Леха подошел, погладил ее по голове и сказал:
— И у что ты в самом деле…
Она повернулась, обхватила его за талию, прижалась всем телом и, все еще вздрагивая, спрятала мокрое лицо па его груди.
В Лехе вдруг проснулось сумасшедшее желание. Он взял ее на руки и отнес в спальню.
Глава одиннадцатая
Телефон звонил не переставая.
Первой была мама. Они с отцом только что вернулись из Ярославля, куда ездили на серебряную свадьбу к маминой двоюродной сестре.
— Ты не представляешь, какую пошлость они сотворили из всего этого. — У нее не хватало слов, чтобы передать свое возмущение. — Мы с отцом ничего подобного не справляли, и правильно делали. А видела бы ты платье, которое надела на себя пятидесятипятилетняя «невеста»! Оно было коротким и обтягивающим. Живот выпирает, ноги в венах… Ну надо же головой соображать! Папа твой тоже хорош. Напился и увивался за этой коровой в мини-платье, как будто она — его невеста.
— А жених? — спросила Наташа.
Тему с папой надо было прервать, потому что она была неисчерпаемой.
— Чей жених? — удивилась мама.
— Этой коровы.
— Ну он достойно себя вел. Всегда был интересным мужчиной. И сейчас… Я с самого начала удивлялась, что он нашел в моей сестре. И вот что бы она ни делала, он слова ей не сказал, все так ласково с ней… Не то что твой отец.
— Мама!
— Ладно, ладно… Ты заедешь к нам? Мне тебе много еще надо рассказать.
Они договорились на завтра. И Наташа с облегчением положила трубку.
Телефон тут же зазвонил вновь.
— Где ты пропадаешь? — Голос у Машки был возбужденный и тревожный. — Не могу тебя поймать. Есть новости?
— Они вместе работают. Я видела ее. — Наташа промокнула глаза, к которым опять подступили слезы.
— Где?!
— Ездила к ее дому.
— Надеюсь, за волосы не таскала?
— Обошлось. Я издалека посмотрела.
— Наташа, это типичный служебный роман. Он длится полгода. Я тут с Лешкой встречалась, еле вытянула из него. Но он вообще-то мало что знает. Ты как себя чувствуешь?
— На букву «х», но не от слова «хорошо».
— Только глупостей не наделай. Пойми, мужики очень боятся одиночества. И нормальные стараются сохранить отношения. А если что наперекосяк, то принимают меры, чтобы их отрегулировать.
— Так он не одинок…
— Подумаешь, интрижка… У него кризис среднего возраста.
— И что?
— Ты слишком идеализируешь семейные ценности — верность, хозяйственность, чистота… А по законам космоса кто-то должен эту идеализацию разрушать. Этим человеком выступил твой муж. Значит, тебе надо пересмотреть свою шкалу ценностей…
— Маш, мне так плохо, я совсем не понимаю, о чем ты говоришь.
— Все как-то образуется, увидишь. Считай, что тебе послано испытание. И вот еще что. В пятницу приходи к Ленке. 51 ее буду с возможным женихом знакомить.
— Мне как-то не до этого сейчас.
— Как раз до этого. Тебе надо больше быть среди людей, а не рыдать в подушку. И Ленку надо поддержать, она же волноваться будет. Я еще позвоню. Целую. И помни: мужчины всегда возвращаются, но тогда, когда уже не нужны. — И в трубке раздались гудки.
…Что она такое сказала? Когда Андрей не будет нужен, то вернется? Бред какой-то.
Следующей была Лена.
— Я буквально на минутку. С работы звоню, надо бежать на совещание. Как у вас обстановка?
— Никаких отношений.
— А ты в курсе. что у Машки новый роман с бывшим мужем?
— Она только что звонила, но ничего не сказала.
— Еще расскажет. Я вот что думаю: тебе надо сейчас на работу устроиться. У нас, кажется, одно место освобождается, я узнаю. Ничего особенного — бумажки перебирать, но будешь при деле.
— Спасибо, Лен. Я не думала пока об этом.
— Подумай. Все, бегу, пока.
