class="p1">— Я хочу заехать за тобой, — перебил он. — Если ты этого хочешь?
Я слабо кивнула. — Я хочу тебя. — Чтобы. Добавь "чтобы", Шэннон. — Чтобы, — прохрипела я. — Я имею в виду, я хочу, чтобы ты забрал меня.
— Я тоже хочу тебя, — сказал он с ухмылкой. — Во всех отношениях.
Мое тело разгорячилось и заныло. — Я, э — э… я…
Джонни не стал дожидаться моего ответа, прежде чем прижаться своими губами к моим, на этот раз крепче. Глубже.
Держась за его руки, я поцеловала его в ответ, вложив в поцелуй все, что у меня было, отчаянно пытаясь показать ему, как много он для меня значит.
— Если это то, что ты называешь "держаться за руки", то я бы действительно хотел знать, как ты называешь остальное дерьмо, — услышала я голос Даррена откуда-то поблизости.
— Может быть, они вышли за рамки рукопожатия, — услышала я размышления Джоуи. — Я не могу всегда быть прав.
43
ЛУЧШЕ ПЕРЕСТРАХОВАТЬСЯ, ЧЕМ ПОТОМ СОЖАЛЕТЬ
ДЖОННИ
— Что ты хочешь сказать, что не рассказываешь мне? — Потребовал Гибси, выпуская мяч из рук. Был воскресный вечер, и мы были на поле, пытаясь перекидывать мяч. Ну, я пытался бросить мяч. Гибс изо всех сил старался произвести впечатление чертова Гаджета инспектора, пытаясь выудить информацию о моей ночи с Шэннон.
— Именно то, что я сказал. — Не обращая внимания на жжение в нижней половине тела, я вытянул руки и подпрыгнул, чтобы поймать его неудачный бросок. — Я, блядь, тебе этого не скажу.
— Мы можем поговорить об этом, — крикнул в ответ Гибси, протягивая руки, чтобы поймать мяч. — Ты можешь рассказать об этом своему лучшему другу.
— Я говорю не о ней.
— Держать все в себе вредно для человека.
— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — Рявкнул я, бросая мяч обратно в него.
— Я хочу, чтобы ты… — слова оборвались, он поймал мяч с громким "ууу", а затем бросил его на траву, прежде чем продолжить: — чтобы рассказать мне, чем ты занималась в своей комнате. — Он приподнял брови. — Когда ты протащил туда малышку Шэннон.
— Господи. — Отказавшись от возможности вести нормальный разговор, я схватил с травы бутылку с водой и направился к парковке. — Я заканчиваю на этом.
— Уже?
— Я устал.
— Потому что ты допоздна натыкался на уродцев со своей девушкой? — Поддразнил Гибси, пристраиваясь рядом со мной. — Ах, да, это может вывести парня из себя. — Толкнув меня плечом, он сказал: — Итак, о чем мы здесь говорим? Полноценное проникновение или просто несколько сильных ласк? Или скольжение? Старое трение и шишки. "Еще немного". "Мы остановимся на этом, только мы никогда этого не делаем"? — Его глаза загорелись. — Срань господня, ты что, ездил без седла?
— О чем ты говоришь?
— Секс, — просто ответил он.
— У нас не было секса, — пробормотал я, вытаскивая ключи из кармана. — Все не так.
— Не так? — Выпалил Гибси, не веря своим ушам. — Не мочись мне на спину и не говори, что идет дождь.
— Гибс, — огрызнулся я, взволнованный. — Это не так, хорошо? Я не буду этого делать с ней. — Нажав кнопку на брелоке, я отпер машину и пересел на место водителя. — Еще слишком рано.
— Это Шэннон так сказала?
— Я это сказал, — прорычал я, открывая дверь и забираясь внутрь. — Я, Гибс. Я говорю, что еще слишком рано.
— Но у тебя было искушение, не так ли? — спросил он, опускаясь на пассажирское сиденье рядом со мной. — Никто не может быть настолько святым.
Я раздумывал, не включить ли стерео, чтобы заглушить его голос. Это то, что я должен был сделать. Вместо этого я услышал свой ответ: — Я хотел. — Тяжело вздохнув, я добавил: — Сильно.
— Но?
— Но она не готова, — выдавил я, злясь на себя за то, что заговорил об этом. — И я не готов истекать кровью.
— Парень, у тебя раньше был секс, — нахмурившись, ответил Гибси. — Я знаю, прошло много времени, но ты не переродился девственником, когда вышел из операционной.
— С ней все по-другому.
— Каким образом?
— Чувства, Гибс, — выпалил я. — Огромные, блядь, чувства.
— Фу. — Он вздрогнул. — Звучит ужасно.
— С ней это все больше, — объяснил я, беспокойно дрыгая коленями. Барабаня пальцами по рулю, я думал о том, что хотел сказать, пытался найти тактичную формулировку, затем послал все к черту и сказал прямо: — Я теряю контроль над своей жизнью. Она вошла и перевернула все с ног на голову. Я буквально ломаю голову, пытаясь собрать все воедино и составить новый план. Я не знаю, как с ней обращаться, и я боюсь зайти с ней слишком далеко, слишком быстро и все испортить. Я думаю, она думает, что я не хочу ее такой, что является гребаным безумием, потому что ты ее видел. Господи, кто бы не захотел ее? Но в этом-то и проблема. Я не просто хочу ее. Я хочу сохранить ее. А что, если я сделаю ей больно? Она такая маленькая, Гибс. И ей всего шестнадцать. И ее мама угрожает мне. Я чувствую, что если я поставлю здесь одну ногу неправильно, все кончено, и я чертовски боюсь все испортить, Гибс. Я не хочу все портить. Я едва могу дышать, когда нахожусь рядом с ней. Все становится таким туманным, и чувства… Гребаные чувства просто переполняют меня! — Я выдохнул, чувствуя облегчение от того, что это выпало у меня из груди. — Я в полной заднице, не так ли?
— Думаю, да, — согласился Гибси.
— Да. — Я вздохнул. — Я тоже так думаю.
— Твой разум — пугающее место, — размышлял он, почесывая подбородок. — Ты можешь не переосмысливать все? — Он склонил голову набок, изучая мое лицо со странным выражением, запечатленным на его собственном. — Серьезно, ты не можешь просто отключить свой большой мозг и просто расслабиться?
— Нет. — Я беспомощно пожал плечами. — Так уж я устроен.
— Что ж, тогда… — Он постучал себя по виску. — Многое можно сказать о простоте ума.
— Ты такой простак, — удрученно пробормотал я. — И я прост за то, что слушаю тебя.
— У тебя все еще есть те презервативы? — затем он спросил.
Я уставился на него. — Ты что, не слышал ни слова из того, что я только что сказал?
— Я слышал тебя, — спокойно ответил он. — Теперь отвечай на вопрос.
— Нет, — пробормотал я, опустив плечи. — Я запаниковал, когда они упали на нее в комнате Клэр, поэтому я просто выбросил их в мусорное ведро.
— Какая потеря, — захныкал Гибси, кусая свой кулак. — Ага, значит, тебе нужно сходить в аптеку.
Я уставился на него, разинув рот. — Но я только что сказал
