здесь самое место.
Помимо способностей нападающего, Броди ошеломляло в Сэме полное отсутствие высокомерия. Даже выиграв два чемпионских кубка и построив карьеру, которой позавидовали бы именитые хоккеисты, Беккер оставался предельно приземленным человеком. К нему шли, угодив в затруднительное положение, причем неважно, личного характера была проблема или профессионального.
Кроме того, за несколько лет Сэм успел стать ближайшим другом Броди.
– Отстранение закончилось, – откликнулся Беккер. – Теперь он жаждет крови. И не забыл, кто ему это отстранение обеспечил, пацан.
Броди проигнорировал последнее словцо (Беккер отказывался называть его иначе) и хмыкнул.
– Верно. Это ведь моя вина, что он порезал мне подбородок коньком.
В раздевалку подтянулись и другие игроки. Вратарь, Алекси Никлаус, отсалютовал им в знак приветствия. Рядом с ним расположился Дерек Джонс, новичок сезона, успевший стать одним из лучших защитников в лиге.
Он наклонился к Броди и сказал:
– Вальдек вернулся.
– Я слышал. – Броди стянул черную футболку и швырнул на скамью.
Джонс внезапно заулюлюкал, и Броди опустил взгляд, изучая свою грудь.
Как выяснилось, на ней сохранилось напоминание о самом жарком сексуальном опыте в его жизни. Над левым соском красовался лиловый засос от полных губ Хейден, горел на коже, подобно клейму.
Хейден поставила его, когда Броди подхватил ее с пола в коридоре и отнес в спальню… где трахал всю ночь.
Утром, когда он проснулся, его встретила картина мечты: темные волосы Хейден разметались по накрахмаленной белой подушке, одна обнаженная грудь прижалась к его торсу, стройная нога обвила его бедра.
В прошлом Броди неоднократно доводилось обниматься после секса, но он не припоминал пробуждения в такой позе. Обычно он аккуратно отстранял партнершу – чтобы заснуть, ему требовалось пространство, расстояние. Но с Хейден все получилось иначе. И он не забыл, как в полудреме перед рассветом притянул теплое обнаженное тело девушки поближе.
Надо же.
– Напомни, чтобы я не подпускал тебя к моей дочери, – объявил Беккер.
Сидящий рядом Джонс заржал.
– И кто же счастливица? Ты хоть узнал, как ее зовут?
Броди моментально напрягся. Его тянуло огрызнуться, встать на защиту своего доброго имени. Потом он задумался, почему вообще его беспокоило, что товарищи по команде до сих пор считали его плейбоем. Разумеется, в прошлом он таковым и являлся. Когда он пришел в профессиональный спорт, слава ударила в голову, а сдержаться Броди не мог.
Но Броди был парнем, который вырос в нищете в Мичигане: логично, что обрушившиеся богатство и внимание быстро вызвали зависимость у хоккеиста. Все было таким волнующим. Притягательным. Внезапно все захотели стать ему друзьями, доверенными лицами, любовницами.
В двадцать один год Броди наслаждался преимуществами новой работы, особенно бесконечным потоком женщин, которые в очередь выстраивались ради шанса ощутить внутри себя его член.
А затем он осознал, что девяносто процентов на все готовых девушек волнует исключительно его физическая форма. Что еще хуже, фото Броди внезапно попали в соцсети и на спортивные сайты, где не публиковали ничего, кроме досужих сплетен. И на снимках он каждый вечер выходил из клуба с новой женщиной.
А однажды где-то выложили компрометирующее фото: Броди засовывает язык в глотку официантке на стандартном командном мероприятии.
В конечном счете ребята из пиар-команды «Уорриорз» затащили Броди в офис к руководству и велели сбавить обороты, мол, иначе его вышвырнут из команды и плевать, звезда он или нет.
Броди здорово испугался и, начиная с того момента, старался скрывать свои похождения. Впрочем, это не мешало ему волочиться за каждой юбкой.
Теперь он тоже был не прочь очутиться в центре внимания, однако его уже не интересовали постельные утехи с дамочками, которые не видели дальше фасада звездного нападающего «Уорриорз».
К сожалению, товарищи по команде, похоже, не смогли принять тот факт, что кобелиное поведение осталось в прошлом.
Что ж. Пусть думают, что хотят. Может, он и не Казанова, зато способен надрать им задницы.
– Да, я узнал ее имя, – проворчал Броди, закатив глаза.
А вот номер – нет.
Впрочем, скучную подробность он разглашать не стал. Он и не понимал толком, почему его сильно беспокоит отказ Хейден дать ему номер телефона.
Вдобавок Броди никак не мог осмыслить фразу, которую она выдала ему на прощание.
«Я прекрасно провела время, но это не повторится. Надеюсь, ты поймешь меня».
Любой мужчина просто мечтает услышать подобное. Он и припомнить не мог, сколько раз пытался найти способ мягко отшить женщину, когда утром после совместно проведенной ночи она просила о чем-то большем.
Хейден в принципе обобщила весь его подход к сексу, которому он никогда не изменял. Просто ночь, никаких ожиданий. И все. В былые времена он отправил бы ей корзину с фруктами и открытку с благодарностью за такое ни к чему не обязывающее прощание.
А теперь ему хотелось иного. Именно поэтому он отправился к Хейден в отель, хотя несколько месяцев подряд успешно избегал случайных связей. В ней таилось нечто особенное, и Броди был уверен, что она как раз сумеет дать ему то самое большее, которое он жаждал. Сексуальная преподавательница университета, ненавидящая спорт и способная распалить мужчину-хоккеиста?
Девушка мечты!
– Надеюсь, ты не слишком утомился, – заметил Беккер. – Сегодня мы не можем позволить себе облажаться, только не в плей-офф.
– Эй, ребята, а вы читали спортивный раздел на страничке «Трибьют»? – неожиданно подал голос Джонс. – Утром они опубликовали очередную статью о том, что жена Хьюстона обвиняет мужика в подкупе. – Он нахмурился. Его детской мордашке чудовищно не шло это сумрачное выражение: парнишке двадцать, и он еще не в полной мере овладел свирепым взглядом хоккеиста. – Как будто хоть кто-то из нас взял бы деньги, чтобы намеренно проиграть. Черт, от девицы столько неприятностей, я бы с удовольствием забросал ее дом туалетной бумагой.
Броди рассмеялся.
– Взрослые люди не занимаются такими глупостями.
– Да ладно, тебе нравятся мои розыгрыши! – возмутился Дерек. – Ты ржал как ненормальный, когда я заменил щитки Алекси на розовые, с картинками с «Хэллоу Китти».
Алекси, сидящий в противоположном конце раздевалки, продемонстрировал Джонсу средний палец.
– Успокойтесь, дети, – ухмыльнулся Беккер. Он повернулся к Броди и посерьезнел. – Что думаешь насчет статей?
Броди пожал плечами.
– Я не собираюсь верить, что кто-то из нашей команды способен специально пустить игру под откос, пока не увижу доказательств, которые якобы имеются у миссис Хьюстон.
Джонс согласно закивал.
– Прес – хороший мужик. Он ни за что бы ни стал подтасовывать результаты. – Джонс ненадолго замолчал. – Меня заинтриговали другие слухи. Знаете, рассказы анонимного источника, который утверждает, что миссис Хьюстон трахается с кем-то из игроков «Уорриорз».
Что за чертовщина?
Броди сегодня
