class="empty-line"/>
— Через две недели.
Это будет месяц с нашей последней встречи.
— Ты хочешь, чтобы я была там? — спрашиваю.
— Только если ты хочешь. Он будет там.
— Да, я знаю. Мне все равно. Но ты хочешь, чтобы я была там?
Она садится на пол рядом со мной.
— Да. Приедет ее мама, и я буду первой девушкой, которую она ей представит. Так что, да, я бы хотела, чтобы ты пришла, но я пойму, если ты не сможешь или не захочешь, — она начинает складывать одежду, которую я вытащила.
— Конечно, я приду.
Она поднимает взгляд, держа в руке детскую розовую рубашку.
— Ты придешь? — весело спрашивает она, а затем ее голос понижается. — А как же Атлас?
— Все будет хорошо. Я уверена, что он сможет побыть вежливым хотя бы один вечер. Я знаю, что смогу.
— Я уверена, что ты права.
Две недели пролетели незаметно, и за это время я подписала контракт и определилась с первыми двадцатью комплектами одежды, которые планирую продавать на своем веб-сайте. Я придерживаюсь небольшого количества вариантов, чтобы не переборщить и не перегружаться, и чтобы они продавались.
Дерек обустроил для меня кабинет — он наполнен такой энергией, которую помогла создать Тина, подобрав яркие цвета, и я это обожаю. Однажды, когда меня не было дома, Тина впустила его в мой дом, и я вернулась и застала его полуголым и в поту. Должна признать, зрелище было приятным, но дальше этого дело не зашло. Я знаю, что так лучше, и, если честно, он не будоражит меня в этом смысле.
Только один мужчина был способен вызвать у меня такие эмоции. И он больше не тот, кому я хотела бы их дарить.
Я надеваю свое красное платье — оно ультрасексуальное, длиной до середины бедра — и надеваю к нему черные туфли на каблуках.
Осмотрев себя в зеркале, беру клатч и сотовый и направляюсь к ожидающему меня снаружи Uber. После короткой поездки я выхожу из машины, и направляюсь в казино, а мои светлые волосы длинными волнами струятся по спине,.
Я знаю, куда идти, и направляюсь в правильном направлении. Я знаю, что Тина уже здесь, так как она пять раз писала мне, спрашивая, приехала ли я. Когда я подхожу к очень знакомой двери, там стоит мужчина с планшетом в руках. В прошлый раз, когда я проходила здесь, меня использовали для того, чтобы отвлечь другого мужчину и лишить его денег. Сегодня мне не придется делать этого, я буду наслаждаться собой.
— Имя, — отрывисто произносит он, даже не поднимая глаз.
— Теа, — он просматривает имена и качает головой.
— Нет в списке, — говорит он и жестом просит меня отойти.
Я достаю сотовый и собираюсь написать Тине, но прежде чем успеваю это сделать, кто-то подходит ко мне.
— Теодора, — говорит Атлас швейцару. Швейцар даже не смотрит на имена, просто кивает и отступает в сторону, пропуская нас внутрь. Он собирается уходить, но я остаюсь на месте, не желая смотреть на Атласа или даже признавать его существование. Он не заслуживает такого от меня.
Атлас бросил меня, а не наоборот.
Я думала, у нас все было хорошо.
Что мы, возможно, пытались добиться большего, но потом все рухнуло. Мне до сих пор больно думать о том, как он мог так легко меня бросить.
— Теодора, ты идешь или планируешь простоять здесь всю ночь и не смотреть на меня? — спрашивает он.
Я продолжаю игнорировать его, глядя в сторону. Только услышав его удаляющиеся шаги, я поворачиваюсь, чтобы войти.
— Имя, — повторяет мужчина.
— Вы серьезно? Я не сдвинулась с места, — говорю я, не веря своим ушам. — Теодора, — повторяю я под его презрительным взглядом.
Швейцар отступает в сторону, чтобы впустить меня.
Что за идиот.
Тяжело дыша, я прохожу мимо этого чертова придурка и захожу внутрь. Здесь все не так, как было в прошлый раз. Сегодня в зале темнее, официантки ходят с подносами с напитками и одеты по полной программе, нигде не видно игровых столиков, только столы с закусками. Я сразу замечаю Тину и подхожу к ней, и она улыбается, когда видит меня. Я достаю из своего клатча маленький подарок и протягиваю его Сидни, которая стоит рядом.
— Я не принимаю подарков, — это все, что говорит Сидни, глядя на то, что я держу в руке, как будто это какой-то яд.
— Невежливо приходить на вечеринку без подарка. Возьми! — я протягиваю ей подарок, но она качает головой. Тина подталкивает ее локтем, и она неохотно берет его, улыбаясь мне в ответ.
— Спасибо, Теа, я ценю это, — говорит Сидни, и я бы поверила ей, если бы она не передала подарок Тине.
— Здесь мило. Твоя семья здесь? — спрашиваю Сидни. Она кивает и оглядывается по сторонам, пока ее взгляд не останавливается на двух людях, разговаривающих с Атласом.
— Они любят его. Каждый год он дарит им поездку в Париж на Рождество. Они всегда надеялись, что я выйду за него замуж, — говорит Сидни, и я наблюдаю, как напрягается тело Тины. Сидни кладет руку ей на спину, успокаивая ее.
Тина переводит взгляд туда, где находятся родители Сидни, и Сидни наклоняется, чтобы прошептать ей на ухо. Я отворачиваюсь, пока они шепчутся друг с другом.
Направляясь к бару, я заказываю бокал вина, так как не планирую сегодня садиться за руль.
— Ты пьешь? — я поворачиваюсь на этот голос, который так хорошо мне знаком. Когда передо мной ставят мой бокал, я отворачиваюсь, размышляя, отвечать ему или нет. Часть меня хочет быть мелочной и уйти, но другая знает, что это ребячество и я не такая.
— Похоже на то, — говорю я, поднося бокал к губам.
— Они кажутся счастливыми, — говорит он.
Я стараюсь не смотреть на Атлас.
Он меня ненавидит.
Я помню выражение его глаз, когда он схватил Бенджи и ушел. Это не то, за что он когда-либо
