей расслабленной позе. Такое чувство, будто его взгляд только что полностью меня обыскал. Он явно больше, чем кажется, и я готова поспорить, что под поверхностью скрывается что-то тёмное.
— Как только найдёшь мальчика, я попрошу тебя немедленно покинуть помещение.
— Конечно. И кстати, я думала, что для входа в бар не обязательно быть старше двадцати одного.
— Не обязательно. — он проходит мимо, ни разу не вынимая рук из карманов, и мне приходится буквально заставлять себя не смотреть на его очевидно мускулистую задницу в этих брюках. — Туалет по коридору справа, — говорит он, прежде чем снова исчезнуть в тени.
Смех привлекает меня к двери слева, и, заглянув внутрь, я вижу Джастина, сидящего на коленях у женщины в ярком костюме с перьями, из-за которых она похожа на павлина. Сцена, как она его щекочет, могла бы показаться странной, если бы за ним не стояла его мать, скрестив руки и закатывая глаза, разговаривая с женщиной, стоящей ко мне спиной.
— Эй, вот ты где. — я вхожу внутрь, и передо мной открывается вся комната, заставленная туалетными столиками, с костюмами, развешанными повсюду, словно взорвалась стая птиц из пайеток.
— Кааарли! — визжит Джастин, увидев меня, и слезает с колен женщины. — Смотри, мам! Это Карли!
С неловкой улыбкой я машу Марсель, и уже через секунду женщина, с которой она разговаривала, поворачивается ко мне. Золотистая кожа с лёгким красноватым оттенком, короткое волнистое каре, хрупкая фигура и яркие ореховые глаза — всё это отзывается во мне горько-сладкой нотой.
У меня перехватывает дыхание.
Годы меняют людей, я это знаю. Но под всеми изменениями остаётся нечто неизменное — знакомое тепло, которого не касается время. Глядя на свою подругу из прошлого, я чувствую, как к глазам подступают слёзы. Так долго я хотела хоть что-то почувствовать.
И вдруг — чувствую всё.
— Ты! — любопытство, которое я заметила раньше, сменяется злостью, и она идёт ко мне, указывая пальцем. — Ты хотела просто… высадить её здесь, чтобы она взяла ключи и поехала домой? Когда очевидно, что она сейчас под кайфом! Ты вообще в своём уме?
— Бри! Не смей говорить так, будто я младше тебя.
Её сестра резко поворачивается.
— Ты вообще не имеешь права говорить. Пока не протрезвеешь. Ты отменена, Марсель, так что молчи!
— Слушай, я не собираюсь влезать в ваши семейные разборки. Я просто пыталась помочь.
— Помочь? Помочь — это отвезти её домой, а не привезти в стрип-клуб с ребёнком!
— Во-первых, похоже, для этого ребёнка это не первый раз, а во-вторых, я не знала, что она или ты работаете в стрип-клубе. Я просто везла её к тому, кто мог бы помочь. А судя по всему, ты её сестра?
Бри открывает рот. Закрывает. Снова открывает, как…
— Ты выглядишь как рыбка, тётя Бри! — выкрикивает Джастин, и я кусаю щёку, чтобы не засмеяться.
Бри зажимает переносицу, и по её движению я понимаю — она тоже пытается не рассмеяться.
— Ладно. Мне нужно пятнадцать минут. Миранда подменит меня. Ты можешь подождать? Я отвезу вас с Джастином домой.
— Ладно, — отвечает Марсель, скрестив руки. — Машину тоже придётся тащить. Стартер, похоже.
Бри снова смотрит на меня.
— Ты механик?
Я качаю головой.
— Мой… «папа» был. Я помогала ему чинить машину.
— И сколько это стоит?
— Я не… уверена. У нас это было бесплатно. Думаю, может, пару сотен?
Её глаза расширяются.
— Пару сотен? Серьёзно?
— Может, меньше. Я не знаю. Забудь, я не разбираюсь. Слушай, если хочешь, я занесу продукты, и мы разойдёмся. Мне нужно ехать.
— Где ты остановилась?
— Эм… я не, э… я…
— Я просто спрашиваю, потому что хочу сделать что-нибудь приятное за помощь, а наличных у меня сейчас нет.
— О. Не… не беспокойся об этом. Мне не нужны твои деньги. — я зажмуриваюсь и качаю головой. — Я не имела в виду, что твои деньги грязные. Я не это имела в виду.
— Марсель сказала, что ты из Мичигана.
Я сказала ей Мичиган? Господи, мне нужно внимательнее следить за тем, что я говорю.
— Да, где-то в Мичигане.
— Ты любишь рис с подливой?
— Вместе? Конечно. Наверное. Типа… отсюда?
Я не знала, что в стрип-клубах подают рис с подливой. Кажется, это было бы грязным блюдом для такого места.
Бри посмеивается, и этот звук уносит меня в детство, когда мы сидели на ветках дуба.
Я улыбаюсь ей в ответ.
— Нет. Мы не подаём здесь рис с подливой. Это заведение уровня филе-миньон. Я хочу, чтобы ты заехала ко мне домой, и я приготовлю тебе его. За помощь. Это не так хорошо, как у бабули, но тоже неплохо. Может, заедешь на этой неделе?
Южане — странный народ. Не могу сказать, что когда-либо сама приглашала незнакомца к себе домой — когда вообще жила в доме.
— Спасибо за приглашение, но я не планирую здесь задерживаться. Правда, всё нормально. Мне ничего не нужно.
— А как насчёт бургера или крылышек? Это я тоже умею.
Любое из этого будет в миллион раз лучше, чем тот тунец, который мне придётся запихивать в себя, зажав нос.
— Бургер звучит отлично. Если тебе не сложно. Правда, мне не нужно…
— Сиди. Я скоро вернусь. — она поворачивается к Марсель, которая развалилась в кресле и листает телефон, пока Джастин сидит на коленях у танцовщицы и наносит ей на губы неприлично много ярко-красной помады. — И вам двоим. Я возьму сырные палочки и крылышки. С собой.
— Ура! — Джастин подпрыгивает, размазывая помаду по лицу танцовщицы.
Бри натянуто улыбается, проходя мимо, и как только она тянется похлопать меня по плечу, я резко втягиваю воздух. Почти сразу она отпускает меня, нахмурившись, рассматривая меня секунду.
Она это видит? Меня?
— Ты сказала, тебя зовут Карли?
— Да. Карли Джеймс.
Проводя большим пальцем по ладони, которой она касалась моего плеча, она кивает и отворачивается.
— Mais la, ты напоминаешь мне кое-кого, кого я раньше знала.
— Карли — довольно распространённое имя.
— Дело не в имени, chère.41 — она смотрит на свою ладонь, всё ещё проводя по ней пальцем. — Я скоро вернусь с бургером.
Как только она выходит из комнаты, я сажусь рядом с Марсель.
— Можно попросить? Я хочу кое-что быстро посмотреть. Я оставила телефон в машине.
— Конечно, — говорит она, передавая мне телефон, и у меня нет сомнений, что она под кайфом, потому что кто просто так отдаёт свой телефон без малейшего колебания?
На заставке — милое фото Джастина в его больших очках, держащего рака. Я открываю Google и ищу местный кемпинг с удобствами, где можно принять душ — это не новая для меня практика, мы с Рассом делали так много раз, прежде чем осесть в Маркетте. Чуть выше по улице от старого дома есть парк для автодомов с душем и электричеством, так что я смогу ещё и зарядить камеру. Бонус. Я увеличиваю карту и вижу, что место довольно открытое, охраняется только одними воротами на входе. Судя по всему, я легко смогу перелезть через забор по периметру.
