этом.
— Что насчёт него? — требовательно спрашивает Кэштон, поворачиваясь на сиденье и глядя на меня. Я понимаю. Я — враг. Я отняла у них брата. Я причина, по которой он их бросил... снова.
— Хайдин сказал, что звонил ему… Гэвин принёс адреналин, чтобы вернуть меня в сознание.
— Позвони ему. Скажи, чтобы он немедленно тащил свою задницу в «Бойню». Может, Гэвин заполнит пробелы, которые Шарлотта не может вспомнить, — приказывает Сент Кэштону.
СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТЬ
ШАРЛОТТА
Мы подъезжаем к «Бойне», и Кэштон помогает мне выйти из машины. У меня подкашиваются ноги, и всё тело дрожит. Не знаю, от вчерашней оргии, от рыданий или от недосыпа. Колени подгибаются, и Кэштон подхватывает меня, одной рукой поддерживает под колени, другой — обхватывает за спину.
Я прячу лицо в его груди и пытаюсь перестать плакать.
— Мы найдём его, — уверяет Кэштон, но у меня сомнения на этот счёт. Сейчас он может быть где угодно.
Когда он усаживает меня на диван, я открываю глаза и понимаю, что мы в их офисе. Мой взгляд сразу падает на стол Хайдина. В груди сжимается от того, как пусто он выглядит. Жуткое зрелище.
Дверь распахивается, и я вижу входящего мужчину. Его взгляд тут же встречается с моим, и сердце начинает бешено колотиться.
— Что вам известно? — требовательно спрашивает он, обращаясь к Кэштону и Сенту.
Я опускаю глаза в пол и закрываю лицо руками, заставляя себя дышать.
— Немного, — отвечает Сент. — Шарлотта рассказала, что её накачали наркотой. Похоже, тем же препаратом, что ты дал Хайдину, когда он инсценировал смерть. Гэвин вернул её в чувство адреналином. Шарлотта говорит, он почти ничего ей не рассказал. Хайдин позвонил Кэштону, чтобы тот забрал её. Мы нашли её привязанной к кровати, а он исчез.
Адам смотрит на стол Хайдина, затем снова на меня.
— Я знаю, кто его держит, но не знаю, где он.
— Кто это, мать твою?! — взрывается Кэштон.
Адам встречается со мной взглядом.
— Белла Мари Костелло.
В комнате повисает тишина, Кэштон и Сент замирают на месте. Я с трудом поднимаюсь на дрожащих ногах.
— Нет, — шепчу я, качая головой. — Это невозможно.
Сент резко оборачивается и впивается в меня взглядом.
— Ты знаешь её?
Я сглатываю ком в горле.
— Это моя мать.
«Костелло — её девичья фамилия».
— ЧТО?! — орёт Кэштон, заставляя меня вздрогнуть. Не успеваю моргнуть, как он оказывается прямо передо мной, толкает меня обратно на диван. Я смотрю на него, а его руки сжимают моё горло, перекрывая воздух. — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что она твоя мать?! — кричит он мне в лицо.
— Отпусти её! — Его руки пропадают с моей шеи, и я скатываюсь с дивана на пол, кашляя и сворачиваясь в клубок.
Дверь открывается.
— Сент… — Я закрываю глаза, услышав голос Эштин. — Что происходит? — спрашивает она, та явно не в курсе ситуации.
Все игнорируют её.
— Белла — это Изабелла…
— Я знаю, кто она, — перебивает Адама Сент. — Но ты не можешь причинить вред Шарлотте.
— Сент? — В голосе Эштин любопытство сменяется тревогой, но её по-прежнему не замечают.
— Мы сделаем с ней всё, что захотим, — рычит Кэштон, отталкивая Адама. — Тебя здесь не было! — орёт он ему в лицо. — Её мать…
— Хайдин женился на ней. Шарлотта — его жена, — резко бросает Адам.
Я приподнимаюсь, прижимаясь спиной к дивану, подтягиваю колени к груди. Тошнота накатывает с новой силой. Чувствую, как все взгляды — включая Эштин — обращаются ко мне. Похоже, она держала это в секрете, Кэштон и Сент явно удивлены, ведь я говорила ей, что замужем за Хайдином из злости, потому что чувствовала угрозу. Сейчас это кажется таким глупым.
Оба опускают взгляд на мою левую руку и впервые замечают моё кольцо. Кэштон достаёт из кармана кольцо Хайдина, которое нашёл на моей тумбочке. Я не знала, что он взял его с собой.
— Ты, должно быть, мать твою, шутишь, — рычит Кэштон. — И, дай угадаю, ты её опекун?
— Нет. Ты, — отвечает Адам, и лицо Кэштона каменеет.
— Что такое опекун? — спрашиваю я, чувствуя, как в груди нарастает паника. Кэштону явно хочется меня убить, так что перспектива быть под его опекой не сулит ничего хорошего. Но, как и Эштин, я остаюсь без ответа.
Сент поворачивается и бьёт кулаком в стену и Эштин отшатывается. Я опускаю голову на согнутые колени. Надежда найти Хайдина тает, если они злятся на него за то, что он женился на мне, возможно, им уже плевать.
Так вот зачем он женился на мне? Это связано с моей матерью? Откуда Хайдин знает её? Я не понимаю, как они связаны.
Дверь снова открывается, и я поднимаю глаза и вижу, как входит Гэвин. Он расправляет плечи, словно ощущая напряжение в комнате.
— Вы хотели меня видеть? — спрашивает Гэвин.
Сент мечется по комнате, Кэштон сверлит меня взглядом.
— Что тебе сказал Хайдин? — спрашивает Адам.
— Ничего.
— Херня! — рявкает Сент, указывая на меня. — Он позвонил тебе, чтобы ты дал Шарлотте адреналин. Зачем?
Гэвин хмурится.
— Я не давал ей адреналин. Хайдин ввёл его сам до моего приезда. Он попросил меня проверить её. Когда он приехал к ней домой, Шарлотта лежала без сознания на кухонном полу. Ей дали препарат, чтобы сымитировать смерть, и Хайдин сам ввёл адреналин. Я осмотрел её, она была в порядке. Без сознания, но должна полностью восстановится.
В офисе снова воцаряется тишина. Я сглатываю рвотный позыв и шепчу:
— Он солгал мне.
Сент фыркает, как будто это наименьшая из моих проблем. Кэштон закатывает глаза, а мужчина, которого я знаю как Адам, смотрит на меня с сочувствием. Эштин ошарашенно смотрит на брата-близнеца, увидев его в одной комнате с нами. Сейчас никто не может понять, что происходит. Столько тайн и лжи между нами.
— Уверен, он солгал тебе о многом, — холодно замечает Сент. Он опускает взгляд на кольцо у меня на пальце, затем снова встречается с моим.
— Сент! — резко обрывает Адам, его зелёные глаза становятся жёсткими.
Сент игнорирует его, подходит к дивану. Я вжимаюсь в
