то, как она давала отпор Руслану…
Мама замолкала на какое-то время, будто вспоминая все события, что происходили когда-то, а после продолжала говорить. И ее речь была, как исповедь. Она будто выливала всю грязь, что носила в себе.
— Ты уже был у нас. Такой маленький комочек, что мое сердце замирало каждый раз, когда я брала тебя на руки. Но твой отец всегда старался отгородиться от всего, что было связано с тобой. А после он встретил ЕЕ и просто сошел с ума! Однажды я приехала на нашу старую квартиру в городе и услышала звуки борьбы. Ира тогда была уже наполовину голая и как будто под чем-то, но она так отбивалась от Руслана, что в какой-то момент я подумала она убьет его, потом в руках у нее оказался нож. Тогда я была с тобой, и от моего крика ты проснулся и заплакал. Это отрезвило всех: Ира бросилась бежать из квартиры в чем была. Я даже не представляю куда она делась так быстро, я же замерла на месте, потому что не могла поверить до последнего, что твой отец мог такое сделать. А Руслан тогда первый раз ударил меня, да так что я упала и сломала руку. Вот только твоя бабушка с дедушкой тогда сказали, что нужно мужа слушать, а не сюрпризы делать, и после больницы отправили меня домой с тобой. И твой отец просто сошел с ума еще больше, и я не перестану повторять это никогда, потому что чем больше Ира сопротивлялась ему, тем сильнее он хотел ее себе. И его не останавливало даже то, что у нас уже был ты, и в браке мы были. Я знаю только то, что он постоянно пытался подкараулить ее и увезти куда-нибудь. Но чтобы он не делал, Ира всегда сбегала от Руслана. А в последний раз к нам приехал Гена, и начал выламывать дверь. Тогда я узнала, что Руслан два дня уже где-то удерживает Иру, и решила помочь. Я так надеялась, что он успокоится если увидит, что у нее кто-то есть. Но вышло все наоборот. Мы тогда нашли их спустя сутки: Ира была избита, со сломанными ребрами, изнасилованная, а Руслан пьяный до невменяемости. Все это время он держал ее на старой даче его родителей. Гена тогда избил его очень сильно, твой отец долго лежал в больнице, и пока был в бреду, я услышала, что он говорил, что Ира была беременна, а он хотел, чтобы она избавилась от «его отродья». Так он называл ее ребенка. Но ребенок выжил… выжила… и теперь… этот ребенок… теперь этот ребенок носит твоего ребенка, сын. ТВОЕГО РЕБЕНКА!
— Мама, что же вы наделали?!
Это было все, на что был способен в те минуты, когда мама рассказывала все это. И я не дурак, понимаю, что очень многое она опустила. Потому что своего отца знаю не хуже нее. Но! Что же они наделали? Что наделал мой отец?
— Да за что, Господи? — это я уже кричал в голос.
И только в тот момент понял, что впервые за очень долгое время обращался к тому, кто может помочь. Но захочет ли?
— Как же я так попал? Почему именно Мира? Да вашу же мать!
Я даже не мог представить, что в моей жизни так все закрутится, когда принимал решение спасти свою Колючку. Свою девочку, которая, как оказалось, натерпелась от моего отца еще с момента своего зачатия.
И только спустя столько времени меня наконец-то осенило: МОЯ МИРА БЕРЕМЕННА! Бл*ть! Как?
Я так зациклился на то, что было в прошлом моих родителей, что вообще упустил то, что было очень главным. Самым главным!
Резко выкрутил руль и помчал в сторону клуба, надеясь застать там еще хотя-бы Дена.
И как же был рад, что там был не только он, но и Матвей с Аленкой и девчонки Миры. Как только зашел в зал, все разговоры стихли и семь пар глаз уставились на меня. Причем негодование и даже ненависть преобладали в большинстве взглядов. Меня же просто окатило ледяной водой:
— Вы все знали! — сказал четко и внимательно наблюдая за реакцией каждого здесь сидящего. И все мои догадки подтвердились. — Знали и молчали! Или я не имею право знать? А?
— Не имеешь! — выкрикнула Аня, — ТЫ, — прошипела разъяренной кошкой она, — вообще больше никакого права не имеешь, ясно?
— Аня. — позвал ее тихо, но достаточно уверено, Ден, что Анька замолчала.
— Прости брат. — опустил друг голову, — Я не смог больше молчать поэтому сегодня и просил с тобой срочно встретиться. Но как оказалось эта информация уже неактуальна? Так?
— Мой отец с матерью сегодня ездили к Мириным родителям. — только и смог сказать, а после просто подошел и налив себе виски в рокс, выпил сразу половину, потому что больше ничего не мог сказать, точнее не хотел эту грязь выносить всем.
Приподняв взгляд из под полуопущенных ресниц заметил немой шок у девушек и достаточно хмурые лица друзей. Алена вообще побледнела, так что могла и без сознания свалится. Ее наверное только и останавливало что Матвей ее прижимал сильнее с каждой минутой. Аня же просто прикрыла рот ладошкой, и пыталась подавить слезы, которых было достаточно много в ее глазах, чтобы их могли заметить все здесь находящиеся.
— Макс, — позвал меня хмурый Мот, — это же не все, так?
Я только и смог покачать головой, но говорить сейчас не мог. Не мог это все произнести здесь и при всех.
Я откинулся на спинку дивана и прикрыв глаза, начал вспоминать наше знакомство с моей Колючкой. После, как пытался ее добиваться, а она просто позволяла это делать. А наш первый поцелуй — это было вообще рождение сверхновой. А наши танцы! Да что танцы, наши дни и ночи с ней. И только один раз у меня была осечка, когда порвалась защита. Неужели этого хватило, для того чтобы сейчас моя девочка боролась не только за себя, но и за нашу маленькую жизнь.
Внутри меня разрасталось, что-то вообще мне непонятное, но такое большое, отчего складывалось впечатление, что если я встану сейчас, то небо разверзнется, и мир остановится. От этого было и хорошо и страшно. Мне нельзя теперь совершить ни одной ошибки. Ни одной! Я не имею права на них. У меня теперь есть для кого стараться.
— Что мне делать? — прошептал, но почувствовал как от моего вопроса содрогнулись все.
— Макс, ты только не наломай сейчас дров. — начал Мот,
