— Мне никто не нужен, кроме тебя, chère, — хрипло говорю я. — Никто другой.
ГЛАВА 44
Селеста
Грязь засасывает мои ноги, пока я мчусь через лес.
— Minou, minou, я вижу тебя…
1224 Ренье. Расс Джеймс. Доберись до мистера Гидри. Он поможет мне найти Расса.
Спрятавшись в полом стволе старого кипариса, я подтягиваю колени к груди и крепко зажмуриваюсь.
Стук костей подсказывает мне, что он близко.
Обхватив колени ещё крепче, я зажимаю глаза, не осмеливаясь даже вдохнуть.
Он найдёт меня. И когда найдёт, убьёт, как и остальных.
Стук прекращается. Шаги тоже.
Я открываю глаза.
В проёме на меня смотрит белый рогатый череп. Крик вырывается из моего горла, отражаясь от стен дерева.
Резкий рывок за лодыжку вытаскивает меня наружу, волоча по жёсткому кустарнику, где ветки и торчащие корни раздирают мне спину.
Монстр вонзает пальцы в мои штаны и стягивает их до колен, обнажая бельё.
Неважно, что я брыкаюсь и кричу — он продолжает прижимать меня к земле и разворачивает ровно настолько, чтобы провести пальцем по шраму на моём бедре.
В воздухе висит аромат магнолий.
Белые лепестки падают сверху, рассыпаясь по кустам.
Снова и снова он трёт мой шрам, покачивая бёдрами о мои прижатые ноги.
Выпуклость в его штанах вжимается в мои бёдра, и я кричу.
Резко подскочив, я кричу в темноту.
Кипарисовые иглы царапают кожу.
Жуки ползают между ними, забираясь в ссадины.
Я тянусь за плечо, царапая спину.
Ничего. Ничего. Ничего.
Дыши.
Ко мне тянутся руки, и всё ещё застряв в тумане кошмара, я отталкиваю их, лягаясь в попытке вырваться.
Они сильнее меня и с силой притягивают обратно, так что я снова падаю вниз.
Словно паук, они окутывают меня, прижимая к тёплому телу.
— Тшшш, Селеста. Всё хорошо. Успокойся, chère.
Услышав успокаивающе знакомый голос, я выныриваю из черноты в тускло освещённую комнату.
Запах одеколона и сандалового мыла.
Сильные руки, крепко обвившие мою грудь.
Успокаивающие.
— Это был всего лишь сон.
Высвободив руку, я провожу дрожащей ладонью по лбу и выдыхаю неровный вдох.
— Это было так реально. На этот раз казалось таким реальным.
Повернувшись к нему, я утыкаюсь лицом ему в грудь, позволяя спокойствию просочиться в кости.
— Думаю, Марсель в беде. Этот грязный федерал? Думаю, он куда-то её увёз. Бри говорит, её нет уже почти две недели.
— Откуда ты можешь быть уверена, что это федерал?
— Он сказал, что в ту ночь в отеле был с Марсель. А потом кто-то вломился в дом Бри и оставил связку костей на тумбочке Джастина. Бри сейчас живёт у подруги, и я настояла, чтобы она сообщила в полицию.
— Она подозревала, что это Арик?
— Нет. Она не знала. Мы тогда не знали, но после прошлой ночи я уверена — это грязный федерал. Он что-то говорил о том, что я избрана для какого-то Человека-Козла. Может, это он держит Марсель.
— Он сказал, кто такой этот Человек-Козёл?
— Нет. Но я должна сказать Бри. Я должна предупредить её, чтобы полиция начала расследовать его.
Проводя рукой по моим волосам, он целует меня в макушку, крепче прижимая к себе.
— Это не поможет. Он прогнил насквозь. Связан куда глубже, чем ты можешь представить.
— Может быть. Но Марсель всё ещё пропала. И если он знает, где она, мы должны кому-то рассказать. Ей могут причинять боль… или хуже.
— Позволь мне разобраться с этим, хорошо? Лучше тебе сейчас ни с кем не связываться. Тебе нужно затаиться.
— Ты был прав. Насчёт него. Он сказал, что метка на моей ноге — это клеймо. Что я избрана для жертвоприношения. Антитеус, так он это назвал. Мне кажется, я уже где-то слышала это слово.
