просто исчез с радаров и затаился. Мои люди искали их на протяжении нескольких недель, но безрезультатно. Даже самые опытные хакеры Каморры были не в состоянии отследить их местонахождение, потому что этот чертов гений доказал, что гены имеют мощную силу. Единственное, что в этой ситуации хотя бы отдаленно вызывало спокойствие во мне, – это то, что Адриана была тщательно скрыта не только от меня, но и от всего картеля. До сегодняшнего дня.
– Адриана?
Все внутри перевернулось, когда я услышал, как она начала громко плакать. Фрэнки, услышав ее имя, достал телефон и позвонил кому-то, скорее всего, одному из наших ищеек, чтобы отследить звонок. Плач усиливался, а я не мог ничего сделать, чтобы защитить свою дочь.
– Милая, ты в порядке? Где ты? Что он сделал с тобой?
От одной мысли, что Алессио причастен к ее слезам и такому состоянию, я потерял контроль. Гнев внутри нарастал с молниеносной скоростью, в ушах звенело, кровь разжигала все внутри. Я сожгу весь мир и убью каждого ублюдка, кто прикоснулся к ней, в том числе и мелкого гаденыша – Алессио. И да поможет ему бог, чтобы моя дочь была цела и невредима, иначе никакие молитвы не спасут его.
Сердце сжимали тиски, пока я ждал ее ответа.
– Я… Папа, я… Я не хотела, клянусь.
Черт возьми, что она имеет в виду?
– Адриана, с тобой все порядке? Ты ранена? – Она молчала, и это убивало меня. – Отследите ее местонахождение сейчас же, черт возьми!
Я прорычал на Марио и Фрэнки, которые были заняты именно этим, но огонь внутри меня возгорался с каждым всхлипом Адрианы, и я ненавидел себя за то, что подводил мою принцессу. Я представлял ее наполненные слезами глаза, которые смотрели на меня с обвинением, потому что я предал ее доверие, не смог защитить ее, и это ранило меня. Я сжимал кулаки, пытаясь сдержать всепоглощающую ярость, вырывающуюся наружу и усиливающуюся с каждой секундой молчания Адрианы.
Фрэнки покачал головой, давая понять, что отследить звонок не удается. Алессио – гений в своей области, поэтому я не удивлен, что очередная попытка сделать это закончилась полным провалом. Он установил на телефон какое-то из своих приложений, которое скрывало его местонахождение, что означало, что я понятия не имел, куда он увез мою дочь, и не мог ей помочь. Если только она не поможет мне найти ее.
Я отошел от моих людей и забытого Тобиаса, который, судя по всему, потерял сознание, и, пытаясь казаться спокойным, обратился к дочери:
– Милая, я знаю, тебе страшно, но ты должна мне помочь, хорошо? Просто скажи мне, где ты, чтобы я смог забрать тебя.
– В горах, – дрожащим голосом произнесла Адриана спустя долгие секунды. – Мы в горах. Долина водопадов в Аппалачах.
Долина водопадов.
Черт, как я мог упустить это? Как я мог забыть про это место?
Мне не добраться до Адрианы раньше чем через пару часов, но я знал, кто сможет быть там в течение получаса. Я перевел взгляд на Марио, который уже смотрел на меня, ожидая любого приказа. Я прикрыл рукой динамики и обратился к нему:
– Свяжи меня с Нью-Йорком. – Марио посмотрел на меня, сощурив глаза, и я видел в них множество вопросов и сомнений, но плевать. – Сейчас же!
Когда он кивнул и вышел из комнаты, я вернулся к Адриане:
– Хорошо, к тебе уже едет помощь, милая. Не делай глупостей, оставайся там, где ты сейчас находишься, и не смей отключаться. – Она молчала, лишь плач и какой-то шум на фоне доносился до моего уха. – Я с тобой. Адриана, ты слышишь меня?
Будь я проклят, если позволю кому-либо причинить вред моей семье. Больше нет. Каждый ублюдок заплатит за то, что сделал с любовью всей моей жизни, и моя дочь будет доставлена домой в целости и сохранности, даже если мне придется нарушить клятву, данную много лет назад.
– Я… я убила его.
Я ожидал услышать все, что угодно, но не это. Признание Адрианы эхом разносилось в моей голове, пока я пытался осознать услышанное.
– Папа… я убила Алессио. Я убила его. Он мертв, папа.
Я ничего не успел сказать, потому что она отключилась. Набрав номер повторно, я попал на автоответчик, как и каждый раз до этого. Я попробовал еще раз, но результат тот же. Из меня вырвался отчаянный рык, когда телефон полетел в стену и разбился на куски.
Всю жизнь я старался держать семью подальше от своей работы, своих обязанностей Капо. Я пытался быть хорошим мужем и отцом внутри дома, никогда не применял силу или грубость по отношению к моим детям и любимой, в то время как вне семьи считался жестоким и безжалостным человеком. В моем доме оружие хранилось под замком, дела решались только в кабинете, и никто посторонний не мог зайти в особняк.
Если Люцио готовили к будущему, то Адриана никогда не держала в руках оружия, не говоря о том, чтобы стрелять из него. Она была маленькой принцессой, следующей за мной по пятам. Она любила читать у моих ног, пока я работал, танцевала каждый вечер, демонстрируя новые движения, дарила яркие улыбки, способные осветить огромный особняк своим светом. Она невинна и чиста, но я заставил ее испачкать руки. Однако я намерен исправить все, что натворил, и для начала мне нужно вытащить дочь оттуда, привезти ее домой, а потом я займусь картелем.
Марио зашел в комнату, протягивая мне телефон.
– Ричардсон готов к переговорам.
Я кивнул ему и взял трубку.
– Майкл.
– Маттео, – поприветствовал меня грубый мужской голос, который я бы предпочел не слышать еще несколько десятков лет. – Чем я обязан такому звонку?
– Организуй мне поисковую группу в кратчайшие сроки в Аппалачи в Долину водопадов.
– Что такое, Маттео? В чикагских лесах олени больше не водятся? – усмехнулся Босс Нью-Йоркских Безбожников.
– Найди мою дочь, Майкл, – выдал я на одном дыхании, сдерживая себя в руках, чтобы не сломать телефон. У меня не было времени на разговоры. – Доставь мне ее в безопасности.
Мужчина молчал мгновение, переваривая мои слова и прикидывая сулящую выгоду.
– Что я получу взамен?
– Двадцать процентов от поставок через мой порт и возможность проводить сделки на моей территории. – Я видел протест в округлившихся глазах Марио, но он не смел ничего говорить, если только не хотел быть следующим повешенным в этой комнате.
– Твоя дочь так много стоит?
– Она стоит жизни.
– Раз ты так говоришь, – я слышал, как Майкл дает приказ своим людям найти Адриану, а потом вернулся ко мне, – я доставлю
