Оливия Хейл
Босс замедленного действия
Информация
ОЛИВИЯ ХЕЙЛ — БОСС ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ
СЕРИЯ: МИЛЛИАРДЕРЫ НЬЮ-ЙОРКА
КНИГА: 4
ПЕРЕВОД КАНАЛА: https://t.me/anastasi_book
(дорогие, настоятельно прошу не размещать книгу в своих каналах без указания группы переводчика, давайте уважать труд друг друга)
Внимание! Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу-переводчика строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
ГЛАВА 1 Одри
Больше всего ненавижу ожидание. Напряжение нарастает, комом оседает в желудке, меня подташнивает, ладони становятся липкими на бокале. Зачем я заказала «Космо»? Я никогда в жизни его не пила.
Брайан опаздывает. Сколько минут опоздания считается приемлемым, чтобы я могла уйти, не обидев его?
Уйти было бы проще. Быстрый текст с просьбой перенести встречу. Но это было бы бегством, а я пообещала себе смотреть страхам в лицо.
Идиота кусок, — думаю я. — Надо было начинать с чего-то помельче. Со страха замкнутых пространств, пауков, концепции бесконечности.
Только не со свиданий вслепую.
Я не выношу эту неловкость. Видеть, как он смотрит в телефон. Или, что еще хуже, самой уставиться в свой в поисках оправдания. Что, если я его явно разочарую? Или еще хуже: что, если он захочет выпить на ночь, а я нет?
Я делаю глоток своего розового пойла. Один напиток — всего один, нам предстоит разделить. А потом я скажу, что мне пора домой, потому что завтра на работу. По дороге закажу еды, чтобы отпраздновать свое выживание.
Бар, по крайней мере, выглядит прилично. Он предложил его после недели неловкой переписки. Приглушенный свет, посетители в нарядной одежде. Музыка идеальной громкости: не слишком громко, не слишком тихо. Цены чуть ниже разорительных, что для Манхэттена хорошо.
Телефон вибрирует на столе — приходит сообщение. Брайан опаздывает, что я и так уже знаю, и обильно извиняется.
Он реально использует слово «обильно».
Я кладу телефон на стол и делаю пять успокаивающих вдохов. Может, надо было поесть после собеседования, до того как ехать сюда. Может, назначать свидание вслепую и собеседование в компанию мечты на один день было перебором. Но тогда я поддалась порыву адреналина и храбрости и сделала это.
И вот теперь расплачиваюсь.
— Это всего лишь свидание, — шепчу я себе. Ком нервов в желудке не слушается, продолжая крутиться, вызывая тошноту. — Просто свидание. Если мне не понравится, я могу уйти. Просто уйти.
Легче не становится, поэтому я пробую другой аргумент. Тот, который Нина повторяла снова и снова прошлой ночью, отговаривая меня отменить встречу в последний момент.
Единственный способ чувствовать себя комфортнее — это практика.
Но сегодня вечером практика не кажется такой безобидной, особенно когда Брайан только что заставил меня еще пятнадцать минут сидеть одной и выглядеть дурой, пока мои нервы превращаются из безобидных бабочек в хичкоковских птиц в животе.
Мне нужен стакан холодной воды.
Я оставляю свой «Космо» на столе и направляюсь к бару. Он почти пуст, только несколько бизнесменов облокотились на стойку в своих самодовольных костюмах. Стоять — хорошо. Двигаться — тоже.
Я опираюсь на барную стойку и барабаню пальцами по стеклянной поверхности.
Бармен замечает меня.
— Да?
— Стакан холодной воды, пожалуйста, — говорю я. — Много льда.
— Без газа или с газом?
— Без газа.
— Конечно, — он поворачивается, но останавливается. — Добавить лимон?
— Только воду. Пожалуйста, — почему свидания для меня — это ужасно, чудовищно нервно? Все остальные, кажется, делают это на раз-два. Они порхают с одного свидания на другое, словно это игра.
Бармен ставит передо мной высокий стакан с водой. Я осушаю его до последней капли, пока не остается только звенящий лед.
Слева раздается голос:
— Ты в порядке?
Я ловлю краем глаза рукав пиджака рядом с собой, крупную кисть, обхватывающую стакан с виски, но продолжаю смотреть в свою пустоту. Грудь вздымается.
— Да. Все отлично, спасибо.
— Еще стакан воды? — голос мужской, мягкий и глубокий.
Я качаю головой и закрываю глаза. Последнее, что мне нужно — это тратить остатки сил на пустые разговоры.
— Нет. Все путем.
Маленькая мисочка с бесплатными орешками выдвигается в поле моего зрения.
— На всякий случай.
Этот жест заставляет меня фыркнуть. Звук выходит похожим на нервный писк, но он выпускает часть напряжения, поднимающегося внутри меня, как в чайнике.
— Спасибо, — говорю я, поворачиваясь к нему.
Светлые, золотисто-карие глаза встречаются с моими. Я никогда не видела таких глаз у мужчины. Темно-рыжие волосы зачесаны назад, открывая квадратное лицо.
— Если ты планируешь впасть в паническую атаку, — говорит он, — я могу придумать места получше, чем этот бар.
— У меня нет панической атаки. И вообще, кто планирует такое?
— Это просто фигура речи.
— Глупая фигура, — говорю я и одергиваю платье. Потом осознаю, что только что ляпнула. — Прости. Я не хотела тебя оскорбить.
Он поворачивается ко мне всем корпусом, уголок его губ приподнимается. Теперь, выпрямившись в полный рост, он высокий.
— Я не оскорблен.
— Хорошо. Что ж… спасибо за орешки.
— Пожалуйста, хотя признаюсь: они уже тут стояли.
Я снова фыркаю. Может, это и к лучшему. Выпущу пар с этим банкиром с Уолл-стрит.
— Я так и подумала. Но жест приятный.
Он машет рукой бармену, который на полпути останавливается, чтобы выслушать, что скажет парень с орешками. Я окидываю взглядом его костюм. Он выглядит, словно все деньги мира — его. Это видно по качественной ткани, поблескивающей в приглушенном свете. Я не доверяю парням, которые так выглядят. Слишком обаятельные, чтобы быть настоящими, и слишком богатые, чтобы быть скромными.
— Еще воды для леди, — говорит он. — Много льда, без лимона. Ты знаешь порядок.
Бармен кивает.
— Сейчас будет.
Он исчезает в конце стойки, а парень с орешками поворачивается ко мне.
Я хмурюсь.
— Ты не сказал «пожалуйста».
Его брови ползут вверх.
— Прости?
— Бармену, — я говорю откровеннее, чем обычно, особенно с незнакомцем, но нервы будто перевернули меня с ног на голову. Мои щеки заливаются краской. — То есть, просто вежливее было бы сказать «пожалуйста».
— Заметано, — говорит парень с орешками. Он опирается на стойку, губы все еще изогнуты в усмешке. — Хотя уверен, этот бармен за свои дни видал людей и погрубее меня.
— Это не повод хамить в будущем.
— Я щедро даю на чай, —
