— Используешь свои волшебные силы принца? — засмеялась я, принимая его руку, чтобы выйти.
— Что-то вроде этого, — ответил он, поднеся мою руку к губам и мягко поцеловав её, прежде чем подмигнуть.
— Я не каталась на лошадях уже несколько лет, — радостно призналась я, подходя ближе к Искандеру и лошадям. На этот раз он выглядел действительно расслабленным. — Когда-то мой отец подарил мне лошадь, похожую на эту. Я назвала её Мэйпл из-за белого пятна на лбу, похожего на кленовый лист.
— Мой отец тоже подарил мне лошадь, но я назвал её... Осёл, — сказал Гейл, надевая на меня шлем.
— Осёл? — переспросила я, поправляя хвост, чтобы он не мешал.
Он хитро улыбнулся и кивнул.
— Только ради того, чтобы можно было сказать конюху: «Приведите мне Осла» или объявить матери: «Сегодня я буду ездить на Осле».
Я рассмеялась.
— Почему-то мне кажется, что твоему отцу это не понравилось.
Его глаза сверкнули задорным огоньком.
— Именно этого я и хотел.
— Значит, ты с детства был непоседливым? — покачала я головой, поднимаясь в седло.
— В точку, — ответил он, положив руки мне на бёдра, чтобы помочь, хотя я вполне могла справиться сама.
— И любопытным, — пробормотала я.
— Что?
— Ничего, — быстро солгала я, беря в руки поводья. — Куда мы поедем?
— Сегодня твой день. Куда захочешь, — он сел на лошадь рядом со мной.
— Хорошо. Тогда попробуй не отставать, Ваше Высочество, — подмигнула я, тронув поводья.
Ощущение ветра на лице, размытые зелёные пейзажи и пение колибри над головой — всё это казалось невероятным, словно мы оказались в сказке.
— Ты можешь постараться и получше, Золушка! — крикнул он, обгоняя меня.
Чёртова Золушка. Чёртово прозвище. Чёртов он. И чёрт бы побрал меня за то, что я так широко улыбалась.
* * *
Гейл
— Я выиграла! — её улыбка была такой широкой, словно она только что одержала победу на королевских скачках в Аскоте.
Забавно, как в один момент она выглядела обольстительно греховной, а в следующий — до невозможности невинной.
Я не мог отвести от неё глаз с того самого момента, как она обогнала меня. Каждый её смех, улыбка, ухмылка заставляли моё сердце наполняться гордостью всё больше.
Я не спал прошлой ночью. Когда я думал про ее день рождения, я буквально вылетел из комнаты как сумасшедший и поднял Искандара, Вольфганга и её мать, чтобы придумать что-то особенное. Это оказалось сложнее, чем я думал, учитывая, что мне нельзя появляться на публике. Большую часть времени мы провели взаперти, что мне, впрочем, нравилось. Но на её день рождения я хотел сделать нечто большее. Не просто ресторан. Не просто то, что сделал бы любой другой парень. Я хотел, чтобы её день был особенным.
— Гейл?
— М-м? То есть, да?
— Ты пялишься, — заметила она, когда её лошадь поравнялась с моей.
— Тебя стоит рассматривать.
— О, опять за своё. Ловкие фразы.
Обычно это действительно были просто фразы, но с Одетт они всё больше походили на правду. Я хотел узнать о ней всё. Абсолютно всё.
— Что случилось с твоей лошадью, Мэйплом?
— Продала.
— Почему?
Она пожала плечами.
— Глупость. Я была ребёнком. Отец всё время был занят, и я злилась, потому что он не проводил время ни со мной, ни с Мэйплом. Я позвонила ему и сказала, что собираюсь продать лошадь. На самом деле я хотела сказать: «Папа, ты не уделяешь мне времени, и я обижаюсь».
— Ты ждала, что он скажет тебе не делать этого.
Она кивнула.
— А он сказал: «Убедись, что ты получишь за него хорошую цену».
— Жестоко.
— И я действительно продала, надеясь, что он передумает или позвонит, чтобы всё исправить. Я ждала того момента, как в фильмах, когда всё внезапно становится на свои места.
— Но этого не случилось.
— Нет, — она медленно выдохнула и слегка улыбнулась. — А что стало с твоим Ослом?
