скользит по моим спортивным штанам и футболке. Когда он доходит до моих глаз, он спрашивает:
— Где Хайдин?
Скрещиваю руки на груди. Он Лорд, это очевидно. У них у всех такой вид — будто они недосягаемы и выше всех остальных. Я просто женщина, у которой есть киска, которой они могут пользоваться.
— Кто спрашивает? — приподнимаю бровь.
— Шарлотта? — слышу своё имя позади себя.
Оборачиваюсь и вижу уже взмокшего Хайдина, идущего ко мне. Ну и нафиг было ходить в душ, раз он потом планировал пойти в зал. Он смотрит на меня прищуренными глазами, как будто я сделала что-то не так.
— Какого хера ты делаешь? — рычит он на меня.
— Я? — указываю на себя, будто он обращается к кому-то другому.
Он игнорирует меня и поворачивается к мужчине на крыльце.
— Привет, дружище. Заходи.
Положив руку на моё плечо, Хайдин добавляет:
— Дай нам секунду.
Не дожидаясь ответа парня, он затаскивает меня в спальню и захлопывает дверь.
— Какого чёрта? — требует он ответа.
— Кто-то постучал, и я открыла. В чём проблема? — пожимаю плечами.
— Ты не открываешь дверь никому, — рычит он.
— Хайдин, ты параноик.
Думаю, пребывание в этом доме сделало его нервным.
— Если кто-то захочет тебя убить, он не станет стучать, — смеюсь, но он остаётся серьёзен.
Хайдин проводит рукой по лицу и вздыхает. Повернувшись ко мне спиной, выходит из комнаты и с грохотом захлопывает дверь, будто ожидая, что я останусь здесь на весь день.
Подхожу к двери, когда на моих часах срабатывает уведомление. Смотрю на них и вижу, что пришло письмо. Обхватываю ручку двери, приоткрываю её и вижу, как он и тот парень уходят в сторону задней части дома, где находится кабинет Хайдина.
Тихо прикрыв дверь, я буквально перепрыгиваю через кровать Хайдина, хватаю телефон и бегу в ванную. Запираю дверь, включаю вытяжку, чтобы создать дополнительный шум. Затем открываю электронную почту и вижу, что Лорды прислали мне видео.
Я нажимаю «Воспроизвести».
На экране комната со столом и двумя стульями. На одном из них сидит женщина, которую я знаю под именем Лора. Она терапевт, у неё есть дочь примерно моего возраста, но мы никогда не общались. Моя мама не разрешала мне. Эштин сидит на другом стуле напротив неё.
— С кем из братьев Пик ты ближе всего? — спрашивает её Лора.
Эштин хмурится.
— А что?
— Просто интересно.
— Я избранная Сента, — отвечает Эштин.
— Да, но они все трое трахают тебя, нет?
Эштин напрягается, и я чувствую, как мой пульс учащается от вопроса женщины.
— Лорду позволено делить свою избранную с кем угодно, — тихо говорит Эштин.
— Ты благоразумна?
Эштин снова хмурится, будто не понимает, о чём речь. Зато я понимаю прекрасно.
— Сомневаюсь, что Сент был бы счастлив, если кто-то другой тебя обрюхатит, — продолжает Лора.
— О, нет, этого не случится, — качает головой Эштин.
— И почему же? — Лора наклоняет голову набок.
— Они… — Эштин замолкает.
— Понятно. — Лора записывает что-то в блокнот. — Они не трахают тебя вагинально.
Не знаю почему, но мысль о том, что Хайдин был с ней, вызывает во мне ревность. Я в курсе, что он не девственник, но мне неприятно осознавать, что он был с девушкой своего лучшего друга. Возможно, дело в том, что Эштин навсегда останется частью его жизни. От этого не скрыться: она живёт в «Бойне», куда Хайдин рано или поздно вернётся. Он будет видеть её каждый день. И я задаюсь вопросом, продолжает ли Сент делиться ею с братьями?
И это наводит на другую мысль... будут ли Кэштон и Хайдин делиться теми, с кем они будут, с Сентом? Я невольно представляю этих женщин, прикованных к постелям братьев Пик, пока те переходят из комнаты в комнату, сменяя друг друга.
— Могла бы ты сказать, что Кэштон и Хайдин тебе дороги так же, как и Сент? — интересуется Лора.
— Что это за сеанс? — оборонительно спрашивает Эштин.
— Просто кажется, что они готовы рисковать жизнью ради тебя, и я пытаюсь понять, почему. — Лора подпирает подбородок ухоженным пальцем. — Это не может быть из-за секса. У Кэштона и Хайдина есть свои собственные избранные. Мне интересно, что ты предлагаешь им такого, чего они не могут получить в другом месте.
Я вспоминаю, как подруги рассказывали, что Хайдин делил свою избранную с другим. Ему было плевать на неё, как, впрочем, и любому Лорду. Мы для них лишь игрушки.
Эштин скрещивает руки на груди.
— Покажи ей, — кричит Лора.
— Что показать?
В соседней комнате зажигается свет. Через оконце в стене виден мужчина, подвешенный к потолку.
«Это Хайдин».
Его запястья в наручниках закреплены над головой на цепях. Он без рубашки, как и в последнем видео, которое мне прислали. Джинсы низко сидят на бёдрах. Тело вытянуто и слегка покачивается.
Я прикрываю рот рукой, заметив кровь, сочащуюся из-под наручников. Хайдин весь в поту, а на его груди и животе приклеены белые подушечки, от которых тянутся провода к аппарату на передвижной тележке. На голове по-прежнему мешок, и вероятно, во рту кляп.
Сколько времени прошло с предыдущего видео, где его отец с тремя Лордами вошёл в комнату и ударил его электрошокером?
Это сделал его отец. Из-за неё. Хайдин дал ей успокоительное вместо адреналина, и теперь его самого наказывают.
Дверь в противоположную комнату открывается. Входит человек в чёрном плаще и маске Лорда.
— Кто это? — спрашивает Эштин.
«Это Хайдин! Как она не узнаёт его?»
Парень в плаще включает аппарат и нажимает на переключатель.
— Готов к сеансу?
Хайдин не двигается и не отвечает. Моргаю; глаза щиплет, пока я смотрю на него. Надеюсь, он без сознания.
— На этот раз давай сделаем покруче. Мне кажется, последняя сессия была слишком лёгкой, — говорит человек, поворачивая регулятор, и свет тускнеет.
Хайдин содрогается, ноги дёргаются, мышцы напрягаются. Его бьют током.
— Прекрати! — кричит Эштин, ударяя руками по стеклу. — Какого чёрта он делает? Зачем он это делает?
— У поступков есть последствия, Эштин.
Переключатель отключают, и Хайдин обессиленно повисает в наручниках, качаясь вперёд-назад. Носки ботинок едва касаются бетонного пола; пресс напрягается при тяжёлых вдохах.
Человек в маске снова включает ток. Тело Хайдина бьётся в судорогах. Эштин бьёт
