что ты верила в нас.
Я рассмеялась.
– Даже не мечтай.
Лукас придвинул телефон обратно к себе.
Его лицо было спокойным, а взгляд блуждал по мне.
– Я скучаю по тебе, детка. – Шум в раздевалке превратился в рев, и я едва могла разобрать, что он сказал. – Увидимся завтра.
Я лишь кивнула, ощущая давящее чувство груди, которое не позволяло мне что-либо сказать.
Я погасила телефон и рухнула обратно на кровать. Я понятия не имела, как я должна была дождаться его.
Глава 28
Лукас
Я вылетел из автобуса в ту же секунду, как мы заехали на парковку. Я хлопнул Джекса по спине и крикнул ему, не замедляя шага:
– Возьми мою сумку, дружище.
Он лишь улыбнулся мне.
– Передай привет Пайпер.
Я за десять минут смог добраться от арены, расположенной на другой стороне кампуса, до общежития. Несмотря на то что мы говорили с ней прошлой ночью, я все еще жаждал встречи с ней. Мне было физически больно находиться вдали от нее после того, как я провел целый год один, ведя себя как последний придурок.
Я легонько постучал в дверь, и мои губы расползлись в улыбке, пока я прислушивался к шороху, как она вставала. Мой взгляд встретился с ее голубыми глазами, но вместо того, чтобы быть ясными и яркими, они были тусклыми. Я обхватил ладонями ее подбородок и погладил по скуле.
– Эй, что случилось?
Она положила руки на талию и прильнула к моей руке.
– Я бы не хотела с тобой это обсуждать.
– И что это еще значит? – спросил я, вглядываясь в ее лицо. Ее кожа приобрела тревожный серый оттенок.
Она наморщила нос.
– Женские проблемы.
Я приподнял бровь и обнял ее за поясницу, притягивая ближе.
– У тебя месячные?
Румянец окрасил ее щеки.
– Мы можем не говорить об этом? – Она поморщилась, и мои руки напряглись.
– У тебя что-то болит?
Она закатила глаза, возвращаясь к своему привычному виду.
– Да, от месячных бывает больно.
Я отвел ее обратно к кровати и укрыл одеялом, прежде чем положить ноутбук рядом с ней.
– Я сейчас вернусь, хорошо? Мне просто нужно кое-что захватить, и мы можем зависнуть здесь с тобой вечером.
Она опустила глаза и кивнула. Ее голос был таким тихим, что я едва расслышал ее.
– Хорошо.
– Эй. – Я приподнял ее подбородок, чтобы она посмотрела на меня. Ее губы тронула легкая улыбка, и я наклонился, чтобы поцеловать ее. – Я скоро вернусь.
Я шел по направлению к аптеке, потирая затылок. Я понятия не имел, что делать. Я отправил Джексу короткое сообщение.
Тогда я позвонил единственному человеку, который мог мне в этом помочь.
– Лукас, что случилось? – спросила меня мама, как только взяла телефон.
– Разве я не могу просто так позвонить тебе? Я соскучился.
Она вздохнула.
– Я тоже скучаю по тебе. А теперь перестань пытаться умаслить меня и скажи, что случилось.
Я посмеялся над тем, насколько хорошо знала меня мама.
– Что нужно девочкам, когда у них месячные?
– Мне вообще стоит задавать вопросы?
– Честно? Я думаю, ты была бы приятно удивлена. Это касается Пайпер.
Я почувствовал, как она улыбнулась.
– Слава богу, ты наконец-то одумался. Я думала, что нам с твоим папой придется что-то предпринимать.
– Мама. Я рассчитывал, что ты будешь на моей стороне.
– В книгах для родителей ничего не говорится о том, чтобы соглашаться со своим сыном, когда он ведет себя как идиот. Теперь скажи мне, что тебе нужно.
– В этом-то и проблема. Я не знаю. Когда я пришел к ней, она плохо выглядела, мам. Она, черт возьми, сморщилась и схватилась за живот, – сказал я, рассматривая бесчисленное количество обезболивающих.
– Так бывает. Я пришлю тебе список, что купить.
Я облегченно выдохнул.
– Спасибо, мама. И я правда скучаю по тебе.
– Вот почему ты мой любимый сын.
– Я твой единственный сын.
Она рассмеялась.
– Я счастлива за тебя, Лукас. Вы двое были созданы друг для друга.
Когда я постучал в дверь к Пайпер, я заметил, что она стала выглядеть намного хуже.
– Черт возьми, женщина, тебя нельзя оставить ни на одну минуту, – сказал я, целуя ее в лоб, затем прошел мимо нее, чтобы поставить свою сумку к ней на кровать.
Она забралась под одеяло и посмотрела на мою сумку, пока я доставал из нее вещи. Я открыл бутылку воды и протянул ей, а затем дал ей две таблетки спазмолитика.
– Моя мама сказала, что это лучшее лекарство при менструальных болях.
Пайпер приподняла брови и проговорила одними губами, прежде чем проглотить таблетки:
– Твоя мама?
Держа в руках несколько плиток шоколада, я ответил:
– Я купил еще это. Подумал, что ты сама выберешь, что тебе нужно.
Наконец я вытащил горячий компресс, и она заурчала, когда я положил его ей на живот.
– Ты не обязан был этого делать, Лукас, – сказала она и зажала кусочек шоколада между зубами.
– Я хотел. Я всегда буду хотеть заботиться о тебе.
Ее глаза заблестели, и я поцеловал ее между бровей.
– И ничего, кроме этого.
Я осторожно залез на кровать, чтобы не задеть ее, и положил ее ноутбук себе на колени, включив «Гордость и предубеждение».
Она фыркнула, прижимаясь ко мне.
– Не пойми меня неправильно. Мне действительно понравилось, когда мы в последний раз пытались его посмотреть, но сегодня я просто не в настроении.
Я крепче обнял ее, играя с прядью ее медово-светлых волос.
– Я здесь не для этого. Я просто хочу быть с тобой…
Она уткнулась лицом мне в грудь, издав довольный звук.
– Спасибо… за все.
– Отныне я всегда буду здесь, когда буду тебе нужен.
Я поцеловал ее в макушку и включил фильм.
Пайпер прислонилась головой к окну пассажирского сиденья, пока мы ехали по четырехполосному шоссе к дому ее родителей. Она не отрывала взгляда от покрытой инеем сельской местности за все время пути.
Несмотря на то что наше расписание не совпадало, на этой неделе я каждое утро провожал Пайпер на занятия, ненавидя себя за то, что мне не удавалось чаще видеться с ней, но с приближением ее волейбольного сезона и моей хоккейной нагрузки мне повезло, что я вообще видел ее в некоторые дни.
