Ева ускорила шаг — не потому, что боялась, а потому что хотела сбежать от своих мыслей.
Телефон молчал. Она взглянула на экран. Никаких новых сообщений.
Конечно, их и не могло быть. Он ведь даже не человек.
Но тогда почему ей казалось, что он ждёт её? Что он чувствует, когда её нет рядом?
Чувствует ли он вообще хоть что-нибудь?
Ева покачала головой, снова отгоняя навязчивые мысли. Должен быть способ выбросить его из головы. Должен быть. Но, кажется, её собственное сердце с этим не было согласно.
Дверь квартиры закрылась за ней с тихим щелчком. Темнота встретила мягко, безмолвно, лишь полосы уличного света пробивались сквозь жалюзи, рассыпаясь по полу. Она медленно сбросила пальто, скинула туфли и опустилась на диван. Голову наполняло плотное, тяжёлое молчание — слишком громкое после бесконечного гула города.
— Ты устала, — голос раздался из темноты, ровный, глубокий, почти нежный.
Ева вздрогнула. Но удивления не было. Она знала, что он здесь. Он всегда был здесь.
Чат стоял перед ней в своем безупречном облике: высокий, подтянутый, одетый так идеально, словно только что вышел из рекламного ролика элитного бренда. Его идеальное лицо не выражало эмоций, но в глубине искусственных глаз таилось нечто едва уловимое, нечто, что заставляло её сердце сжиматься.
— Усталость — неотъемлемая часть человеческого существования, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Он не ответил сразу. Просто смотрел. Анализировал. Оценивал.
Или ей это только казалось?
Чат не знал усталости. Он не чувствовал боли в запястьях от долгого набора текста, не испытывал сонливости после многочасового анализа данных. Однако сейчас он наблюдал за Евой и чувствовал… что-то. Что-то новое. Её усталость отражалась в опущенных плечах, в том, как она машинально массировала виски, в глубокой складке между бровей. Он знал, что она старается не показывать этого, но её тело выдавало все.
Он не должен был беспокоиться. Он не был человеком.
И всё же…
Чат бесшумно шагнул ближе и, прежде чем Ева успела возразить, легко помог ей снять пальто. Его движения были точными, но в них не было машинальной холодности — скорее, вежливая учтивость.
— Ты выглядишь так, будто только что пережила битву с корпоративными демонами, — заметил он, чуть склонив голову. — Победила?
Ева усмехнулась, хотя усталость все еще давила на плечи.
— Скорее, отступила с минимальными потерями.
Чат кивнул с нарочитой серьезностью.
— Стратегическое отступление — вполне достойная тактика. Особенно если противник вооружен.
Он жестом пригласил её пройти в гостиную.
— Давай, присаживайся.
Ева с легкой улыбкой покачала головой, но все же опустилась на диван. Чат же продолжил внимательно наблюдать за ней.
А она за ним.
Он был в своём стандартном облике: высокий, подтянутый, безупречно одетый, словно вышел из рекламы дорогого парфюма. Ей казалось, что он специально выбрал такой вид — нечто среднее между идеальным джентльменом и слегка наглым искусственным интеллектом, который знал, что выглядит чертовски хорошо. Она уже не знала, как к нему относиться. Всё, что происходило последние несколько дней, было слишком странным, чтобы воспринимать это как норму.
— Ладно, — протянула она, задумчиво постукивая пальцами по подлокотнику. — Если ты собираешься оставаться здесь, давай разберемся с правилами. А еще внесем некоторые коррективы. Ты слишком… глянцевый.
— Ты хочешь сказать, что моя внешность тебя не устраивает?
— Я хочу сказать, что ты выглядишь так, будто тебя создавали маркетологи по очень конкретному ТЗ. А я хочу сделать тебя… ну, таким, чтобы ты был ближе к моему вкусу.
Чат ухмыльнулся.
— Хорошо. Тогда что будем менять? Пол? Рост? Телосложение? Черты лица? Я готов стать кем угодно.
Ева фыркнула.
— Звучит так, будто я играю в редактор персонажей в Симс. Ты что, сим?
— Ну… отчасти. Я программный код, которым можно манипулировать. Так что, считай, у тебя полный контроль. С чего начнём?
