окончанию Лаура всхлипывает и выпускает, наконец-то, все эмоции из себя.
— Давай, моя девочка, — я притягиваю её к себе и размещаю на своих коленях, прижимая голову к своей шее.
Лаура цеплялась за мою шею и плакала, а я несколько часов сидел неподвижно и позволял ей это. Я знаю, что сейчас ей необходимо выпустить все эти эмоции, но после станет легче, и мы вернёмся к этому нескоро, а может и вовсе не вернёмся. Знаю, что завтра она будет улыбаться. И знаю, что мы отлично проведём вместе Новый год.
И главное, что я знаю, что какой бы там ни был подарок, я буду хранить его возле сердца всю оставшуюся жизнь. Мне на самом деле не важна ценность подарка. Важно то, что он от любимой. Важно то, что Лаура выбрала его с любовью, думая обо мне. И это всё, что важно.
38 глава. С Новым годом, Гномик
Новый год.
Мне в это не верится.
Это первый Новый год за все мои годы жизни, который я проведу с настоящей, а не фальшивой улыбкой на лице. Я впервые отмечу праздник с любимым человеком, который по-настоящему любит меня, ценит и уважает. Неужели это правда произойдёт, и я не проснусь от такого реалистичного сна?
Новогоднее чудо всё-таки постучало в нашу дверь этим праздничным утром. Всё начало происходить так, как нужно, словно по волшебству. Проснувшись утром, я первым делом обратила внимание на крупные хлопья снега, падающие на мой подоконник. Они стучали по окнам, и этот приятный звук вызывал детскую, радостную улыбку. Настоящую улыбку без боли.
— С праздничным утром, родная, — немного вздрагиваю от внезапного голоса, прервавшего успокаивающий звук. Поворачиваясь к Аарону, я прикрываю губы ладонью, скрывая под ней улыбку. Парень принял сидячее положение и укутался одеялом так, что было видно лишь его лицо. И оно, кстати, требует моих вмешательств. Его щетина достаточно так отросла. Не то чтобы меня это возмущало. Нет, мне нравится, она будто придаёт ему несколько лет и мужественности, и серьёзности. Он кажется не мальчиком-подростком, а мужчиной, отчего я схожу с ума.
Вообще от осознания, что я встречаюсь с парнем, у которого мышление гораздо развито, нежели у сверстников, чувствую, что просто выиграла джекпот! Я знаю, что всегда могу на него положиться. Знаю, что он не подведёт и в любую минуту не сбежит от ответственности или проблемы, а решит её. Да что говорить об этих мелочах, когда я готова вручить ему на сохранение свою жизнь.
— И тебя с праздничным утром, любимый, — отталкиваясь от подоконника, я подхожу к Аарону и усаживаюсь на его колени, забираясь тоже под одеяло.
— Ну нет, хитрюга, отдай, — ворчит и смеётся парень. — Мне холодно!
— Не-а.
Утро проходит именно так: мы дурачимся и нежимся в постели битый час, пока не смотрим на время. Потом я в ужасе подрываюсь и понимаю, что нужно заниматься подготовкой! Затем Аарон смеётся с меня и уверенно заявляет, что этим можно заняться вечером, а днём заняться тем, чем хочу я. Да, он так и сказал, что готов заняться тем, чем захочу я!
А я что? Буду зря тратить такую возможность?
Всё детство я мечтала стать фигуристкой. Да, вот такое вот у меня было желание. Однако из-за отсутствия финансов, весь каток, что у меня был, — это помытый пол, а моими коньками были самые обычные носки, которые почему-то (действительно) очень быстро стёрлись до дыр, за что папа меня очень часто ругал.
Именно поэтому я выдвинула Аарону своё желание, на которое он широко открыл рот и так же широко раскрыл глаза.
И в конечном итоге он, конечно же, согласился на каток, ведь перед моими умоляющими глазками устоять невозможно, по его же словам.
♡♡♡
— Отец сжалился, наконец-то, и позволил мне нормально общаться с Софи, — рассказывает Аарон, пока мы стоим в пятиминутной пробке. — Он, похоже, купил ей телефон, потому что отвечает она мне сразу.
— Это уже хорошо, наверное? Он понял, что был не прав?
Родригес как-то печально ухмыляется и вертит головой, поворачивая её в мою сторону, а я в эти секунды стараюсь уловить его выражение лица, чтобы понять, в каком он настроении и нужно ли мне что-то предпринять.
— Ни черта. Он ничего не понял, Лаура. Просто устал слушать мои крики в телефонной трубке и плач дочери, это действует на его нервы.
— В любом случае теперь вы можете общаться в любое время. Это лучше, чем раз в неделю или в месяц, — подбадриваю его, и Аарон кивает, нажимая на педаль газа.
— Я написал ей с самого утра и поздравил с наступающим. От нас с тобой. И она обрадовалась, когда я упомянул тебя.
На это мне нечего ответить, потому что чувствую себя чуть смущённой, поэтому моим ответом является только лукавая улыбка.
— Что отец будет ей дарить?
— Понятия не имею. Был бы я рядом, сам выбрал бы подарок. Он, наверное, как обычно, купит какую-то ненужную херню, лишь бы поставить галочку в списке «Отец года». А нужен ли он ей — ему не интересно.
— Неужели он настолько плохой, каким ты его считаешь?
— О, он ещё хуже, — хмыкает Аарон, и я замолкаю. Не думаю, что умно говорить о том, что тебя расстраивает накануне Нового года, когда обычно все веселятся и делятся хорошим настроением. Сейчас же Аарон излучает раздражение и злость.
Немного задерживаю взгляд на его лице и плотно сжатых губах, и замечаю, как он берёт себя в руки и медленно выдыхает, отпуская эти негативные эмоции.
— Извини. Этот праздник важен для тебя, как я понимаю, поэтому ни к чему мой дурной характер и паршивое настроение. Я не испортил ничего? — по интонации становится понятно, что Аарон заволновался. Боится что-то испортить и разочаровать.
— Нет, конечно, перестань. Ты выпускаешь эмоции, всё нормально, — накрываю его руку своей и устремляю взгляд вперёд.
Мы почти подъехали к развлекательному центру, внутри которого как раз таки есть каток. Я никогда не ставала на коньки, и, кажется, у меня сейчас взорвётся сердце от переживания. Аарон заверил меня в том, что умеет кататься и поможет мне не набить синяк на попе.
Пока Аарон покупал билеты и брал коньки нужного размера, я подошла к окошку, разделяющее раздевалку и саму ледовую арену, и смотрела восхищённо на людей, которые были уже там. Улыбалась так, как улыбалась бы в детстве. У меня захватывает дух и адреналин начинает зашкаливать. Кажется, что кровь
