как мозг успеет продумать следующий важный вопрос.
— Ещё, — доктор мельком глянул на неё, — можно вот так.
Он вытянул её ногу из горячего капкана собственных упругих бёдер и закинул на плечо рядом со второй. Обнял руками две Светины ноги и снова толкнулся бёдрами в её зад.
— Плотный обхват? — догадалась Света, потому что её больная фантазия уже дорисовывала всё, что нужно к этим позициям. Обнажённые тела, сжатые вместе ноги и её влажную тесную промежность, наполняемую таким большим… таким твёрдым…
— Да, — ещё тише ответил доктор, не отпуская ног.
— Ещё? — с надеждой спросила Света. Она потеряла разум. Определённо. Кто-то другой управляет её телом, вытворяя всё это безобразие с бедным ни в чём неповинным доктором.
— А ещё, — он перебросил одну ногу на другое плечо и начал опускаться на Свету всем телом.
Света смотрела на свои ноги в чёрных колготках у него на плечах. Отчего ей казалось, что это самое сексуальное, что она видела в своей жизни? Наверное, дело в плечах… определённо, в этих мускулистых широких плечах, обтянутых тонкой зелёной тканью.
Он спустился ещё ниже, поставив ладони по сторонам от Светиных плеч.
— Так получится одновременно очень глубоко, — он толкнулся немного бёдрами.
Света резко вдохнула и тут же почувствовала его сногсшибательный аромат, пряный мужской запах, смешанный с растительно-древесным парфюмом. Если бы она уже не лежала под ним на кушетке, валялась бы у его ног. Определённо.
— И тесно, — продолжил он, подталкивая Свету бёдрами ещё раз. Внутри неё всё сжалось. — А при определённой амплитуде движений, — прошептал он на выдохе, — будет очень активно стимулироваться клитор. Чувствуете?
И он сделал это! Он двинулся бёдрами и пахом, прижатым к её раскрытой вагине под слоями давно отсыревшей одежды. Вперёд и назад, и ещё раз… и ещё!
Света приоткрыла рот и часто задышала, понимая, что уже плывёт во всех смыслах этого слова. Доктор опустился ещё чуть ниже, перестав двигаться. Да чёрт возьми, ему и не надо было больше этого делать. Одного того давления Свете уже хватало, чтобы сознание было близко к отключению от перегрузки сенсорными сигналами из нижней половины тела.
Она медленно пьяно моргнула и уставилась в его тёмные глаза, в которых едва проглядывала голубая радужка.
— А вот так, — прошептал он, глядя на неё, — можно даже…
Он замер. Взгляд опустился на её губы. Света видела это, следила за ним, за каждым его движением, каждым вздохом. Чувствовала его везде, где он соприкасался с её распалённым телом. Даже там, где стал намного, НАМНОГО больше и твёрже, чем раньше. Оп… опре… делённо…
— Что? — не выдержала она без продолжения фразы, которую он начал. — Что можно?
— Поцеловать, — ответил он, опускаясь ещё ниже.
Света заворожено смотрела на его блестящие, полные губы. Приоткрыла рот, готовая поймать их… Желающая, жаждущая…
— Сергей Владимирович!?
Скрипнули колёсики пластикового ведра, швабра упала на пол, доктор вздрогнул, резко упёршись вставшим членом в перевозбуждённое и раскрытое тело.
И Света кончила.
Глава 11
Как?! Как это могло произойти? Света бежала по тёмной улице, едва запахнув тонкое пальто. Холодный ветер трепал его полы и пытался стянуть длинный мягкий шарф, чтобы бросить его на грязный замёрзший асфальт. Каблучки стучали по жёсткому покрытию, отбиваясь как пульс в ушах. Сердечко билось ничуть не тише.
Как же так?
Что затмило её разум в его кабинете, что заставило, не помня себя, стонать под его горячим телом, облачённым в зелёную униформу? Она пришла к нему за помощью, советом, наставлениями. Или нет?
Светлана распахнула дверь и вбежала в подъезд, будто кто-то огромный и страшный гнался за ней. Но это была всего лишь совесть, проснувшаяся сразу, как только схлынула волна ошеломляющего сознание и тело оргазма. Который случился ровно в тот момент, когда уборщица вошла в кабинет доктора.
Он так испугался. А она-то как? Слов не хватало передать чувства, вспыхнувшие в её груди, ужас, паника, стыд! Она там лежала на кушетке, задрав ноги на его плечи, и просила ещё! Уму непостижимо!
Как она могла так низко пасть? А как же Олег? Она что, выходит, изменила ему с доктором? Или нет? Считается за измену оргазм, случившийся от разыгравшейся фантазии у доктора на приёме?
Света, запыхавшись, заперла входную дверь и прислонилась к ней спиной, чтобы жуткие монстры-сожаления не догнали и не загрызли её насмерть. Но что делать, если от её одежды до сих пор пахнет его парфюмом? Его голубые глаза с расширившимися зрачками и опьяневшие от желания не идут у неё из головы, его губы, такие блестящие и сладкие были так близко, что ещё немного и…
Она бросила сумочку на тумбочку в прихожей и торопливо стянула сапожки, сняла пальто и попыталась успокоиться. Она сходит с ума. Определённо!
Всё начиналось, как обычный приём у доктора, а теперь окончательно вышло из-под контроля. Светлана ушла в комнату и начала в мрачных раздумьях бороздить её из угла в угол. Выбросить доктора из головы никак не получалось.
Но он так испугался, так отшатнулся! Поглядел на неё таким взглядом, будто произошло что-то ужасное и непоправимое. Вдруг он испытал отвращение? Вдруг это она его соблазнила своими призывами показать ещё эффективные позы для людей с маленьким стручком, да так, что сам распалился от этого и его… ну уж нет, вообще не стручок! Она плюхнулась на кровать и закрыла лицо руками, чувствуя, как кровь приливает к щекам. То, что упёрлось в неё перед самым явлением разрушительницы момента со шваброй наперевес, не могло быть описано никаким уменьшительно-ласкательным термином, только увеличительно-толкательным.
Поршень… рычаг… локомотив… ракета!
О нет! Что она делает? Она что, воображает член доктора? Нет, нет, нет и нет! Так нельзя!
И вообще, она теперь ему противна, скорей всего! А его репутация в клинике разрушена!
Света встала в ужасе от этой мысли. Господи, его застукали с пациенткой в неоднозначном положении и с очень однозначным звуковым сопровождением, спасибо неудержимый Светин стон, вырвавшийся в нужный момент!
Неясный, но знакомый звук послышался откуда-то с улицы, и в первое мгновение Светлана подумала, что ей показалось. Потом он повторился ещё как минимум два раза и она поняла, что слышит своё имя. Она вскочила с кровати и подбежала к окну, дёрнула шторку в сторону и выглянула сквозь прозрачное стекло.
Внизу стоял он — объект её ночных мечтаний и душевого рукоделия, разрушитель собственной карьеры и Светиного самообладания и будущей семейной жизни. Внизу стоял доктор и громко звал её по имени.
Он же
