тишина.
Напряжение только усилилось.
Войдя в зал, Ся Дэн сразу почувствовала, какой странной была атмосфера в этой семье. Родителям, видимо, было совершенно наплевать на собственного сына; отец, казалось, любит бывшую жену сильнее нынешней; а дедушка сильно постарел – за два года, что они не виделись, волосы на его висках полностью поседели.
В этот момент Ю Фэн взял Ся Дэн за руку и взглянул на нее. От усталости его веки двигались очень медленно, но в уголках губ пряталась улыбка, полная любви и заботы. Казалось, вся родня, собравшаяся в этом зале, не занимает такое важное место в его сердце, как она.
Ся Дэн уверенно сжала его пальцы, ее взгляд стал еще более решительным. Она не имела никакого отношения к людям в этой комнате, все они, вместе взятые, не имели для нее и близко такого же значения, как ее парень.
«Старый друг» наконец приехал. Он был покрыт дорожной пылью, что типично для Северного Китая41, вошел в двери, задыхаясь. По-китайски мужчина говорил не особо бегло, но было видно, что языком он владеет хорошо. Он снял головной убор, открыв взору золотистые кудри, однако по его спутанной и неухоженной бороде можно было предположить, что последние годы он жил вовсе не спокойно. Во время разговора выяснилось, что этот француз был коллегой бабушки Ю Фэна, они вместе работали в редакции.
Не тратя времени на бесполезные церемонии, мужчина сообщил всем присутствующим важную информацию:
– У Яцзе и нашего босса действительно родился ребенок, его отдали на воспитание в другую семью, но не прошло и двух лет, как он покинул наш мир из-за гриппа.
Ту Яцзе – так звали бабушку Ю Фэна.
Дедушка остался совершенно спокоен; Ю Ицзян, Ю Фэн и Ли Вэй встрепенулись, кто-то больше, кто-то меньше; новая жена Ю Ицзяна с дочерью и Ся Дэн сидели в недоумении.
– Та семья испугалась ответственности, поэтому они забрали ребенка из трущоб, чтобы подменить им дочь Яцзе, – продолжил француз.
Ли Вэй вскочила на ноги.
Больше никаких подробностей мужчина не добавил.
– Нам очень жаль, что произошла трагедия. Прошу простить мою трусость и слабохарактерность. В то время мне еще нужно было работать на босса, я был вынужден во всем его слушаться…
Снова наступила тягучая тишина.
Глаза Ли Вэй были до краев наполнены слезами. Даже долгие годы в тюрьме не отняли ее красоты. Глаза и кончик носа покраснели, она стала очень хрупкой и потерянной.
Ю Ицзян сжал кулаки, а потом скинул всю посуду со стола, разразившись бранью:
– А на кой черт сейчас-то говорить!
Француз опустил голову и не издал ни звука.
– Возьми себя в руки! – прикрикнул на Ицзяна Ю Чжэньдун.
– Как я могу взять себя в руки? Ты же прекрасно знаешь, через что мне пришлось пройти за эти годы… – Глаза Ицзяна тоже покраснели, он жалобно взглянул на отца.
Ю Чжэньдун ничего не ответил.
Ли Вэй продолжала остолбенело стоять у стула, убитая горем. Тем не менее она не взорвалась. Годы в тюрьме научили ее сдерживать раздражение и гнев.
Ся Дэн и новая жена Ю Ицзяна с дочерью все еще не понимали, что произошло. Ся Дэн бросила взгляд на Ю Фэна, лицо того не выражало никаких эмоций, казалось, что он был здесь всего лишь сторонним наблюдателем.
На этом бы все и закончилось, но Ю Ицзян не вытерпел и взял Ли Вэй за руку.
Увидев это, его вторая жена вскипела, вскочила на ноги и принялась кричать:
– Что? Хочешь сказать, что по ошибке развелся с ней? А сейчас недопонимание разрешилось и собираешься все восстановить? А я тогда тебе на кой черт сдалась? Я просто игрушка для тебя? Просто грела местечко, пока Ли Вэй не было?
– Папа, я думала, что за эти годы совместной жизни мы стали одной семьей, – пришла ей на подмогу дочь. – А сегодня вы все тут загадками говорите, мы с мамой как чужие получаемся. Если ты не хотел, чтобы мы стали частью вашей семьи, так зачем тогда делал предложение?
Ю Ицзян, казалось, не услышал их. Сейчас в его голове была только одна мысль – он и Ли Вэй не родные брат и сестра. Он даже подумал, смогут ли они снова быть вместе. Если он решится развестись со второй женой и снова жениться на Ли Вэй, как ему сказать об этом другим акционерам?
Не получив ответа, вторая жена подбежала к Ю Ицзяну, толкнула его, замахнулась сумочкой и – непонятно, произошло это намеренно или нет, – попала по голове Ли Вэй. Ицзян тут же обнял Ли Вэй, а своей жене отвесил звонкую оплеуху. Та замерла на несколько секунд, а потом, схватившись за щеку, завопила:
– Ю Ицзян! Я – твоя законная жена, это все знают! Можешь только мечтать о разводе! Посмотрим, что акционеры скажут!
Дочь подхватила ее под руку и залилась слезами.
– Разве не Ли Вэй по неосторожности убила бабушку? Ведь это была твоя мама! Дедушка все видит! Как ты вообще можешь хотеть быть с ней вместе?
Ю Чжэньдун сжимал в руке трость, сохраняя молчание. Однако видя, что скандал разгорается все сильнее и сильнее, он стукнул несколько раз тростью по полу.
Все тут же затихли.
Через мгновение Ю Чжэньдун обратился к Ю Ицзяну:
– Я пригласил сегодня твоих жену и дочь, чтобы напомнить: даже если случившееся тогда – ошибка, ты уже снова женат. Мужчина не может постоянно снимать с себя ответственность.
– Но раз уж это была ошибка…
– Никаких раз уж! – повысив голос, прервал его Ю Чжэньдун.
Увидев, что они еще долго будут копаться в грязном белье, Ю Фэн решил не ждать и поднялся со своего места.
– Ну, вы обсуждайте, договаривайтесь, как быть. А меня больше не зовите решать эти мерзкие вопросы, я даже знать о них не хочу.
Договорив, он взял Ся Дэн за руку и вышел из зала.
Атмосфера в ресторане была слишком напряженной. Все время, пока они были в зале, Ся Дэн даже дышать старалась потише, делала вид, что ее там нет вовсе, хоть «сестра» Ю Фэна постоянно закатывала глаза в ее сторону.
Ся Дэн никогда раньше не видела такие семьи, где каждый был друг для друга врагом, где постоянно обменивались жестокими отвратительными словами. Со стороны казалось, что у них не все в порядке с головами… На их фоне спокойный Ю Фэн казался неадекватным и странным…
Вдруг ей в голову резко пришел вопрос.
Ю Фэн…
Оказывается, он вырос в окружении
