и нет смысла на все это деньги тратить.
— Я не чучело. Ладно, было приятно повидаться.
— Да не дуйся ты, Ань! Я же как лучше хочу.
— Ты просто завидуешь, что у меня появился мужик и замуж меня взял, а ты в магазине работаешь.
— Обидно конечно, но факт. Так поедешь на озеро?
— Мне надо у Кости спросить, сейчас, — прямо при ней набираю Костика, волнение застревает в горле, потому что если он не ответит, то Катя будет смеяться, хотя и не вслух.
— Да, Нюр? — отвечает почти сразу и меня облегчением обжигает. Я улыбаюсь, слушая его приятный мягкий тембр. — Нюр?
— Можно я на озеро съезжу? Жарко, искупаться бы.
— С кем? — тут же спрашивает. Ревнует.
— Катю в городе встретила. Она пригласила.
— С этой шлюшкой? Там наверняка будут парни, которые захотят тебя полапать. Или ты ради этого едешь? Соскучилась по сексу на пыльной дороге?
— Что? Нет конечно! Причем тут это?
— При том. Нехрен меня позорить и ездить одной, пока я работаю. Как освобожусь, то обязательно съездим.
— Когда? Я устала сидеть дома.
— На неделе, может на той. Запишись на кулинарные курсы, что ли. Денег скину. Последнее время одни и те же блюда, прямо приелось.
— Приелось?
— Ага. Все, Нюр, мне бежать надо.
Катя поднимает брови, а я пожимаю плечами.
— Он просто беспокоится за меня. И не хочет чтобы меня обидели.
— Ну конечно. Он же самый лучший муж. Ладно, я побежала работать, а ты беги домой. Вдруг он придет, а ужин еще не готов.
Она уходит, а мне становится дико обидно. Неужели Костя мне не доверяет? Неужели я хоть ц подала повод, что с кем — то буду флиртовать.
Бреду домой и ищу в сети мастер-классы по кулинарии. Есть несколько, но далеко, придется ездить на метро. Выбираю самый ближний и звоню. Записываюсь. Когда Костя перечисляет деньги, сразу перевожу нужную сумму.
Дома еще раз смахиваю пыль с немногочисленной мебели, готовлю праздничный ужин. Да и пофиг, что говорит Катя. Костя меня любит, и все у нас будет хорошо. Она просто завидует. Да и фигура у меня отличная. Даже вон грудь больше стала.
Вечером жду Костю к девяти, даже раздеваюсь догола и надеваю футболку новую. Жду его час, потом звонить начинаю. Но он не отвечает, потом его телефон вообще оказывается выключенным.
Беспокойство грызет изнутри, и я звоню ему на студию. Мне говорят, что Громов уехал еще в три.
А вдруг с ним что — то случилось? Кому звонить? В полицию? В морги?
Я паникую, мечусь по квартире, обзванивая больницы, полицию и морги. Телефон почти приклеиваю к глазам, когда вижу входящее сообщение от Кати. Мы не особо общались по телефону. Обычно просто ходили к друг другу в гости. На экране фото и прикрепленное сообщение.
«Работает в поте лица»
На изображении мужчина натирает женскую спину. И если присмотреться, то видно, что это Костя. Мой костя загорает на пляже, пока я волнуюсь и беспокоюсь о нем, сидя в нашей крошечной квартире. Обида жжет грудь, спазм перекрывает дыхание, а слезы слепят. Я тут же звоню Кате.
— Сейчас ты мне скажешь, что знала.
— Ну они же не… — не могу даже произнести это слово. — Не трахаются.
— Ну тут народу много, это был бы перебор. Но общаются близко…
— Ты специально, да? Завидуешь мне и поэтому…
— Знаешь, пошла ты. Витай и дальше в своих мечтах.
— Да стой ты! Сейчас же вечер. А фотка дневная.
— Да, я думала отправлять тебе или нет. Но они уехали. Вдвоем. И я решила…
Я отключаюсь тут же, бросаю телефон на расстеленный диван, как ядовитую змею. Я его жду, у нас годовщина, а он там с какой — то уехал. Я видела эту блондинку. Она красивая, холенная, его начальница. Они спят, да? Так он строит карьеру? Шлюха! Сволочь!
Это все я пишу ему сообщениями на молчащий телефон, еще записываю кучу голосовых, где реву и ненавижу его. Боль раздирает на части! Как он мог! Быть таким нежным и врать в лицо? А может это был первый раз? Может быть вообще ничего не было?
Нет! Такое нельзя спускать! Я не прощу…
Звоню Кате снова.
— Можно у тебя пожить?
Она молчит сначала, а потом в трубку смеется.
— Из крайности в крайность, да? Ты реально решила уходить или так, проучить хочешь?
— Не знаю! Но сейчас здесь не могу оставаться!
— Ладно, ладно, не ори. Господи, я уже жалею. Короче, сейчас скину адрес, там живет Наташка. Она тебя пустит. Переночуешь, завтра решим, что с твоим мужем делать. Деньги, то есть?
— Отдала все за кулинарные курсы.
— Да уж. Ты не Аня, ты реально Нюра. Все короче, лови адрес.
Она скидывает, и я тут же уезжаю. Из вещей только джинсы, пара трусов и футболка. Все, что он купил, пусть себе оставит.
Наташа эта принимает меня недовольно. У нее свидание сорвалось. Мне стыдно, но боль предательства сильнее, поэтому я просто падаю на старый матрас и начинаю рыдать так сильно, что Наташа испуганно убегает.
Что мне теперь делать? Как я буду без него? Почему он так со мной. За что?! Это потому что я толстой стала? Или потому что маникюр сама плохо делаю?
С утра лежу, не могу подняться. Все тело, как налившееся свинцом. Жить не хочется. Просто страдать и прокручивать в голове самые светлые моменты. Как лежали рядом, кормили друг друга попкорном, как срывались ночью и просто гуляли по городу, как он сводил меня с ума своими умелыми ласками. Ненавижу его. Как он мог?!
— Эй, как там тебя.
— Аня я.
— Там пришли за тобой.
Я тут же сажусь на кровати. Сердце почти не стучит, ощущение, что под водой глубоко и не слышу ничего. Только во все глаза смотрю на хмурого и растрепанного Костю, который появляется в дверях.
— Пошли.
Вот так? Просто пошли? А извинения? А цветы? А признания?
— Нюра, пошли говорю.
— Не пойду! Ты мне изменил! Я с тобой развожусь.
— Ты по одной фотке выводы сделала?
— Ты уехал с ней!
— Потому что отвез домой.
Да? Все так просто? Он не изменял мне?
— Ты уехал на озеро, а меня не пустил!
— Потому что не хочу, чтобы кто — то видел
твое полуголое тело! По-моему, я объяснил это!
— У нас вчера была годовщина свадьбы! Я готовила ужин, я купила тебе подарок!
— Хреновый подарок! Я приехал в три часа, а тебя нет! Ты хоть представляешь, что я пережил?