Я рассмеялся.
— Однажды, катаясь верхом, я попал в аварию. Мы оба упали и сломали ногу.
Она ахнула.
— Это восклицание из-за меня или из-за Осла?
— Осла, конечно! С тобой-то всё в порядке.
— Вот как? Я был серьёзно ранен. Вызвали врачей, мама плакала... Всё было очень драматично.
Она закатила глаза.
— Да-да, бедный маленький принц. Лошадь, Гейл?
Я скорчил недовольную гримасу, но всё же ответил.
— Осёл полностью восстановился. Теперь он живёт в конном заповеднике, где его кормят яблоками и овсом такие люди, как ты.
— Ну хоть счастливый конец. Теперь его больше не используют для провокаций родителей, — сказала она.
— Осёл меня любил... Странно звучит, да?
— Ты... Вау, — она ахнула, переводя взгляд куда-то вдаль.
Перед нами открылся вид на уединённый песчаный пляж. Вода была насыщенного, штормового синего оттенка, её волны мягко перекатывались вместе с лёгким бризом. На горизонте виднелись горы, напоминавшие мне Эрсовию.
— Это потрясающе. Откуда ты узнал об этом месте?
«Интернет».
— Не порти магию, — ответил я, спрыгнув с лошади и помогая ей слезть.
— Что ты задумал?
Я улыбнулся, взяв её за руку и ведя к пляжу.
— Гейл, а как же лошади?
— Не беспокойся. Они будут здесь, когда мы вернёмся.
— Вернёмся? Откуда?
— Посмотри туда, — я указал на белую парусную лодку, привязанную к большому дереву.
— Ты умеешь управлять лодкой? — спросила она с лёгким сомнением.
— Что я могу сказать? Я принц на все руки, — ответил я, крутанув её в объятиях. — Пойдём, на борту ждёт бранч!
— Гейл, ты не должен был так стараться!
— Нет. Но я хотел, — признался я искренне.
* * *
Одетт
Он действительно умел управлять лодкой и выглядел при этом совершенно великолепно: ветер развевал его волосы, пиджак был снят, рукава закатаны, а он стоял у штурвала, словно король моря. Но мне он ничего не доверил.
Я сидела позади него, как королева, уплетая бублики, фрукты и запивая всё это соком, пока он уносил нас вдаль. Всё это казалось таким нереальным и идеальным, что мне срочно понадобилась фотография.
Достав телефон, я немного выпрямилась и потянулась вперёд, чтобы сделать снимок.
— Только не забудь захватить мою удачную сторону! — подколол он, заметив меня.
— А какая из них удачная? — с вызовом спросила я.
— Хороший вопрос, — сказал он совершенно серьёзно, бросив взгляд через плечо. — Кажется, любая. Я же совершенство.
— Ну и скромность! — простонала я, бросив телефон рядом с собой.
Он рассмеялся, оставил штурвал и подошёл ко мне, поднимая телефон, прежде чем сесть рядом.
— Королям запрещено делать селфи, но ради тебя я сделаю исключение.
— Я не просила! — возразила я, пока он обнимал меня одной рукой, притягивая ближе.
Это было хуже всего: видеть себя на экране, смеющейся и совершенно счастливой. Что случилось с моими планами отвергнуть его? Что случилось с моим желанием отправить его домой? Что случилось со мной?
— Три... два... один... — я улыбнулась, а он наклонился и поцеловал меня в щёку, пока делал снимок. — С днём рождения, Одетт, — прошептал он мне на ухо, заставив вздрогнуть.
— Ты делаешь так, что становится всё сложнее не начать влюбляться в тебя, — пробормотала я в ответ, стараясь не смотреть на него, а потянулась за телефоном.
— Это взаимно, — сказал он, и я повернулась к нему, чтобы встретиться с его взглядом.
Мы просто смотрели друг на друга, пока с неба не упала капля воды и не ударила его по щеке, а другая — мне на нос.
— Нет, — воскликнул он, взглянув на небо. — Обещали же ясный день!
— Добро пожаловать в Сиэтл! — рассмеялась я, пока небо затянуло, и на нас хлынул ливень.
Он поспешил к штурвалу.
— Что мне делать?
— Сделай так, чтобы дождь прекратился! — крикнул он.
