Я возвращаюсь к поцелуям, когда она слегка отодвигается.
– Я хочу сказать маме прямо сейчас, но подожду, пока мы не вернемся. Я попросила её сохранить достаточно секретов от Джона, когда они обычно рассказывают друг другу всё, и мне кажется несправедливым обременять её чем–то ещё. То же самое с девочками – я расскажу им, когда мы вернемся. Как бы то ни было, Кендра сейчас в Испании, смотрит футбольный матч своего брата. Извини, матч по соккеру, – поправляет она, качая головой в ответ на постоянные споры, которые мы наблюдаем между Джеком и Кендрой по поводу того, как на самом деле называется этот вид спорта.
Держа её в своих объятиях, я провожу следующие несколько минут, целуясь со своей девушкой. Томные поцелуи, которые затягивают меня глубже в её мир.
– Я знаю, возможно, это не та свадьба, о которой ты мечтала, – говорю я, прижимаясь своим лбом к её, когда мы, наконец, делаем передышку.
– Эй, посмотри на меня, Арчер.
Когда наши глаза практически соприкасаются, я делаю, как она просит.
Я сделаю всё, что она попросит.
– Что именно определяет идеальную свадьбу? Потому что я, например, думаю, что это не имеет ничего общего с днем, а связано с человеком, за которого ты выходишь замуж.
Я не могу удержаться от ухмылки.
– Я не уверен, что твой отчим согласился бы. Я слышал, он помешан на свадьбах.
Дарси закатывает глаза, сильнее прижимаясь ко мне.
– Я думаю, он почти такой же сумасшедший, как ты.
Вздернув подбородок, она смотрит на меня, и мы разделяем ещё один поцелуй, который я отчаянно хочу превратить в нечто большее, но у нас и так мало времени.
– Нам нужно ехать в аэропорт, – шепчу я ей в губы. – Я заказал частный самолет, и он вылетает через два часа.
Откинув одеяло, она подскакивает.
– Боже. Я ничего не упаковала, Арчер. Даже зубной щетки нет! И что мне надеть?
Я обхватываю её за руку, притягивая обратно к кровати.
– Я со всем разобрался. Твои сумки собраны и стоят у шкафа.
– Н–но…У меня здесь не так много одежды и...
Я заставляю её замолчать, приложив палец к её губам.
– Я купил тебе новые вещи, – её глаза вспыхивают, когда я провожу большим пальцем по её нижней губе. – Джимми Чу, Прада, Гуччи. Всё это. У меня уже есть твоё обручальное кольцо, но у меня есть план и на этот счет.
– Ты это серьезно?
Перекатываясь на спину, я притягиваю её к себе, прежде чем укутать нас в кокон.
– Забавно, что ты спрашиваешь об этом. Потому что я думал точно так же о твоём ответе, – я прикусываю нижнюю губу, изображая страдание. – Мне нужно, чтобы ты кое–что узнала обо мне, прежде чем мы сделаем это.
– Это ещё один урок о Арчере Муре? – дерзко спрашивает она, приподняв бровь. Я хихикаю.
– Да, можно сказать и так, – я беру её за руку. – Я знаю, тебе будет трудно это принять, но я искренне верю, что мы сможем с этим справиться.
– Арчер, – растягивает она. – Что, чёрт возьми, ты собираешься мне сказать?
Я делаю глубокий вдох.
– Я...я терпеть не могу чай, любой чай. Меня от него тошнит.
ГЛАВА 38
ДАРСИ
Коллинз: Я знаю, вы все знаете, как сильно я ненавижу дни рождения – или просто празднования в целом, если честно. Однако в этом году Сойер полон решимости устроить мне вечеринку. Он говорит, что, поскольку это моя последняя вечеринка в качестве Маккензи, я должен извлечь из неё максимум пользы. Он также хотел написать приглашения и т.д., но здесь я провела я черту. Он уже увлекся свадебными планами. Так что считайте этот текст своим приглашением.
Кендра: Где будет вечеринка?
Коллинз: Сойер арендует какое–то шикарное заведение или что–то в этом роде. Приглашается вся команда и их партнеры.
Дженна: У тебя такой взволнованный голос, Коллинз.
Коллинз: Не буду врать, когда он впервые сделал это предложение, я сразу же отказалась от него. Но, думаю, мне это как бы нравится.
Дженна: Ну, в твой день рождения я свободна, и, если приглашены партнеры, я могла бы привести с собой кое–кого.
Кендра: Фила?
Дженна: Чёрт возьми, нет! Я перестала спать с ним, потому что он хотел большего, но мне это не нужно. В этом смысле он не в моем вкусе.
Я: Она хочет хоккеиста.
Дженна: Покажите мне девушку, которая говорит иначе, и я покажу вам лгунью.
Кендра: Я не могу спорить с этой логикой.
Дженна: Я держусь за Томми Шнайдера. Он горячий и плохой парень. Полностью в моём вкусе.
Я: А ещё он полный придурок, и его ненавидят практически все игроки “Blades”. Его отец – ещё большая сволочь за то, что он сделал с Заком Эвансом, когда Джон играл за “Scorpions”.
Кендра: Да, Джек был в плохом настроении с тех пор, как узнал о сделке. Он не радт первой тренировки Томми с ними в понедельник.
Дженна: Значит, о том, чтобы переспать с ним и привести его на вечеринку Коллинз, не может быть и речи?
Коллинз: Я имею в виду, он уже будет на вечеринке, поскольку мы приглашаем команду, и мы точно не можем оставить его в стороне, но ты ведь знаешь фильм “В постели с врагом”, верно? Ещё одна классика от моей королевы Джулии Робертс.
Дженна: Вздох. Тогда вычеркиваем его из моего списка. Почему плохие парни всегда должны быть мудаками? Типа, они не могут играть свою роль, но в глубине души быть слащавыми и романтичными?
Коллинз: А как насчет байкеров? Могут подойти тебе.
Дженна: На данный момент я приму любой приемлемый вариант.
Коллинз: Хорошо, итак, я оставляю шесть мест для вас троих.
Кендра: Кого приведет Дарси?
Коллинз: Наверное, я предполагала, что всё, связанное с Арчером, станет известно к январю...
Я стою посреди нашего гостиничного номера в Майами–Бич, уставившись на свой телефон и атласное мини–платье цвета слоновой кости от Вивьен Вествуд, которое Арчер выбрал специально для сегодняшнего дня.
Оно идеально. В ту секунду, когда он показал его мне, я заплакала – большими слезами. Если бы я выбирала себе платье сама, то остановила бы свой выбор на чем–то совершенно другом. Скорее всего, длинный рыбий хвост с кружевным лифом.
Это платье с баской, затянутое на талии, с пышной юбкой, доходящей до середины бедра. Широкие бретельки переходят в V–образный вырез, подчеркивающий мою миниатюрную фигуру.
И как раз в тот момент, когда я подумала, что ничего не может быть лучше, чем идеально сидящее на мне платье, Арчер показал мне жемчужные серьги, которые он купил к платью. Я заплела волосы в длинную косу, что, я знаю, он любит, и сделала естественный макияж.
Всё в сегодняшнем дне кажется естественным. Как будто так и должно было случиться. И как бы мне ни хотелось рассказать своим друзьям о том, где я нахожусь и что делаю, я не буду. После сегодняшнего дня нам нужно будет лопнуть наш собственный пузырь и впустить в него весь мир.
Я: Да, всё станет известно. Я не смогу вечно скрывать свой животик, и пришло время рассказать всем. Мы планируем сделать это в ближайшее время.
