Стоило Давиду меня отпустить, он развязал галстук и завязал мне глаза. Теперь даже лунный свет, пробивающийся сквозь штору, не мешал мне воспринимать наслаждение.
Все чувства сосредоточились только на тактильном кайфе, который я получала, пока Давид медленно, не торопясь и смакуя, снимал с меня…
Сначала широкие бриджи из шелка, они легко слетели с бедер, так же как и туника с тела. Пальцы Давида, чувственные убийцы, водили по коже вдоль кромки кружевного персикового белья, как будто спрашивая разрешения забраться внутрь.
— Ты хочешь меня? — спрашивает Давид, опаляя горячим дыханием, подрагивающий живот и сжимая грудь.
Ну что за глупые вопросы.
— О, да, очень хочу, — сдавленно зашептала я и застонала, когда кончик его языка забрался в пупок. От Давида остро пахло виски и сигаретами, и эта смесь меня будоражила, дарила новые образы страсти.
Они как табачный дым брали меня в плен, и я выгнулась дугой, когда его пальцы потерли через ткань промежность, а губы уже нашли сосок.
Удар током показался бы мелочью, по сравнению с тем, как меня пронзило удовольствие, пока он ласкал мои соски, рвал ткань дорогущего бюстгальтера и уже натянул резинку трусиков, чтобы тут же отпустить.
Легкий вскрик, ласка губами, и вот я снова издаю стон, руками впиваясь в упрямые волосы, подтягивая Хозяина ближе к себе.
Хочу его губы. Хочу его член. Хочу его всего для себя.
И пусть это только иллюзия и скоро карета рассыплется, мне хочется почувствовать себя счастливой.
Счастливой, пока вкус его рта опьяняет, а руки творят волшебство.
Гладят, пощипывают, иногда сжимают.
Массажист от бога и только для меня.
Для меня он делаем массаж клитора, потирая его настолько правильно и в нужном темпе, что я почти сразу взрываюсь ошеломляющим по своей силе оргазмом, теряюсь в этом ощущении и даже не замечаю, как оказываюсь на животе.
Давид нависает сверху, трется о попку членом. Прямо через штаны и что-то страстно шепчет. Но я не слышу, я плыву по волнам удовольствия, наслаждаясь нёгой, что разливается по телу после оргазма.
И даже боль, что может возникнуть в любую секунду, не пугает. Скорее наоборот, хочется чего-то такого, чтобы разбудить меня, дать чувствами встрепенуться, а внутренностям скрутиться в новый узел.
Его губы целуют спину, поднимаясь все выше, почти касаясь шеи, а потом он вдруг наваливается на меня и.
Все.
Ни единого движения.
Все эротическое наваждение разом сходим, как лавина с горы и я зову:
— Давид? Давид?
Молчание было мне ответом, а страх мгновенно растекается мурашками по коже. Я закидываю руки назад, уже чувствуя, как от тяжести мужского тела затруднено дыхание. Я напрягаю ноги, вспоминая, что там есть мышцы, с помощью которых я когда-то танцевала на шесте. Мне удается столкнуть его с себя. Я тут же переворачиваю обездвиженное тело и забываю, что я любовница.
Включается в работу медсестра.
Несколько испуганная медсестра, потому что пульс еле чувствуется, а дыхание рванное.
— Давид, что с тобой?
Выберете одну соц сеть, в которой мы с вами будем контактировать. Инста, ВК или телеграм. потому что сидеть в трех, это никакого времени на проды не хватит. правда хотела сделать главу больше, но увы((До завтра, мои дорогие
Глава 36
Проверив все жизненные показатели и даже пару раз похлопав Давида по щеке, я чувствую, как меня уже накрывает паника. Встаю с уже затекших колен и бегу к двери, как вдруг тишину разрывает звук.
Такой естественный и простой, что я смеюсь с самой себя за волнение.
Храп. Всего лишь мужской, грубый храп. Качаю головой, думая о себе в не самом лестном свете и иду в спальню за одеялом.
Заглядываю к Василисе, и убедившись что она спит, возвращаюсь в мягкую комнату.
Прикрываю двери на замок и принимаюсь раздевать Давида.
Дорогие ботинки, носки, под которыми удивительно ровные ногти, потом брюки.
Все это не может не забавлять, ведь он явно не рассчитывал прийти и уснуть пьяный. Хочется сказать спасибо, что хоть до оргазма довел перед тем, как отключится.
Когда-то моя бабушка говорила, что любимого мужчину нужно увидеть в самых разных ситуациях.
Даже ощутить на себе его страшный гнев и только потом решать, готова ли ты прожить с ним жизнь.
Она осталась верна дедушке до самого конца, хоть и ушел он в мир иной довольно рано.
Я конечно об этом вспомнила не потому что люблю Давида. В смысле… Я его совсем не люблю. Может быть, он мне нравится. Хотя, что можно понять о человеке за пару дней.
Вон Лешу весь город знал, как доброго, всем помогающего шалопая. Он с самого детства был на виду у всех. Яркий, красивый, спортивный, из хорошей семьи. Все его любили. А я была, как все. Правда жили мы в разных районах, да и смотреть на малолетку он бы не стал, пока однажды в клуб, где я занималась на шесте, его не привела Таня.
Лучше бы не приводила, честное слово. Но его как заклинило. А я ничего не смогла с собой поделать. Он подкараулил меня возле выхода и проводил домой. Потом снова и снова. Потом поцеловал и я, не смотря, на Таню и плохое предчувствие, не смогла отказать. Но отказала, когда он полез под юбку, когда его пальцы прошлись по трусикам.
— Я не готова, — говорила я ему, но возбуждалась так, что в глазах темнело и я прибегала домой, выливала это в новый рассказ.
Я любила его, наверное и наверное хотела, но что-то останавливало меня. Стоило его рукам меня коснуться, как я немела от ужаса, словно находясь рядом с волком в овечьей шкуре.
И только предложение замужества немного приглушило страх, и я даже пошла с ним смотреть его новую машину.
Не зря, не зря я ему не доверяла. Именно этой мыслью я успокаивала себя, пока нацепив на