Наташа вздохнула. У всех бурлит жизнь. И только у нее она пуста и уныла. Андрей — ее прошлое, настоящее и, как Наташа надеялась, будущее. А сама по себе она — ничто, пустое место. Состарившаяся женщина, у которой не осталось никаких желаний. Неудивительно, что она никому не нужна и не интересна. Чем она заполняла свою жизнь? Уборкой по дому? Лучше бы выучила иностранный язык, научилась работать на компьютере или водить автомобиль. Ничего, ничего не умеет! Даже ребенка родить не может. Разве это жизнь — без детей? Если бы у нее был ребенок, она бы жила ради него и ей было бы плевать на то, изменяет ей муж или нет. За что она так наказана?!
Наташа расплакалась. И когда опять позвонил телефон, она просто не стала брать трубку.
По телевизору шло очередное ток-шоу, но она не понимала, о чем говорят собравшиеся люди. Наташа постаралась сосредоточиться. Конечно, опять про любовь. Как ее надо доказывать. Один из участников сказал: главное в семейной жизни — не доставать друг друга.
Она переключилась на другой канал. Известный астролог объяснял, что цикл астрологической любви составляет восемь лет. А потом наступает спад. Похоже. Сколько они женаты? Шестнадцать лет. Значит, восемь лет назад был первый спад. В каком же это году? Минус восемь лет… Она постаралась вспомнить, что происходило в тот год.
Время, когда Андрей раскручивал свой бизнес. Все получалось. Они ездили отдыхать в Испанию. Днем купались, летали на парашютах, катались на водных мотоциклах — им все было внове и вызывало дикий восторг у обоих. А вечером они отправлялись гулять на барселонские бульвары Рамблас и вливались в нескончаемый поток дружелюбных людей всех национальностей. Больше всего Наташа любила останавливаться у бесчисленных клеток с экзотическими птицами или вдыхать ароматы Цветочного бульвара. А Андрея тянуло к знаменитому фонтану Каналетас с его цветомузыкой, с толпой музыкантов, которые, не переставая, играли и пели, втягивая в свои концерты зрителей. Андрей даже пытался попить воды из фонтана, потому что считается, что тогда ты обязательно вернешься в Барселону. Наташа еле уговорила его просто бросить монетку на прощание.
Никакого спада. Один сплошной подъем.
Наташа так погрузилась в приятные воспоминания, что не заметила, как домой вернулся Андрей. Он неожиданно навис над ней всей мощью своей длинной фигуры.
— А ужин у нас есть?
Наташа вздрогнула и подняла глаза, которые успели к тому времени подсохнуть.
— Нет, я не готовила, — ответила она.
— Да что, черт возьми, происходит?! — Раздражение словно волнами расходилось от него во все стороны. — Неужели нельзя мужу пожрать приготовить? Знал бы — пошел бы в ресторан. Почему трубку не берешь? Чем ты вообще занимаешься целыми днями?!
— Я выслеживаю твою любовницу, — почти по слогам произнесла Наташа.
— Что? — явно растерялся Андрей. — Какую любовницу?
— Я же сказала — твою. У тебя их несколько? У тебя несколько любовниц, у нее — несколько любовников. Современно.
— Что ты мелешь?! Какие любовники?
— Спроси у нее.
— Значит, следишь за мной? Все что-то вынюхиваешь?
Кажется, он совершенно потерял самообладание. Она задела его не тем, что знает об измене, а наличием у возлюбленной соперников. Подлец! Да как он может! Наташа вскочила со стула, на котором сидела, оказавшись на уровне Андреевых плеч. Ей показалось, что он сейчас ее ударит. И она инстинктивно закрыла лицо рукам и.
— Не устраивай мне сцен! — пригрозил муж.
— А что тогда будет? — осмелела Наташа.
— Не рассчитывай, что я сейчас уйду из своего дома, оставив его тебе. Ты ведь только этого и добиваешься? Кто ты такая, чтобы чего-то от меня требовать?
— Ты любишь ее?
— Не твое дело!
Наташу трясло. Если она и представляла себе их объяснение, то совсем не таким. Ей казалось, что он сядет рядом, обнимет ее, скажет, что все ошибка, в которой он раскаивается, просто они отдалились друг от друга, но теперь все наладится, все будет хорошо, как когда-то. Но иллюзия разрушилась, никто не собирался каяться и просить прошения. И ничего уже не поправишь… Она чувствовала себя униженной, растоптанной, лишенной всех надежд.
