Оливия Хейл
Согласившись с боссом
Информация
ОЛИВИЯ ХЕЙЛ — СОГЛАСИВШИСЬ С БОССОМ
СЕРИЯ: МИЛЛИАРДЕРЫ НЬЮ-ЙОРКА
КНИГА: 3
ПЕРЕВОД КАНАЛА: https://t.me/anastasi_book
(дорогие, настоятельно прошу не размещать книгу в своих каналах без указания группы переводчика, давайте уважать труд друг друга)
Внимание! Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу-переводчика строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
ПРОЛОГ Виктор
Где хотение, там и умение.
И хотение определенно есть. Оно в руках адвоката Роберта Тирша, сидящего у дубового стола моего деда. Он игнорирует стаю стервятников, наблюдающих за ним, и держит глаза на завещании. Возможно, ища выход из этого положения.
Я прислоняюсь к полкам, вдыхая знакомый запах пыли и книг в кожаных переплетах. Неважно, как часто горничные пытались убирать эту комнату. Дед всегда выгонял их.
Моя тетя меняет позу в кресле.
— Думаю, мы все будем признательны, если это можно будет сделать побыстрее. Сегодня, желательно.
Мистер Тирш прочищает горло. Смотрит с документа в руке на нее. На моих кузенов, втиснутых в старый диван честерфилд. И затем, наконец, его взгляд останавливается на мне.
Вот тогда я понимаю.
Ничто, даже столь пустяковое, как могила, не остановит деда от микроуправления делами Сен-Клеров.
Мистер Тирш прижимает носовой платок ко лбу.
— Тогда начнем. Благодарю всех за то, что собрались здесь сегодня для оглашения последней воли и завещания Ричарда Сен-Клера. Как вы все знаете, это не наш обычный способ информирования наследников о содержании завещания. Но завещатель оставил особые указания, и его адвокаты решили исполнить эти пожелания.
Он снова прочищает горло, глаза возвращаются к завещанию перед ним. Наверное, проще смотреть на него, чем на нетерпеливое ожидание в комнате.
— Ричард Сен-Клер оставляет половину своих активов, за исключением недвижимости, своей дочери, миссис Шарлотт Рис, в виде ликвидных денежных средств, акций и облигаций.
Моя тетя вдыхает. Звук эхом разносится в тесном кабинете.
— Вы сказали, за исключением недвижимости?
Мистер Тирш снова промокает лоб.
— Да.
Достойная, пятидесятивосьмилетняя Шарлотт Рис не оборачивается, чтобы бросить на меня взгляд, но я знаю, она хочет. В этом завещании только два основных наследника. Она и я.
У моего деда было только двое детей. С моими ушедшими родителями, я наследую долю моего отца.
— Другая половина активов, включая недвижимость, будет оставлена ребенку покойного сына Ричарда Сен-Клера, Виктору Сен-Клеру.
Значит, он оставил мне дом.
Старый мерзавец оставил мне это место, дом, который был моей тюрьмой и утешением годами. Может, наконец смогу заставить кого-нибудь вытереть пыль в этой комнате.
Моя тетя поднимается с места, но нервное покачивание головой мистера Тирша останавливает ее.
— Однако, есть условие, наложенное на мистера Сен-Клера. Оно весьма необычно.
Я скрещиваю руки на груди.
— Что именно?
Глаза мистера Тирша встречаются с моими. Он сжимается, нервно вертя бумагу в руках.
— Имущество будет находиться в доверительном управлении банка до тех пор, пока Виктор Сен-Клер не вступит в брак, после чего он формально унаследует дом. Если его семейное положение не изменится в течение двух лет, доверительное управление перейдет к миссис Шарлотт Рис. Как я сказал, это… весьма необычно.
— Вы шутите, — говорит моя тетя. — И это все? Никаких объяснений? Ничего?
Один из моих кузенов бросает на меня недоверчивый взгляд. Я продолжаю смотреть на адвоката, сохраняя лицо бесстрастным.
Дед требует, чтобы я женился, чтобы получить дом.
Неужели он действительно думал, что это будет иметь такую сильную власть надо мной?
— В завещании есть строка, да. Ричард Сен-Клер выразил желание, чтобы его внук Виктор продолжил род, — Тирш бросает на меня взгляд, наполовину испуганный, наполовину извиняющийся. Возможно, мне следовало быть добрее к нему по телефону, когда он звонил насчет этой встречи.
Продолжить род. Жениться.
Несколько секунд в кабинете царит тишина. Затем я начинаю смеяться. Впервые за долгое время я чувствую такую легкость в голове. Конечно, мой дед требует этого от меня. Он не закончил выносить суждения о моей жизни или использовать меня, как пешку. Он бросил перчатку, делая ставку на то, что знает, что значит этот дом для меня.
Женись, чтобы сохранить его. Не сделаешь этого — наблюдай, как он уходит.
И у меня есть два года, чтобы это сделать.
ГЛАВА 1 Сесилия
— Как обычно, для вашего босса?
— Да. В этот раз, пожалуйста, поменьше майонеза.
— В прошлый раз ему не понравилось? — спрашивает Райан.
Я извиняюще пожимаю плечами.
— Если что, мне показалось, что на вкус было потрясающе.
Райан усмехается, его руки мелькают за стойкой. Копченый лосось, руккола, каперсы, сливочный сыр и немного майонеза на безглютеновом хлебе. Мы болтаем все время, пока он готовит, о последнем пополнении в его семье. Мопсе по имени Люси.
— Моя жена обожает «Битлз», — говорит он с ухмылкой. — Так что имя было предрешено.
— У нее ошейник с бриллиантами?
— Думаете, я бы все еще делал бутерброды, если бы это было так?
Я смеюсь.
— У вас есть талант… так что да!
— О, вы мне льстите, — он протягивает мне готовый сэндвич, завернутый в пленку. — Вот, пожалуйста. Надеюсь, ему понравится.
— О, я уверена, что да, — я бодро машу ему на прощание, сэндвич длиной в фут, сделанный по точным предпочтения Виктора Сен-Клера, зажат под мышкой. Захожу в магазинчик на углу и беру ему кофе. Темная обжарка, колумбийские зерна, без сахара, без сливок.
Я возвращаюсь в «Exciteur Consulting» за четыре минуты до окончания совещания мистера Сен-Клера.
Стейси, новый охранник, работающий в лобби, дежурит у электронных турникетов. Отлично.
Я машу ей.
— Привет!
Она улыбается и пропускает меня вперед очереди сотрудников, ждущих, чтобы пройти через турникеты.
— Спасибо. Ты лучшая.
Она подмигивает.
— Только для верхних этажей.
Лифт, в который я спешу, заполнен лишь наполовину. Болтовня затихает, как только я нажимаю кнопку тридцать четвертого. Да, думаю я. Я работаю на топ-менеджеров.
Когда я поднимаюсь, в коридоре тихо. Только стук моих каблуков по каменному полу звучит, пока я прохожу мимо кабинетов руководителей. Две двери ведут в пустые переговорные. Одна — в кабинет финансового директора, другая — операционного.
