он сейчас творит со мной. Я обхватываю его лицо своими руками и прикасаюсь пальцами к его губам. Он закусывает губами кончик моего пальца.
– Какая ты сладкая, – в его голосе слышится хрипотца, но он продолжается двигаться во мне. Я ничего не отвечаю, а просто закрываю глаза, продолжая наслаждаться нашими движениями, прикосновением наших рук и губ, нашим прерывистым дыханием, нашими стонами в унисон, пока мы не падаем обессиленные на кровать. Я чувствую на себе тяжелое и горячее тело Николаса, но ничего другого мне и не хочется ощущать в данный момент. Все просто идеально и даже лучше, чем я могла себе представить.
– Спасибо, – тяжело говорит Николас, его голова лежит на моей груди.
– За что? – задыхаясь от неги, спрашиваю я.
– За то, что ты сегодня моя! – поднимает он голову и смотрит пристально на меня. Я вижу, что это искренне с его стороны, но эти слова меня пронзают током, как напоминание событий почти десяти лет давности. Это было так давно, но это невозможно забыть или похоронить в своем сердце. Некоторые воспоминания остаются с нами навсегда, оставляю свой след словно шрам, словно рубец.
Почему он снова и снова возвращается в мою жизнь, хотя по собственному желанию исчез из неё? Я сейчас чересчур эмоциональна. Я получила такую дозу удовольствия, и не хочу терять то хорошее, что у меня сейчас есть с Николасом. Поэтому я пытаюсь внутренне бороться с наплывающими воспоминаниями и отгоняю непрошенные слезы, умоляя их не портить этот момент.
Николас, словно почувствовав перемену в моем состоянии, поднимается, снова возвышаясь надо мной, и начинает снова и снова, в тысячный раз, покрывать мое тело поцелуями, заставляя меня терять голову и забыть то, что мне так не хочется вспоминать.
Глава 21. Моя
Стелла
Девять лет назад
Сегодня очень ответственный день. Я иду устраиваться на свою первую настоящую работу, и поэтому очень волнуюсь.
«Все будет хорошо», – твержу я себе. Несмотря на то, что я с раннего детства готовлю и просто обожаю выпечку и десерты, я очень переживаю, что от волнения скажу что-нибудь не то или могу ляпнуть какую-нибудь глупость.
После собеседования я счастливая выхожу из офиса компании, радуясь, как ребенок, что меня приняли в качестве помощника кондитера. Я, конечно же, одна из многих, но для меня это уже очень большая честь. Мне нужно с чего-то начинать, ведь я собираюсь однажды стать королевой десертов. Это я твердила себе с самого детства, поэтому сейчас иду и улыбаюсь своим глупым мыслям. Радуюсь, что хотя бы муравьиными шажками, но мои мечты начинают сбываться.
– Девушка, вы так красиво улыбаетесь, – вдруг слышится голос сбоку, и я вижу, как рядом со мной идет какой-то незнакомец.
Увидев его, я сразу же перестаю улыбаться, потому что, не смотря на свое поразительно симпатичное лицо, выглядит он как настоящий хулиган. Таких парней меня мама учила сторониться и не приближаться на расстояние ближе полумили. Я на самом деле всегда себя чувствовала скованно рядом со смелыми ребятами.
– Улыбайтесь, вам это очень идет, – расплывается он в широкой улыбке, от которой я вздрагиваю. Теперь я понимаю, что значат мамины слова. Плохие парни ничего не боятся и потому так завораживающе улыбаются.
– Что вам нужно? – хмурюсь я, не понимая, что такой симпатичный и, судя по внешнему виду, взрослый парень хочет от такой, как я. Про себя отмечаю, что ему наверняка не меньше двадцати одного года.
Я самая обычная девушка восемнадцати лет, которая сразу после школы решила не идти в колледж, а начать работать и остаться в своем маленьком, но таком родном Коутсвилле. Я одеваюсь очень просто, без излишка, потому что у нас с мамой нет денег на роскошные наряды и частые покупки, поэтому я привыкла довольствоваться тем, что есть, пока сама не начну зарабатывать. К тому же, у меня хоть и яркая внешность, но косметикой я почти не пользуюсь.
А этот парень – он весь такой модно одетый, взрослый и к тому же с обалденной белоснежной улыбкой. От его карих глаз невозможно оторваться, поэтому мне кажется, я слишком долго на него смотрю и начинаю пялиться.
– Ваша улыбка осветила мой день, – говорит он, по-прежнему шагая рядом со мной и держа руки в карманах.
– Не могу же я вам отдать свою улыбку, – усмехаюсь я, неловко пожимая плечами.
– Тогда сходите со мной на свидание, – говорит он, а у меня глаза лезут на лоб. Я, конечно, была раньше на свиданиях, но ни с кем старше себя. Я опасаюсь парней постарше, потому что им нужно только одно. Они чуют неопытных девушек как я за версту.
– Я? – мямлю я. – Но ведь мы даже не знакомы, – стеснительно говорю я.
– Мы уже знакомы с тобой целых…, – смотрит он на часы, – две минуты, что гуляем вместе.
– Мы не гуляем, а просто идем рядом, – кажется, что мое лицо четко отражает выражение замешательства от самой ситуации.
– Я практически все о тебе знаю, – начинает он, то ли усмехаясь, то ли улыбаясь. – Так ведь,..? – показывая на меня рукой. – Ты бы облегчила мне задачу, если бы назвала свое имя.
– Гм… Стелла, – говорю я, краснея, потому что не поняла, что нужно было ему подыграть, судя по всему.
– Точно, Стелла – указывает он на меня. – Такое красивое имя, как и твоя улыбка.
Боже, и зачем он меня снова смущает?
– А меня зовут Кевин, – представляется он, протягивая мне руку. Когда я протягиваю ему свою руку в ответ, то он обхватывает ее своими руками и подносит к своему сердцу, сражая меня наповал своим признанием:
– Ты просто покорила мое сердце, Стелла! Ты – моя удача!
* * *
Семь лет назад
Держась за руки, мы с Кевином выходим из церкви, и нас ослепляет яркое июльское солнце. Все наши родственники и друзья радостно кричат и посыпают нас рисом и лепестками роз. Я сегодня такая счастливая и не могу поверить, что это на самом деле происходит со мной. Спустившись по крыльцу вниз, Кевин берет меня на руки и начинает кружить, я верещу от неожиданности. Но потом мы начинаем в голос смеяться, когда он отпускает меня и привлекает к себе, чтобы обнять. Он наклоняется ко мне, и мы соприкасаемся лбами.
– Моя жена, – говорит он так тихо, что слышу только я.
– Мой муж, – отвечаю я ему, касаясь ладонью его щеки.
Этот нежный момент прерывают наши близкие, которым
