скрытой агрессии.
В гостиной был накрыт стол, украшенный свечами и красивой посудой. Словно они готовились встретить дорого гостя.
— Присаживайся милая, — произнесла пожилая женщина с итальянским акцентом, которая сидела за столом скрестив руки в молитве
Я уселась за стул, который мужчина любезно для меня придержал. Он сел во главе стола. К нам присоединилась еще одна молодая женщина, похожая на Кассандру из одноименного мультика, у нее были черные, как смоль волосы и глаза, точеная фигура, округлые бедра и пышные груди, она словно плясала, а не шла к столу. Вишенкой на торте была маленькая родинка над губой, прям Наталья Орейро в молодости. Она прошла рядом и уселась прямо передо мной. Все они начали молиться на итальянском скрестив руки вместе. Я же лишь опустила взгляд на свои ладони, которые все еще подрагивали от страха и недопонимания.
— Ты почему ничего не ешь, дитя? — спросила пожилая женщина на ломанном английском и не спрашивая моего разрешения отложила мне в тарелку всего по чуть-чуть.
Аромат вкусной еды ударил по моему носу, и я поняла, как сильно проголодалась. Я взяла вилку и начала набирать еду бездумно ее поглощая. Ужин прошел в тишине, не считая звук соприкасающейся посуды. После ужина женщины начали собирать со стола, а мужчина пригласил меня пройтись.
Мы вышли на песок, оказалось дом находился прямо на берегу. Морской воздух заполнил мои легкие соленым ароматом.
— Прости, что испугал, но я не мог забрать тебя иначе, — сказал мужчина, привлекая мое внимание
— Я не понимаю, — ответила я не выдерживая его взгляд
— Со времен поймешь, я не хочу причинить тебе вреда. Помнишь я обещал тебе, что не трону никого если ты будешь делать все так как я сказал. И ты справилась, ты молодец.
В прошлом он часто об этом неоднократно упоминал. Его голос всегда звучал ровно, но явная угроза всегда присутствовала даже в самом безобидном предложении.
— Не похоже, что вы не хотели причинять мне вреда, — усмехнулась я
Он немного изменился в лице, обретая хищный оскал, и я осеклась от сказанного, снова настораживаясь. По телефону я никогда не видела его лица, лишь однотонный голос, который никогда почти не менялся. Сейчас же я могла уловить любое изменение. Тогда я представляла его примерно таким, устрашающим и агрессивным. Красивые черты лица не могли скрыть его безумия, которое таилось в голубизне глаз. Словно Джек Потрошитель, который хочет расчленить тебя и полакомиться твоей кровью.
— Я знаю, кто ты! — выдавила я из себя
Я перешла на «ты», потому что человек который угрожал мне на протяжении долгого времени не заслужил такой чести, чтоб с ним обращались с уважением на «вы».
Весь ужин я пытливо напрягала свой ум и наконец вспомнила, кто этот голубоглазый мужчина.
Это был Лучиано, мертвый брат Винченцо. Но сейчас он выглядел живее всех живых, или возможно Винченцо сказал о его смерти образно, имея ввиду, что они больше не общаются. Странная семейка.
— Естественно, bella, мой брат не мог не рассказать тебе обо мне, — горделиво заявил он
Конечно, я умолчала, что его брат не хотел ничего говорить о нем и я сама рылась в фотографиях и нашла одну с ним.
— Я не понимаю, зачем я тебе, я лишь сторителлер, — я хотела выведать хоть толику правды
— Нет, Эстель, ты больше, чем думаешь, ты носишь под сердцем наследника Каморры, хотя он сейчас и является бастардом, — Лучиано подошел ко мне ближе, поглаживая мою щеку, которую захотелось остервенело почесать, — чувствуй себя, как дома, но за пределы дома выходить запрещено, отныне ты будешь жить здесь, думаю будет лишним, напоминать тебя, на что я способен если ты меня ослушаешься, — сказал он и оставил меня одну.
Конечно, я здесь пленница, но что именно он от меня хотел. Мой ребенок и его жизнь в огромной опасности, раз он считает его наследником. Бессмысленно пытаться что-либо выведать, он никогда не расскажет о своих грязных планах, в которых я не сомневалась, он хочет причинить вред не только малышу, а именно семье Гуэрра и в частности Винченцо. В какой-то степени я виновата во всем этом сумбуре, не защищенный секс, беспечное отношение к происходящему, безответственность за будущее, и в итоге я беременна по колпаком маньяка непонятно где. Умеешь же ты Эстель влезать во всякие неприятности. Да я магнит для таких гадких вещей. Видимо, моя фея крестная при рождении даровала мне умении притягивать плохие события со вселенской тяжестью. Выпутаться будет, однако, не легко.
Я не могла чувствовать себя в безопасности в этом доме, хотя и передвигалась свободно. В моей спальне даже был замок, которым я воспользовалась во избежание нежелательных визитов здешних жильцов. Хотя, не была совсем уверенна, что жалкая железяка может меня защитить. Из окна я увидела большую территорию и кованные ворота, где расхаживали вооруженные мужчины, стало ясно, что даже при огромном желании я бы не смогла выйти за переделы дома.
На следующее утро в дверь постучали, и я узнала голос пожилой женщины, которая звала меня позавтракать. За завтраком были только мы женщине, Лучиано отсутствовал. Так прошло несколько дней, утром мы завтракали, потом я гуляла на берегу, читала книги, которые мне любезно предоставили, смотрела телевизор в своей комнате, мне выдали одежду, которая была немного мне велика и былая какая то-мужская, но у меня не было выбора. Я часто сидела на кухне с пожилой женщиной по имени Леонора. Она была очень радушной и доброй, разговаривала со мной на разные незначительные темы, спрашивала о моем родном городе и наших обычаях. Вторая женщина почти всегда молчала или уходила оттуда, где я появлялась. Лучиано присутствовал в основном на ужинах, и спрашивал о моем здоровье и самочувствии. Этим наше общении заканчивалось. В один из таких дней Леонора сказала мне
— Мы сегодня будем лепить равиоли, ты присоединишься к нам?
Мне ничего не оставалось, как согласиться. Несмотря на то что вторая женщина, которую звали Валентина явно испытывала неприязнь ко мне, но все же молчала в тряпочку и общалась с другими исключительно на итальянском игнорируя меня. Леонора показала мне, как лепить итальянские пельмени, и я молча последовала ее примеру, мы лепили на целую роту солдат, с разными начинками. Увлекаясь процессом, я даже не заметила, как Лучиано стоял в дверях и наблюдал за нами.
— Итальянский образ жизни тебе к лицу, — отозвался он проходя в центр кухни
Валентина бросила на меня недовольный взгляд. Она отлично понимала английский язык.
— Когда закончишь здесь, я
