ты так далеко, не тогда, когда ты здесь, куда бы я ни посмотрела. Ты стоишь под деревом, приглашая меня полетать. Ты сидишь в угловой кабинке в пабе, держа мою руку под столом. Ты стоишь на тротуаре и ждешь, когда закончится моя смена. Я чувствую тебя повсюду. Я знаю, что ты обучаешь новых пилотов в эскадрилье «Орел», а не летаешь на боевые задания, но, пожалуйста, будь осторожен. Будь в безопасности ради меня, любовь моя. Мы разберемся с этим. Мы должны.
С любовью,
Скарлетт
— Я не думал, что ты придешь, — сказал Адам, когда мы встретились на благотворительном вечере.
— Я чуть было не отказался от этой идеи, — признался я, кивнув своему знакомому через зал. Я слегка нахмурил брови, думая о том, какой маленькой и интимной была вечеринка Джорджии по сравнению с этим событием. — Ты не ответил на мое сообщение.
Адам вздохнул.
— Ты целый месяц избегал всех моих сообщений. Считай, что это расплата, — он повертел шеей и поправил бабочку.
— Она не передумает, — мои глаза продолжали сканировать толпу, ища того единственного человека, ради которого я пришел.
— Заставь ее, — Адам поднял брови.
— Нет, — мои глаза сузились, когда я заметил слева толпу любителей инди-фильмов. — Кроме того, она не отвечает на мои звонки. Прошло уже две недели, так что есть вероятность, что это намеренно, — сказал я с неуверенной улыбкой.
— Ты действительно хочешь остаться в истории как парень, который позволил собственному эго встать на пути к счастливому концу Скарлетт Стэнтон?
— Все было не так, — я повернулся к Адаму, но смотрел через его плечо, продолжая свои поиски.
— Ну, так это выглядит, и именно это будет написано во всех отзывах, — он вздохнул.
— Разве книга плохо написана? — спросил я.
— Конечно, нет, это же все-таки ты, — он разочарованно покачал головой.
— Тогда так. Правки должны быть готовы через несколько дней, верно? — я сложил руки на груди.
— Да. И позволь мне рассказать тебе, как обрадовалась редактор, которой пришлось делать обе версии, потому что ты не выбрал одну. Спойлер: она была в бешенстве.
— Еще раз спасибо, что вы все пошли мне навстречу, — я имел в виду каждое слово.
— Она также сказала, что счастливый конец лучше, — бросил он в ответ.
— В этом мы согласны, — вспышка красного цвета привлекла мое внимание, и я улыбнулся. Пейдж Паркер. Это означало, что Демиан где-то здесь.
— Тогда какого черта ты...
— Ноа Харрисон! — позвал кто-то за моей спиной.
Я оглянулся через плечо.
Бинго.
— Демиан Эллсворт, — поприветствовал я.
Веди себя вежливо. Тебе нужна информация.
Это было не то, о чем я мог спросить Джорджию — уже нет.
— Представить только, я вижу тебя здесь, — он хлопнул меня по плечу и двинулся к нам. Бывший Джорджии был ростом чуть меньше шести футов, что делало меня на добрых четыре дюйма выше. Он улыбался мне такими белыми зубами, что они были почти голубыми.
— Я мог бы сказать то же самое, учитывая, что у тебя дома маленький ребенок, — я заставил себя улыбнуться, хотя желчь поднималась у меня в горле. Это был человек, который разрушил женщину, которую я любил, который снова и снова говорил ей, что ее недостаточно, чтобы удовлетворить его.
Какой же он придурок.
— Для этого и нужны няни, — ответил он, пожав плечами. — Ну, как поживает моя жена? — он поднял бокал и сделал длинный глоток.
Я удержался от того, чтобы запихнуть бокал ему в глотку. Едва ли.
— Я не знал, что у тебя есть жена, — я моргнул в насмешливом недоумении.
Адам отпил из своего бокала.
— Туше, — он посмотрел на меня оценивающим взглядом. — Скажи, а те старые дедушкины часы еще показывают время? Те, что в гостиной?
— Конечно, — я приподнял бровь в ответ на навязчивое напоминание о его прежней роли в жизни Джорджии. — Знаешь, это мне кое-что напомнило. Ты ведь хорошо знал Скарлетт, не так ли?
Глаза Адама метались между нами, словно мячик для пинг-понга, но он молчал.
— Конечно, знал. Вот почему у меня есть права на десять ее книг, — он ухмыльнулся.
— Верно, — сказал я, как будто действительно успел забыть об этом факте. Что, черт побери, Джорджия нашла в этом низкопробном Нике Нолте? — Значит, ты приехал как раз вовремя, потому что мы с редактором обсуждали концовку новой книги.
— Книги, о которой никто не должен знать? — он слегка подмигнул, что было довольно странно.
— Той самой.
— Парни. Потише. Мы собираемся сделать неожиданное объявление, помните? — предупредил Адам.
— Да. Конечно, — я мог бы расцеловать его за то, что он мне подыграл. — В общем, мы с Адамом обсуждали окончание... истории Скарлетт, и был один кусочек головоломки, который я не успел вытащить из Джорджии, пока был в Колорадо, — я преувеличенно вздрогнул. — Ну, ты лучше многих знаешь, насколько она бывает замкнута.
Демиан рассмеялся, и мои кулаки сжались, но я сумел сдержаться.
— Да, она с характером, моя Джорджия, — он задумчиво улыбнулся.
Джорджия моя, придурок.
Адам поднял брови и сделал длинный глоток.
— Точно. В общем, я хотел спросить — ради истории, Скарлетт когда-нибудь рассказывала тебе, почему она так долго ждала, чтобы объявить Джеймсона... — слово замерло у меня на языке. В моей голове эти двое продолжали жить, будучи безумно счастливыми.
— Мертвым? — предложил он, делая очередной глоток.
— Да.
— Разве это не очевидно? — он посмотрел на меня как на идиота. — Она никогда не теряла надежды. Никогда. Эта женщина была упряма до невозможности, но, черт возьми, она была романтиком. Каждый день она проверяла почту в одно и то же время, надеясь, что пришло какое-то известие, и это было уже после смерти Брайана.
— Брайан. Верно, — я кивнул. — Думаю, встреча с ним наконец дала ей толчок, необходимый для того, чтобы двигаться дальше и жить для себя. Логично. Надо было об этом подумать, — мои губы изогнулись в улыбке, которая, как я надеялся, выглядела благодарной.
Адам поперхнулся своим напитком, а затем прочистил горло, чтобы скрыть звук. Именно так я и написал концовку, собрав воедино кусочки из того немногого, что Джорджия знала об этой части жизни Скарлетт.
— Я бы не сказал, что речь идет о встрече с ним. Скарлетт знала Брайана много лет, — маленькие глазки-бусинки Демиана слегка сузились в раздумье. — Они никогда не говорили об этом, но он переехал в тот крошечный коттедж в середине пятидесятых. Раз уж ты об этом заговорил, она как-то сказала мне, что не могла выйти за Брайана в первые десять лет, потому что ей казалось, что ее первый брак еще не закончился, — он
