свое отражение. Серый, потухший взгляд и круги под глазами, как ни крути, выдают мою усталость и нервное потрясение. Пишу Тимуру смс о том, что я закончила и буду ждать его на парковке.
По привычке воровато оглядываюсь по сторонам, будто бы предатель может ходить за мной по пятам.
Баба Маша права, мне не стоит его бояться. Вот только боюсь я не его.
Я боюсь себя. Боюсь, что увидев его спустя столько лет мои чувства снова проснутся и я заново начну страдать по изменщику.
Нажимаю на кнопку вызова лифта. Двери распахиваются, захожу в пустую кабину.
Нервно барабаню пальцами по сумочке. Слышу сигнал входящего сообщения. Отвлекаюсь на телефон, доставая его из сумки. Баба Маша прислала мне фото малышки. Несмотря на свой почтенный возраст, бабуля умело пользуется соцсетями и частенько демонстрирует мне то, чем они с Юлькой занимаются. Например, сейчас они играют в кубики. Увидев по ту сторону экрана свое маленькое солнышко, невольно улыбаюсь. Не сразу замечаю, что в лифт входит кто-то еще.
Первое, что я чувствую — это запах. Запах, который кажется мне очень знакомым. Цепенею на мгновение. Внутри все сжимается. Показалось, показалось, показалось…
Боюсь оторваться от телефона и посмотреть яви в глаза. Потому что я, кажется, начинаю догадываться, кто стоит со мной рядом.
Живот спазм скручивает. Грудь — отрезвляющая волна боли. Продолжаю упорно делать вид, что занята телефоном и не замечаю никого вокруг. Вот только его невозможно не заметить. Его грубоватый голос, с едва слышимой хрипотцой словно удар тока по моим тонким нервам.
— Леся… Леська…
Это удар под дых. Внезапный. Убийственный. После такого должна случиться неминуемая смерть.
Но я жива. Наверное, еще не время, ведь прямо сейчас я поднимаю взгляд вверх и прямиком сталкиваюсь со своей погибелью.
Глава 26
Олеся
На мгновение забываю, что надо дышать. Легкие жжет, а сердце будто и вовсе останавливается. Я не чувствую его ударов, настолько они слабые и безжизненные. Он убьет меня. Точно убьет. Мне не жить… Его присутствие рядом словно яд замедленного действия. Отравляет, заставляет мучиться, но в то же время в животе вспархивает первая предательская бабочка, стоило только его увидеть.
— Леська… Ты жива, — шепчет Андрей с надрывом, легкая улыбка касается его губ. — Я знал, что ты жива! Знал, чувствовал, верил…
Боже, неужели он в самом деле рад моему чудесному спасению, или это все его очередная игра?! Мозг упорно твердит мне о том, что ему нельзя верить. Он мог появиться неспроста.
А вдруг он узнал, что я жива, и приехал прикончить меня окончательно, чтобы я случаем не вспомнила, что у меня есть наследство?! Эта мысль заставляет меня боязливо содрогнуться.
Вот только нельзя показывать ему свой страх! Не позволю ему наслаждаться моей слабостью! Не дождется!
— Я… Я не Олеся! Вы меня с кем-то путаете, — голос садится на вялый хрип. Будто бы и не мой вовсе. Прячу взгляд, делая вид, что рассматриваю сменяющиеся этажи на табло. В ответ Андрей лишь лукаво усмехается.
— Девочка моя, ты правда думаешь, что я тебя не узнаю?
Касается рукой плеча. Машинально дергаюсь и словно пружина отскакиваю от него в другой угол кабины. Господи, мы вдвоем в таком тесном пространстве! Что за подстава?!
Наверняка специально решил застать меня в таком уязвимом месте.
Скорее бы лифт приехал… Сколько этажей там осталось?
— Не прикасайтесь ко мне! Иначе я буду звать на помощь! — пытаюсь возмутиться я, тяжело дыша. От страха сердце бьется на износ, к горлу ком подступает. Дикая пульсация отбивает в виски.
Андрей, в свою очередь, нажимает на кнопку «стоп» и лифт останавливается. О, нет… Только не это! Мне конец.
Его взгляд темнеет, а выражение лица становится серьезным. Улыбка сходит с его лица и губы вытягиваются в одну ровную линию. Делает шаг ко мне.
Ощущаю себя загнанным в угол зверьком. Кажется, что от переизбытка чувств я сейчас и вовсе сознание потеряю.
Дрожь атакует тело. Со стороны может показаться, что я замёрзла. Но на самом деле это не так. Это все из-за его присутствия. Кажется, я пропала. Этого я и боялась! Смотрю в его глаза, и понимаю, что скучала по нему.
Дура! Идиотка! Как по такому чудовищу можно скучать?! После всего, что он сделал?! Ничему жизнь не учит, как была глупой, влюбленной дурой, так и осталась.
Ладно. Самой себе признаться не зазорно. Главное, чтобы предатель ни в коем случае не понял, что я могу до сих пор питать к нему чувства.
— Олеся, прекрати этот цирк. Или ты за идиота меня принимаешь? — его голос становится грубее. Брови сводятся на переносице. Пугаюсь его напора. — Да я тебя из тысячи узнаю… — мягкий шепот звучит над моим ухом, отчего мурашки выступают на коже. А затем… Он сгребает меня в охапку, и его рука пытается задрать мое платье вверх. Он что, совсем сдурел?!
Пытаюсь закричать, но голос пропадает. По итогу вырывается какое-то странное мычание.
— Прошу, не бойся меня, — его горячее дыхание опаляет кожу. Жар мгновенно расползается по всему телу. Нет, похоже, мое сердце точно больше не выдержит…
— Пусти! — с ужасом наблюдаю, как его рука стремится все выше и выше.
Кажется, он совсем не изменился… Начинаю плакать от осознания своей беспомощности. Сопротивляться бесполезно. Он снова начинает меня ломать. Точно также, как в нашу первую брачную ночь…
Глава 27
Олеся
— Что и требовалось доказать, — тычет пальцем мне в бедро. — Родимое пятно. Помнишь, я тебе всегда говорил, что оно похоже на полумесяц?
Черт! Я совершенно об этом не подумала. Так вот оно что! И не поспоришь ведь, хотя я изначально знала, что он меня узнал и мои отрицания своей настоящей личности бесполезны, но… Попытка не пытка, хоть она и была изначально обречена на провал!
— Применять силу было вовсе не обязательно! Или ты по другому не умеешь? — шиплю в ответ язвительно, четко проговоривая каждое слово.
Андрей опускает платье вниз, разворачивает меня к себе. Смотрит прямо в глаза так пронзительно, что у меня сердце останавливается.
— Прости, что напугал. Я должен был убедиться. Теперь ты не отмажешься, Лесь.
Толща льда на моем сердце дала трещину. Стоило ему только посмотреть на меня. Затем его взгляд падает на мое плечо. Хмурится, рассматривает, изучает. Черт, пока мы с ним боролись друг с другом, оно оголилось и теперь там отчетливо виднеется шрам от падения. Он большой, жуткий и некрасивый. В
