за тем, чтобы ты кончила до того, как они закончат с тобой?
— Мужчины — эгоисты, — пробормотала она, но я мог сказать, что она прекрасно знала, что я не из этой породы.
— Нет, дорогая, не все мужчины. Они делают нас разными по эту сторону океана. И позволь мне сказать тебе, что я никогда не позволю тебе уйти от меня, не убедившись, что о тебе хорошо и по-настоящему позаботились.
Я украл поцелуй с ее губ, застонал, почувствовав вкус себя на них, и опустил руку к ее бедру, задирая юбку, чтобы найти ее центр, а другой рукой обхватил ее бедро, чтобы она не извивалась, когда мой язык проник в ее рот.
Я задрал ее юбку до самой талии, мой член уже полустоял, когда я просунул колено между ее бедер, чтобы раздвинуть их. Я ласкал верхнюю часть ее чулок в сеточку, мои пальцы скользили по коже, которая была видна над ними, прежде чем добраться до ткани ее намокших розовых трусиков.
Я не стал возиться, оттягивая их в сторону, выдыхая ее имя ей в губы, когда погрузил два пальца глубоко в ее сердцевину и начал кружить ими внутри нее, ища ту волшебную точку и ухмыляясь, когда ее крик удовольствия подтвердил, что я ее нашел.
Я целовал ее сильнее, пока мои пальцы двигались внутри нее, мой большой палец нашел ее клитор, и я начал работать и над ним, наслаждаясь тем, как ее позвоночник выгибается на плитке, и она задыхалась от желания большего с каждым вдохом, который она втягивала.
Ногти Ани впились в мои плечи, когда она начала распадаться на части, и я прикусил ее нижнюю губу, подталкивая ее к краю, ее стоны удовольствия совпадали с хваткой ее киски, которая плотно сжималась вокруг моих пальцев и все больше крови находило путь к моему члену.
Мы разорвали наш поцелуй, и глаза Ани расширились, когда она почувствовала, насколько я был тверд, когда мое тело прижалось к ее.
Дверь громко стукнула, и мы оба вздрогнули, моя рука метнулась к пистолету, который я оставил лежать на раковине, но не успел схватить его, как мой взгляд встретился со взглядом Бэнни, который ворвался в комнату.
— Я думал, что ясно выразился, Черч, — рявкнул он, доставая свой пистолет с пояса и нацеливая его мне в голову, когда Аня задыхалась от тревоги. — Ты не трахаешь мою жену, пока я не нахожусь в этой долбаной комнате!
Его голос отразился от кафеля, когда он в три длинных шага преодолел расстояние между нами, ствол пистолета уперся мне в висок, когда он зарычал на меня, а его темные глаза поплыли от ярости.
— Я не трахал ее, — ответил я, пожав плечами. — Пока нет.
Бэнни покачал головой и посмотрел на Аню, которая все еще находилась между мной и стеной, ее юбка была задрана над задницей, а грудь вздымалась от оргазма, который я только что ей подарил.
В качестве дополнительного объяснения я поднял пальцы, которые только что были глубоко в ней, и прижал их к его губам.
— Хочешь попробовать? — спросил я, и его глаза расширились от удивления на мгновение, прежде чем он открыл рот и взял мои пальцы в него, сильно посасывая, чтобы почувствовать ее вкус, пока Аня смотрела на него со смесью удивления и, несомненно, похоти.
— Думаю, твоя киска — мой любимый вкус, секс-бомба, — прорычал он, отпуская мои пальцы. — Мне придется есть ее чаще.
— Никаких шансов на это, — шипела она, пытаясь сохранить свой гнев, а я усмехался, опустив свой рот на ее шею и целуя ее, пока я тянулся вокруг нее и начал расстегивать молнию на ее платье.
— Я не трахаюсь с ним, — настаивала она, глядя на Бэнни поверх моей головы, пока я стягивал платье и обнажал ее правую грудь, сосок был тугим и желанным.
— Никто не говорил о том, что ты трахаешься с ним, — ответил я, прежде чем втянуть ее сосок в рот и заставить ее вздохнуть. — Он просто будет смотреть, не так ли, Буч?
Я оглянулся на него через плечо, когда его челюсть скрипнула, прежде чем он кивнул и снова убрал пистолет.
— Да, секс-бомба, я, блядь, буду смотреть.
Аня издала звук, который мог бы быть дальнейшим протестом, но дверь снова открылась позади нас, прервав вечеринку, которую мы только начали, и заставив рык раздражения вырваться из моих губ.
— Вон! — скомандовал Бэнни, и девушки, отчаянно нуждавшиеся в облегчении, с изумленными возгласами разбежались, но я сомневался, что это остановит появление новых.
— Пойдем, — сказал я, схватив свой пистолет, прежде чем прижать Аню к себе и затащить ее в одну из туалетных кабинок. Я снова бросил оружие на подоконник, прежде чем снова прильнуть к ее рту.
Бэнни последовал за нами в крошечное помещение, каким-то образом сумев запереть за нами дверь, прежде чем его руки встретились с моими на спине Ани, и мы вместе попытались содрать с нее маленькое черное платье.
Аня дала Бэнни пощечину так сильно, что его и без того рассеченная губа снова начала кровоточить, и он мрачно улыбнулся, слизывая кровь с губы, в его глазах был вызов, чтобы она сделала все, что в ее силах.
— Ты знаешь, как я люблю, когда ты злишься на меня, жена, — прорычал он.
— Это потому, что ты знаешь, что заслуживаешь этого, — огрызнулась она в ответ, но меня сейчас не интересовало их дерьмо, поэтому я просто поцеловал ее еще раз, чтобы она замолчала. Сдвигая ее трусики вниз, пока она не вылезла из них и осталась стоять между нами двумя в одних чулках в сеточку и байкерских сапогах. Черт возьми, она выглядела восхитительно.
— Присядь, Черч, я хочу хорошо видеть ее, пока она принимает твой член, — сказал Бэнни, и мне было уже все равно, каким способом мы это сделаем, мне нужно было только оказаться в ней, как можно скорее.
Я со стуком закрыл крышку унитаза и опустился на нее, доставая свой член из джинсов и поглаживая его, пока Аня бесконечно долго смотрела между мной и Бэнни, прежде чем придвинуться ближе, чтобы трахнуть меня.
— Встань лицом ко мне, секс-бомба, — приказал Бэнни.
Аня проигнорировала его, двигаясь, чтобы сесть на меня, но я поймал ее бедра и развернул ее, заставив
