Алина в приступе ребячества отвернулась и завела пустой разговор с Хохотушкой. Наставник хмыкнул, полез в карман за чем-то. Мягкий перезвон металла подсказал, что это наручники. Не связкой же ключей он пытается привлечь её внимание?
Лиса из вредности продолжила молоть языком, поддакивая Хохотушке. В их щебетание включилась Молния.
— Перестань выводить меня на эмоции, — жаркий шёпот у самого уха.
Она, кажется, даже почувствовала, как его губы касаются ушной раковины и на мгновение затрепетала. Потом вспомнила, на кого реагирует и живо подобралась.
Алина выпрямилась. Демон не шелохнулся. Всё та же горделивая осанка и выжженное поле на месте глаз. Порой он походил на робота, пластиковая кукла, а не человек.
— И что у нас по плану? — огрызнулась она.
— Повторение пройденного материала, — буркнул он и прошествовал в дальний конец зала, чтобы занять уединённый столик.
Едва Алина плюхнулась рядом, Демон начал сыпать короткими указаниями:
— Оглядись.
— Чего?
— По сторонам, говорю, посмотри, чегокалка.
Она повертела головой, ни на чём не фокусируясь.
— И что?
— Ты когда-нибудь перестанешь донимать меня расспросами? — задал он риторический вопрос, попыхтел немного для успокоения нервов и добавил. — Все присутствующие здесь сияют, но ты этого не видишь. Знаешь, почему?
— Потому что я ещё не одна из вас? — предположила Алина.
— Потому что ты смотришь, но не видишь. Опиши мне девушку позади тебя.
Она попыталась оглянуться, чтобы понять, о ком идёт речь, однако Демон удержал за локоть.
— Нет, не поворачивайся. Просто опиши. Ты ведь проходила мимо, когда шла сюда.
— Да, но я ни на кого не смотрела, — стала оправдываться Лиса.
— А должна смотреть. Запоминать. Воспроизводить по памяти. Арлекин — это прежде всего охотник, следопыт, ищейка. Ты должна подмечать все детали.
— Хорошо. Могу я пройти мимо неё ещё раз и исправиться?
— Нет, — ожидаемо отказал Демон. — Закрой глаза.
— Это ещё за...
Она вовремя вспомнила о запрете на вопросы и почему-то подчинилась.
— Ты делаешь успехи.
Похвала из его уст дорогого стоила. Алина улыбнулась помимо воли.
— Прислушайся. Силу, заключённую в сиянии, можно не только увидеть, но и услышать. И почувствовать, если сумеешь сосредоточиться.
Сначала она не поняла, о чем толкует Демон, но потом слуха коснулся тоненький писк, похожий на комариный. К нему прибавился грохот молота по наковальне. Затем стал слышен лязг тяжёлого колокола, будто где-то вдали была церквушка.
— Ты уже слышишь её, правда?
Алина медленно кивнула, поражаясь происходящему.
— Опиши мне эти звуки.
Она сконцентрировалась на самом громком, который то надвигался, то уплывал вдаль, перемещаясь словно по воронке с широким горлышком и узким наконечником.
— Напоминает рев мощного двигателя, — заговорила Лиса, целиком погружаясь в источник звука. — Это не мотоцикл и не легковая машина, а что-то более габаритное, тяжёлое. Похоже на грозный рык и вой турбин. Кажется, я даже улавливаю металлический грохот. И этот звук...
— Что?
Она замялась, боясь ошибиться, но озарение было настолько ярким, что догадка переросла в уверенность.
— Этот звук похож на рев мотора гоночного КАМАЗа.
Алина без промедления распахнула глаза и уставилась на Демона.
Его аура — это сумрачное синее сияние, похожее на грозовые облака перед бурей. Она клубилась вокруг его фигуры, словно дым от горящего бензина, и пульсировала в такт размеренному ритму его сердца. Синий свет отливал стальными оттенками и в нём проносились всполохи электрических разрядов — отражение внутренней борьбы и ненависти к самому себе.
Эта аура не грела, а обжигала холодом преисподней, отталкивая всех, кто имел неосторожность приблизиться. В ней слышалась и боль, и ярость, и отчаяние, и сила, способная сокрушить всё на своём пути.
Несколько минут они завороженно смотрели друг на друга. Он — в удивлении от её умения концентрироваться, она — с горечью от увиденного. Чудовищная догадка зародилась в мозгу.
— Саш, а как ты стал Арлекином? — спросила, не успев ничего обдумать.
— Убил дитя в колыбели, — без тени сочувствия ответил он и выбрался из-за стола. — Шевелись давай. У нас на сегодня полно работы.
Алина проглотила ком от разочарования и пошла вслед за злодеем. Детоубийца, значит. Ну-ну. Она не поверила ни единому слову.
***
Тренировочная площадка раскинулась на заднем дворе трехэтажного здания, принадлежавшего мото-клубу «Арлекин» — огороженный бетонным забором полигон с установленными на специальных стойках деревянными мишенями. Теплый осенний ветер гонял по земле опавшие листья, которые застревали в трещинах асфальта. В дальнем углу виднелась металлическая стойка с развешенными тренировочными ножами, их лезвия поблескивали в тусклом свете уличных фонарей.
Демон стоял у мишеней, его лицо, как всегда, было смурным, как предгрозовое небо.
Мишени здесь были особенные — толстые деревянные щиты с концентрическими кругами, выжженными термическим маркером.
— Начнём с азов, — голос Саши (внезапно ей до одури захотелось звать его по имени, дурацкое прозвище лишь омрачало и без того чёрные оттенки их общения) звучал сухо, почти отстранённо. — Нож должен быть продолжением твоей руки.
Он протянул Алине метательный нож — стальной клинок с удобной рукоятью из рифлёного пластика. Лезвие, отполированное до зеркального блеска, казалось продолжением его пальцев. Она взяла оружие, ощущая его вес — ровно 150 граммов, идеальный баланс между управляемостью и пробивной силой.
— Держишь так, — Саша перехватил её руку, показывая правильное положение. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и оба отпрянули, словно от удара током.
На стойке с ножами виднелись различные модели: классические «Осётр» с узким клинком, массивные «Unifight PRO» с характерной гардой (Гарда — это важный защитный элемент конструкции ножа, представляющий собой поперечную деталь между клинком и рукоятью. Её главная задача — обезопасить кисть руки от соскальзывания на лезвие при работе с ножом — прим. автора), изящные «Leatherman» с текстурированной рукоятью. Каждый нож имел свою душу, свой характер.
— Захват должен быть уверенным, но не мёртвым, — продолжил он, отступая на шаг. — Большой палец вдоль лезвия, остальные охватывают рукоять. Чувствуй баланс.
Лиса кивнула, стараясь сосредоточиться на технике. Древесный запах мишеней смешивался с металлическим ароматом наточенных клинков, рождая приятный букет.
— Стойка — угол сорок пять градусов к мишени. Колено чуть согнуто, вес на передней ноге. Смотри, как я показываю.
Он продемонстрировал идеальную стойку, его движения были точными, выверенными. Клинок в его руке казался продолжением тела, готовым в любой момент сорваться с пальцев.
— Теперь прицеливание, — Саша наблюдал за ней и в этом взгляде чувствовалось намерение уцепиться за любую ошибку. — Глаза должны видеть не только мишень, но и траекторию.
— А как определить силу броска? — спросила Алина, не решаясь бросить нож.
— Сила зависит от веса ножа и дистанции, — ответил он, прицельно глядя на мишень. — Бросишь слишком сильно — пролетит мимо,