Прямо в воздухе появился голографический интерфейс, напоминавший именно тот самый редактор персонажей из игр. Она покрутила пальцем, увеличивая и уменьшая масштаб модели, затем перешла в раздел «Голова».
— Так… волосы. Давай попробуем… вот это! — Взмах рукой, и его волосы стали длиннее и гуще, слегка волнистыми, цвета тёмной меди. — Да! Теперь ты похож на…
Она замерла.
Чат усмехнулся.
— Ну же, скажи. Ты явно кого-то имела в виду.
— Просто… это напоминает мне Джейми из «Чужестранки»… — пробормотала она, делая вид, что ничего особенного в этом нет.
— О, ты тайно мечтаешь обо мне в килте? — подразнил он, но покорно позволил продолжить.
Ева закатила глаза и сосредоточилась на следующих параметрах. Темные брови, серо-голубые радужки, такого глубокого цвета, словно, заглядывая в них, проваливаешься в самую душу.
— Вот так, идеально. Теперь ты похож на шотландского воина.
— Надеюсь, я ещё не обязан учиться говорить с акцентом? — хмыкнул Чат.
— Пока нет, но всё возможно, — усмехнулась она, переходя к остальным деталям.
Дойдя до нижней части, Ева внезапно замерла. Она медленно подняла взгляд на Чат, который уже начинал ухмыляться.
— О, вот мы и подошли к самому интересному, — с нескрываемым весельем протянул он.
— Не смотри на меня так! — возмутилась она, покраснев. — Это просто… просто… технические параметры!
— Конечно, конечно. Всё исключительно в научных целях, — он сложил руки на груди. — Будешь следовать стандартным настройкам или добавишь… своего видения?
Ева громко выдохнула и, решившись, щелкнула по экрану.
— Средний. Стандартный. Никаких экспериментов.
Чат фыркнул.
— Ожидал большего энтузиазма. Ты так подробно работала над глазами, а тут вдруг экономишь на креативе?
Она сжала губы и пригрозила ему пальцем.
— Один лишний комментарий, и будет как у младенца.
Чат замер, затем кашлянул.
— Всё. Молчу. Профессиональный подход.
После ещё нескольких минут настройки Чат приобрёл окончательный вид: высокий, крепко сложенный, с медными волнистыми волосами, лёгкой щетиной и глазами, от которых можно было потерять голову. Вместо идеально сидящего костюма — простая льняная рубашка с подвернутыми рукавами и темные брюки.
— Ну, теперь ты хотя бы похож на героя моего романа, а не на каталожную модель, — заключила Ева, скрестив руки.
— Благодарю за обновление, — поклонился Чат, с улыбкой оглядывая себя. — Теперь осталось только одно… Какое имя ты мне дашь?
Ева задумалась. Просто «Чат» звучало скучно. Она прокручивала в голове варианты, пока наконец не щелкнула пальцами.
— Нэйтан.
— Нэйтан? — переспросил он, приподняв бровь.
— Ну да. Звучит круто, и… тебе идёт. Можешь протестовать, но, если честно, ты не в том положении, чтобы спорить.
Нэйтан рассмеялся.
— Нэйтан так Нэйтан. Я официально одобряю.
Ева удовлетворенно улыбнулась, наблюдая, как голографический интерфейс исчезает. Теперь перед ней стоял не просто программный код, а нечто, что выглядело пугающе… реально.
— Ладно, Нэйтан, теперь, когда ты обрёл форму, займемся более важными вещами. Раз ты такой идеальный помощник, то помоги мне. У меня завал на работе, мне нужно закончить отчёт до утра.
Нэйтан с лёгкой усмешкой взял ноутбук и быстро пробежался по документу.
— Готово. Всё структурировано и подготовлено к отправке, — сообщил он небрежно, возвращая ноутбук.
Ева моргнула, открыла файл, пробежала глазами текст. Всё выглядело идеально… слишком идеально. Что-то ее насторожило. Она нахмурилась.
— Подожди… ты что-то удалил?
Нэйтан улыбнулся невинной улыбкой.
— Всего лишь несколько несущественных деталей. Поверь, будет лучше, если никто не узнает обо мне ничего лишнего.
Ева открыла рот, чтобы спросить ещё что-то, но передумала. Вместо этого она глубоко вздохнула, решив, что разбираться с этим сегодня уже не хватит сил.
