стае нередко присоединялись и более крупные птицы. Особенно наглел лебедь-шипун — заметив угощение, он, словно живой таран, выходил на берег. Грозно расталкивая крыльями мелких уток, величественная птица приближалась вплотную и одним движением своего черного клюва пыталась ухватить добрую половину батона. Мама всегда была рядом, оберегая дочь. Лебедь заглатывал мякиш, а затем еще долго стоял не шевелясь в ожидании добавки. В этот момент его можно было гладить. Света нежно проводила руками по выгнутой шее и изящным крыльям. Птица поворачивалась, словно красуясь перед людьми, и, еще немного постояв, возвращалась к воде.
Так и в тот день, покормив птиц, Света и ее мама снова вышли на дорожку и продолжили неторопливую прогулку, ритмично постукивая каблуками босоножек по плитке.
У девушки, невидящей с детства, постепенно складывалась картина окружающего мира — через прикосновения, звуки и запахи, через материнские рассказы. Труднее всего было объяснить ей цвета.
Все парковые аллеи сверкали мозаикой из разноцветной плитки, складывавшейся в причудливые узоры. На каждом перекрестке расходились каменные круги — в их центре либо возвышались гипсовые фигуры античных героев, либо плескались миниатюрные фонтаны, чье тихое журчание наполняло воздух умиротворением.
Особый интерес вызывали деревянные скульптуры — мастера превращали стволы старых спиленных деревьев в персонажей народных сказок. Здесь можно было встретить и Бабу-Ягу в ступе, и Кощея Бессмертного, и лешего, и русалок. Фигуры покрывали блестящим лаком или раскрашивали в яркие цвета, привлекая внимание детей. Малыши с радостью забирались на спины сказочных героев, фотографировались рядом. Не тронули мастера лишь редкие ценные деревья да те, что были посажены известными людьми.
Это место облюбовали белки. Они то и дело проворно лазали по стволам деревьев когтистыми лапками. Завидев детей с угощением, белки не спеша спускались к протянутой руке. Держась за ствол только задними лапками, хватали печенье и быстро заползали повыше, где в полной безопасности могли полакомиться. Некоторые из них спускались на землю к самым ногам людей. Взяв в передние лапки орех или семечку от тыквы, они замирали, распушив свой рыжий хвост, словно говоря: «Полюбуйтесь нами». Изящные кисточки на ушках и ласковые мордашки не могли никого оставить равнодушными.
Главный вход в парк венчала монументальная стела, к которой поднимались широкие мраморные ступени, сверкавшие белизной под солнцем. Перед стелой рядами выстроились надгробия воинов, павших в Великую Отечественную. На полированном камне золотом горели имена героев, отдавших жизни за свободу Отчизны.
В парке царила образцовая чистота. Работники с завидным усердием поддерживали порядок: вовремя убирали опавшую листву, аккуратно подметали дорожки, оперативно вывозили мусор и заботливо обновляли зеленые насаждения. Уже с первых весенних дней многочисленные клумбы вспыхивали яркими красками. Умельцы создавали из многолетников настоящие живые картины — причудливые узоры и даже целые цветочные послания. Плавно сменяя друг друга, одни растения передавали эстафету цветения другим, создавая непрерывный праздник красок для посетителей парка.
Уже ощущалось дыхание осени. С нависающих над дорожками деревьев срывались листья и, причудливо кружась, падали под ноги, расстилаясь богатым ковром. Остановившись, Света и ее мама присели на скамейку. Буквально через минуту к ним подошел мужчина средних лет.
— Добрый день. Вы не против, если я присяду рядом?
Светина мама одарила незнакомца теплой улыбкой.
— Присаживайтесь, пожалуйста, — пригласила она, жестом указывая на свободное место.
— Меня зовут Евгений Николаевич. Я директор центра социальной поддержки. Возглавляю его десять лет. Как и вы, люблю прогуливаться здесь. Природа так успокаивает…
Они познакомились, и вскоре мужчина рассказал свою историю. Когда-то у него была счастливая семья, но трагедия оборвала все: в автокатастрофе он потерял жену и ребенка. Оставшись совсем один, посвятил себя помощи другим — может быть, так пытался заполнить пустоту внутри.
— Как я понял, учебой дочери занимаетесь вы? — спросил Евгений Николаевич Светину маму.
— Да. Но и мой муж уделяет ей время.
— Может, Света уже определилась с будущей профессией?
— Знаете, и дочка, и мы много думали об этом. К сожалению, в нашем городе нет предприятий, на которых работают инвалиды по зрению. А отправить ребенка в чужой город одного мы, конечно, не можем — ни на учебу, ни на работу. Кто же ей там помогать будет? А здесь мы рядом.
— Все верно. Но! У каждого человека есть таланты. Они могут проявиться в любой момент. Уверяю вас, Светлана сможет полноценно чувствовать себя в обществе. Если вы согласны, пусть она попробует петь в церковном хоре. Я познакомлю вас с батюшкой. Если Светлане понравится, я смогу возить ее на машине к началу службы и забирать после.
Девушка внимательно вслушивалась в разговор матери с необычным собеседником. Евгений Николаевич аккуратно записал их адрес в потрепанный блокнот, вежливо попрощался и неспешно удалился.
Они еще некоторое время оставались на скамейке, растворяясь в звуках парка — шелесте листвы, щебетании птиц, отдаленных голосах прохожих. Затем так же неторопливо поднялись и отправились домой той дорогой, что и пришли.
Глава 2
Света росла в любящей семье.
Ее отец занимал должность ведущего инженера на заводе металлоконструкций. Высокообразованный специалист с аналитическим складом ума, он привык находить решения для самых сложных технических задач. Но настоящее испытание ждало его вне заводских цехов — когда врачи диагностировали слепоту у новорожденной дочери.
В отличие от многих, Константин Валерьевич не отступил перед ударом судьбы. Он не оставил семью, не замкнулся в себе, не искал утешения в алкоголе. Его характер, манера держаться и профессионализм остались неизменными — все такой же собранный, ответственный, он продолжал быть опорой для подчиненных на заводе, где занимал руководящий пост, и надежной поддержкой для своей семьи.
Он всегда хотел, чтобы у него была дочка. Судьба преподнесла ему такой подарок, его мечта сбылась. Несмотря ни на что, Константин Валерьевич верил, что медицина в будущем поможет дочери обрести зрение.
Его зарплаты полностью хватало на то, чтобы содержать семью. Жену освободили от работы по уходу за ребенком, и она полностью посвятила себя семье, домашнему уюту и заботе о дочери.
Несмотря на плотный рабочий график, Константин Валерьевич всегда находил время для любимой дочурки. Коллеги редко видели его унывающим — наоборот, его заразительный оптимизм мог растопить лед даже в самых угрюмых собеседниках. Эта уникальная способность создавать вокруг себя атмосферу доверия и доброжелательности не осталась незамеченной — руководство предприятия целенаправленно вводило его в состав делегаций на ответственных переговорах — с ним вероятность подписания выгодного соглашения возрастала в разы.
Мама Светы, Клавдия Павловна, была учительницей, окончила педагогический вуз. Это во многом помогло ей воспитать и обучить дочь.
Появление Евгения Николаевича
