меня по коридору, пока он не останавливается у двери. Приложив палец к замку, Хайдин открывает её, затем кладёт руку мне на поясницу, приглашая войти.
Это просторная комната с огромной кроватью размера «кинг-сайз» в центре и диваном у изножья. Есть двойные двери, которые, похоже, ведут на балкон, и ещё одна дверь у другой стороны кровати.
— Это ванная. — Хайдин отпускает мою руку и идёт к двери, открывая её передо мной.
Следую за ним на автопилоте. Слышу, как Хайдин включает воду, снимаю джинсы и иду в туалет, даже не думая о том, что он находится здесь со мной. Зачем стесняться сейчас? Я набросилась на него на глазах у Кэштона и Сента после того, что он сделал с тем мужчиной. Почему я была такой глупой? Теперь они думают обо мне, как о любой другой тупой сучке, которая позволяет какому-то мудаку управлять собой.
Разве это не так?
Он говорит «прыгай», и я спрашиваю «как высоко». Он говорит мне ползти, и я говорю «да, сэр». Мне нужно быть для него хорошей девочкой. Хочу показать ему, что могу быть лучшей шлюхой, которую он когда-либо имел. Я всё ещё здесь, потому что так велели Лорды, или потому что сама этого хочу?
В этот момент границы стираются.
Я заканчиваю и иду к другой раковине. Мою руки и обнаруживаю, что просто смотрю на свои туфли.
Хайдин поворачивается ко мне и берёт мои всё ещё влажные ладони в свои. На его руках уже нет крови из подвала, но уже появляются порезы и синяки. Я понимаю, что у меня дрожат руки.
— Эй, ты в порядке, — говорит Хайдин.
Чувствую, как слёзы наворачиваются на глаза, и кусаю нижнюю губу. Какого чёрта я так себя веду? Я неэмоциональная девушка. Обычно я плачу, когда злюсь, но сейчас даже не понимаю, что чувствую.
— Шарлотта?
Хайдин опускает мои руки и обхватывает меня за лицо, а я отстраняюсь и делаю шаг назад. Но он хватает меня за волосы, удерживая на месте. Хайдин не груб и не причиняет мне боли, но я не могу вырваться.
— Поговори со мной, куколка. Тебе где-нибудь больно? Нужно что-то?
Я нервно облизываю губы, ненавидя то, как его красивые голубые глаза изучают мои, словно он видит всю мою растерянность. Пытаюсь покачать головой, но его руки не дают.
— Говори, — требует он тем голосом, от которого у меня подкашиваются ноги.
— Нет, — с трудом произношу я, чувствуя комок в горле. — Я… я в порядке.
Хайдин вздыхает и отпускает мои волосы, проводя по ним руками.
— Я позову Дэвина, чтобы он тебя осмотрел.
— Я сказала, что в порядке! — огрызаюсь я.
Хайдин хмурится, сбитый с толку моими перепадами настроения, а я не могу их объяснить даже себе. С тех пор как Лорды прислали мне видео, я видела Хайдина другим. И то, как он спас меня сегодня. Но я должна напоминать себе, что он сделал это, потому что я его игрушка. Если я умру, тот не сможет со мной играть.
— Здесь ты будешь в безопасности. Дверь автоматически запирается, как только закрывается. Открывается только по моему отпечатку пальца или коду.
При мысли о том, что он уйдёт, внутри всё сжимается. Часть меня хочет наброситься на него, как я сделала в подвале, и умолять его трахнуть меня. Другая часть хочет избить его за то, что он заставляет меня чувствовать себя в безопасности. Может, я смогу сделать и то, и другое?
— Сколько тебя не будет? — спрашиваю я вместо этого.
— Не знаю, — честно отвечает Хайдин, и я выдыхаю.
Хайдин хмурится ещё сильнее, и я делаю шаг назад, нуждаясь в пространстве, чтобы дышать. Я до сих пор чувствую вкус руки того мужчины на своих губах, и от этого хочется блевать. Хочу, чтобы Хайдин снова поцеловал меня и избавил от этого чувства. Хочу, чтобы он держал меня и говорил, что я такая хорошая маленькая шлюшка и могу это вынести. Чтобы кончить на его член, только для того, чтобы он мог перевернуть меня и трахнуть в задницу.
— Можешь принять душ, если хочешь.
Как будто он знает, что я чувствую себя грязной.
— В шкафу есть одежда, которую ты можешь надеть. Надевай, что хочешь.
Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Я стискиваю зубы, когда он это замечает. Мне нужно взять себя в руки.
Он подходит к двери и открывает её.
— Хайдин, я получил твоё сообщение.
Боже! Скольким людям он написал?
Он впускает мужчину и закрывает за ним дверь. Хайдин начинает объяснять, что произошло в туалете на заправке, и парень, которого я знаю как Дэвина, предлагает мне присесть на диван. Я делаю это, чтобы угодить им обоим. У меня нет сил с ними спорить. Адреналин выветрился, и я устаю. И, наверное, любые надежды на то, что меня трахнут, умерли, поскольку мы больше не одни.
Дэвин осматривает меня, направляя свет в глаза и ощупывая мою голову и горло. После этого он даёт мне обезболивающее и говорит, что всё в порядке. У меня может быть головная боль, синяки и общее недомогание. Но меня не изнасиловали и не били до потери сознания. Кто знает, что этот человек планировал со мной сделать.
Звонит мобильный Хайдина, и он вытаскивает его из кармана.
— Мне нужно ответить, — говорит он Дэвину, который отмахивается от него, продолжая говорить со мной. Я игнорирую его и наблюдаю, как Хайдин выходит на балкон. И пытаюсь услышать, о чём он говорит.
— Ага, с ней всё в порядке… спасибо, старик… ага, я в «Бойне»… он сейчас её осматривает. Ага, встретимся там... — Хайдин кивает сам себе и вешает трубку.
Когда он снова входит в комнату, опускаю глаза в пол, надеясь, что тот не заметит, что я подслушивала. Очевидно, Хайдин хотел поговорить наедине, но ему следовало полностью выйти из комнаты. Возможно, он не хочет оставлять меня одну. Нет. Это просто я думаю, что ему действительно не всё равно. Он собирается оставить меня, чтобы спуститься в подвал.
— Всё в порядке, — снова заверяет его Дэвин.
— Спасибо, дружище.
Они обмениваются рукопожатием и похлопывают друг друга по спине. Дэвин уходит, и Хайдин запирает дверь.
Он подходит ко мне и опускается передо мной на колени.
— Я иду вниз. Скоро вернусь, и мы поедем домой,
