закрытой, напряженной. Его голос, однако, звучит легко и даже непринужденно:
— Не ожидал, что уже сегодня ты будешь улыбаться.
— Разве я так редко улыбаюсь?
Влад неопределенно качает головой.
— Не в этом дело.
Пояснений не следует, но, кажется, я догадываюсь о смысле несказанного: в моей нынешней ситуации легко зациклиться исключительно на проблемах и страхах.
— У меня просто только что сбылась мечта, — признаюсь я, шутки ради добавив флера загадочности своему тону.
На самом деле говорить с Владом о чем-то личном — даже таких мелочах, — мне пока неловко. Помогает только разумное понимание: вряд ли мой муж не знает о моих сокровенных мыслях и планах.
— Мечта? — интересуется он серьезно.
Я киваю. Уголки губ невольно тянутся вверх.
— Да. Я всегда хотела увидеть океан.
— Ты не была у океана раньше? — удивляется он. — В детстве?
— Нет. Мы хотели поехать с родителями, но… не случилось.
— Прости, — произносит Влад. — Не хотел напоминать тебе про…
— Все нормально, — перебиваю я, быть может, излишне резко, и возвращаю нас к исходной теме: — Значит, я не говорила тебе про океан раньше?
— Нет, — отвечает он задумчиво. — Но я рад, что твоя мечта сбылась в моем присутствии.
Глава 6
Четверть часа спустя Влад сворачивает вправо, вглубь заросших зеленью холмов. Я снова прилипаю к окну и с большим интересом изучаю местные просторы.
Если поначалу мы проезжаем вполне обычные дома: расположенные поблизости друг от друга, они не стремятся к уединению, — то с очередным витком уходящей вверх дороги облик встроенного в природу жилья заметно меняется.
На глаза уже не попадаются милые и аккуратные двухэтажные коттеджи с небольшими земельными участками и разноцветными качелями на заднем дворе; сквозь плотные стены деревьев и кустарников мне лишь частично видны фасады и крыши скрытых за ними особняков. Все здесь кричит о стоящей немалых денег приватности.
Наконец, когда усталость и волнение сменяются колющей нервы и кожу взвинченностью, Влад нарушает установившееся между нами молчание долгожданной фразой:
— Наш дом. — Кивком головы он обращает мой взгляд в нужном направлении.
Под колесами плавного замедляющегося автомобиля мягко хрустит гравий подъездной дороги, в начале которой стоит трехэтажный и, к счастью, довольно небольшой дом. У меня вырывается облегченный выдох.
— Красивый, — делюсь я первым впечатлением, пока продолжаю знакомиться с представшей передо мной гаванью.
— Такое ощущение, что ты ждала чего-то другого. — Влад оборачивается ко мне, в чертах его лица мелькают напряжение и вопрос. Быть может, досада.
— Опасалась, — признаюсь я, приподнимая уголки губ в призванной успокоить мужа улыбке.
— В каком смысле?
Не то чтобы сознаваться в собственных — комплексах, наверное? — очень просто, но и отмалчиваться кажется неправильным.
— Когда мы стали проезжать все эти огромные дома, я начала переживать, что ты живешь в гигантском особняке — типа тех, что покупают голливудские звезды.
— Ты не хотела бы такой дом?
— Нет. — Я отрицательно трясу головой из стороны в сторону и даже передергиваю плечами для пущей выразительности. — Не мое это.
— Почему?
Я взмахиваю рукой в неопределенном жесте.
— Просто не представляю, что в таком доме делать. Мне кажется, их и покупают только ради сохранения капитала, а живут где-нибудь еще, разве нет? Ну или вечеринки там устраивают с кучей гостей. Зачем в двадцать первом веке тридцать спален или типа того?
Влад хмыкает.
— Не думал об. Но могу тебя успокоить: в этом доме комнат намного меньше. — Он тянется к ручке двери, прежде чем предложить: — Готова идти внутрь?
— Конечно. — Я киваю и, когда Влад делает первый шаг из машины, хочу выйти на улицу следом, но после больницы мои движения не отличаются быстротой.
Временная заторможенность, однако, спасает меня от очередной неловкой ситуации: Влад как раз приближается к пассажирской двери и открывает ее передо мной.
Я мысленно чертыхаюсь. Все эти джентльменские жесты для меня ужасно непривычны.
— Спасибо, — говорю я вслух, скованно принимая предложенную мне в качестве опоры руку.
И не зря: едва встав на обе ноги, я на миг теряю фокус и чуть не заваливаюсь на бок.
— Кристина? — Голос подхватившего меня Влада вибрирует тревогой.
— Все хорошо, — лепечу я, осторожно переминаясь с ноги на ногу, дабы убедиться в найденном-таки равновесии. — Просто голова закружилась. Питерсон сказал, в этом нет ничего страшного.
— Не стоило везти тебя длинным путем. — Влад мрачнеет.
— Почему? — удивляюсь я и спешно заверяю: — Мне все понравилось!
— И никакого дискомфорта или страха?
— О-о… — выдыхаю я, когда меня внезапно озаряет пониманием ситуации. — Я ведь даже не подумала!..
— Серьезно? — не верит Влад.
— Да. Я… Голова была забита совсем другим и… — Я перевожу дыхание и озадаченно тру лоб пальцами. — Может, дело в том, что аварию я не помню? — предполагаю я, смотря не прекращающему хмуриться Владу в глаза. — Для меня ее будто и не было. Вот я гадаю, где искать подработку в выходные, а вот — просыпаюсь в палате... А почему ты раньше ничего не спросил?
— Питерсон посоветовал не говорить с тобой о машинах в контексте фобии. При условии, что твое поведение будет спокойным.
— А если бы я запаниковала в дороге? Или даже на парковке?
Влад дергает плечом.
— На этот случай нас ждала квартира в двадцати минутах ходьбы от клиники.
Я замираю. Забота — она в таких поступках, да?
— Спасибо, — благодарю я на выдохе, не утаивая искреннего изумления.
Влад лишь кивает и затем переводит взгляд на дом.
— Пойдем?
— Да, конечно, — соглашаюсь я и неловко разворачиваюсь в оберегающем от падения объятии Влада. — Пойдем.
Вопреки моим ожиданиям мужские ладони не исчезают — лишь незначительно смещаются: одна по-прежнему придерживает меня за талию, другая — ложится на оголенную кожу предплечья непривычным ощущением жара и чужого вторжения в мое личное пространство. Прикусив край нижней губы, я перевожу взгляд вниз, на носки собственных кроссовок и слежу за ритмичностью шага.
Под упругой подошвой хрустит дорожная насыпь. Легкие наполняются запахом окружающих дом растений, к которому отчетливо примешивается древесный аромат мужского парфюма.
От насыщенного кислородом воздуха снова кружится голова. По телу взволнованно-испуганным роем пробегают мимолетные мурашки, стоит вспомнить, что отныне я буду жить с едва знакомым человеком. В полном уединении уже совершенно не кажущегося мне большим дома.
Мы поднимаемся к входной двери по низкому, но широкому крыльцу, и Влад наконец отпускает меня. Предварительно убедившись в том, что я твердо стою на ногах.
— Как ты себя чувствуешь? — Его взгляд остается на мне, внимательный и как будто ожидающий.
— Все хорошо, — настаиваю я и для убедительности легко улыбаюсь. — Готова к подробной экскурсии.
— Надеюсь, дом