— Насколько я понимаю, это культ. И ещё одна причина, почему тебе нужно оставаться на месте и избегать любых контактов.
Он прав.
Вот что имел в виду Расс, когда предупреждал меня не совать нос сюда.
Он, должно быть, знал, что в конце концов они меня найдут.
— Пообещай, что поговоришь с Бри.
— Обещаю.
Прижимаясь ближе, я закидываю ногу на него и выдыхаю ровнее, чувствуя себя здесь в безопасности, хотя знаю — это чувство долго не продлится.
История уже доказала мне, что так никогда не бывает.
— Нам нужно уехать. Уплыть. Далеко отсюда. Мы заберём Фрэнни и уедем.
— Хулио вернулся в город. Мой план — передать ему Веронику и попытаться заключить сделку. У меня есть чувство, что ему нужно то, что находится на том чипе. Думаю, это его единственный интерес к тебе. Если я передам его, он может согласиться оставить тебя в покое.
Неприятное чувство бурлит в животе, точно так же, как тогда, когда он сказал, что уезжает ради этого человека.
— Я ему не доверяю. Зачем вообще доставлять её? Почему бы не заставить его забрать её самому, а нам просто не убраться отсюда к чёрту?
— Потому что она с Люком. Мне не нужно выводить моего кузена на радар Хулио. Сейчас у него нет причин мне не доверять. Я безопасно передам её и заключу сделку. А потом мы уедем.
— Правда? Ты, я и Фрэнни?
— Да. Я отцеплю лодку, и мы направимся на юг. Мне просто нужно сначала снять Веронику с рук Люка.
Мне всё ещё не нравится идея его встречи с этим Хулио, но Тьерри не из тех, кому можно указывать, что делать.
Этот мужчина делает то, что хочет.
— Ладно. После этого мы уезжаем отсюда.
Ещё пара часов сна — и Тьерри уже вытаскивает меня из постели, чтобы принять душ вместе с ним.
Без секса.
Только тёплые влажные объятия и ласковые прикосновения.
В чуть тёплой воде он массирует мне голову, пока моет волосы, и оставляет поцелуи на моей коже там, где смывает с меня всё дочиста.
Закутавшись в его халат, я сижу на краю кровати и наблюдаю, как он одевается, затем поднимаюсь на колени, чтобы помочь ему с галстуком.
— Мне это приснилось прошлой ночью, или ты действительно уходил из постели? Кажется, я проснулась в какой-то момент, а тебя не было.
— Я больше не мог уснуть, так что решил закончить кое-какую работу.
— Какую именно работу?
— Грязную.
Он опрокидывает меня обратно на матрас глубоким страстным поцелуем — таким, от которого мне хочется сорвать с него одежду, но обрывает его прежде, чем всё заходит слишком далеко.
Глядя на меня сверху вниз, он проводит пальцем линию по моему виску.
— Какую чёрную магию ты плетёшь, женщина?
С улыбкой я приподнимаюсь, чтобы снова его поцеловать.
— Неразрушимую. А теперь поторопись. Пока я не наложила заклятие раба и не оставила тебя пленником этой кровати навечно.
— Это не похоже на тюрьму.
Посмеиваясь, я целую его ещё раз, потянув за его идеально аккуратный галстук.
Освободив мои руки, он вжимает мои запястья в матрас и улыбается мне в губы.
— Я скоро вернусь. Веди себя хорошо.
— Это по-валирски значит будь голой и готовой позже, да?
— Именно, — отвечает он, отпуская меня.
— Есть, сэр.
Сев на кровати, я наблюдаю за его уверенной походкой к двери, пока он, разведя локти, поправляет манжеты.
Этот мужчина — живая порнография.
Такое зрелище, от которого у женщины буквально плавятся трусики.
Когда дверь за ним закрывается, я падаю обратно на кровать, и в тишине мысли снова возвращаются к моему кошмару.
К Марсель.
К нападению прошлой ночью.
Резко сев, я качаю головой.
— Нет. Сегодня я этим заниматься не собираюсь.
Я быстро одеваюсь и беру чашку кофе, прежде чем выйти к причалу.
Устроившись на своём обычном месте, я смотрю на великолепную, залитую солнцем воду bayou.
