за чмошница-то такая, а? Эти голубы глазища… — тянет руку, собираясь дотронуться до моей головы, — волосы, сука, длинные, вьющиеся, шелковые…
— Не трогай меня! Уходи! — бью по его запястью.
Марк отшатывается и грозно хмурится. Ему двадцать шесть, но он до сих пор живет с родителями. У него не то что своей семьи, у него даже девушки нет.
— Да кто на тебя еще посмотрит, недоразвитая? — хохочет. — Иди, бабку перевернуть надо.
Он сторонится, и я опасливо выхожу из кладовки, в которой живу.
Бабушка — единственная тут, кто относится ко мне по-доброму. Но она не ходячая. И она — единственная причина, почему я еще здесь. Если не я, то никто о ней нормально заботиться не станет.
Захожу в ее комнату, пропахшую лекарствами.
— Все в порядке, бабуль?
— Да, детонька, только бок отлежала, а перевернуться нет сил.
Помогаю ей поменять положение.
— Завтра я снова уеду на двое суток в комплекс. Все с утра тебе приготовлю. Если не дозовешься маму — звони соседке. Телефон твой я зарядила.
Я работаю в загородном комплексе. График работы — два через два.
Учусь в колледже заочно, хотя школу окончила с отличными оценками. У родителей нет денег на мое высшее образование, а моей зарплаты едва хватает на еду и лекарства бабушке. Огневы забирают ее пенсию, и бороться с этим невозможно.
Возвращаюсь к себе и вижу, что динамик смартфона, брошенного на кровати, до сих пор горит.
Осторожно беру телефон — звонок не отключился.
— Ты еще здесь? — украдкой спрашиваю.
— Да…
Мне становится неловко. Очень надеюсь, что Жестокий шепот не слышал слова брата. Хотя Марк так орал… Не знаю, что сказать.
— …На чем мы остановились? — продолжает Жесткий шепот, прерывая тяжелую паузу. — А, ты — художница. Рисуешь на заказ?
— На самом деле… еще совсем. Или иногда…
— Значит, пока ищешь себя. — В голосе нет осуждения, только понимание. Такое мне непривычное. — Это хорошо. Главное, не переставай искать.
— А ты? Нашел себя?
— Я нахожу себя каждый день. В своих мыслях, поступках, желаниях. И в тебе. — Эти слова пронзают, словно током, заставляя меня вздрогнуть и судорожно вдохнуть. — Я могу заехать за тобой завтра днем, и ты сама убедишься, что я не монстр и не маньяк.
Казалось бы, что может быть проще? Живое общение, смех, беседа… Но для меня это как прыжок в бездну.
— А сколько тебе лет?
— Не волнуйся, ты не разочаруешься.
— Я бы с радостью, — пытаюсь скрыть дрожь в голосе, — но у меня завтра работа…
— Все-таки рисуешь чей-то портрет?
— Эм… вроде того. И…
— Ладно. Тогда просто думай обо мне. Продолжай слышать мой голос у себя в голове. Я могу быть твоим самым сладким сном или самым страшным кошмаром. Все зависит только от тебя.
Глава 3
— Следующая остановка — Правобережный тракт! — объявляют в автобусе, и я подскакиваю к двери.
От остановки со всех ног бегу на базу отдыха.
— Я не опоздала! — запыхавшись, вскрикиваю, залетая в домик персонала.
— Еще бы две минуты — и штраф, — хмуро опускает взгляд на наручные часы шеф.
Торопливо переодеваюсь в неброскую форму серо-голубого цвета, собираю на затылке волосы.
— Тук-тук. — Ко мне входит Лиза.
Мы вместе работаем здесь уже два года.
— Привет, — улыбаюсь ей, обернувшись.
Подруга только вздыхает, увидев на моем предплечье синяк.
— К тебе снова приставал Марк? Или его чокнутая сестричка Злата кидалась?
— Нет, — мотаю головой, натягивая пониже рукав, — я сама ударилась случайно. Ты же знаешь, какой я бываю неловкой.
— Раз так, — поджимает губы, — тогда за работу. Пора накрывать на стол к завтраку.
Дзынь!
Достаю из кармана телефон. Сообщение от Жестокого шепота. Кровь моментально приливает к щекам.
«Доброе утро. Как спалось?»
«Доброе утро. Лучше, чем когда-либо», — печатаю, снова окунаясь с головой в виртуальную жизнь.
В ней мне хорошо. В ней нет незаслуженных оскорблений и беспросветной нищеты. И здесь — он.
«Я тебе снился?»
— Алисия, ты что застряла? — поторапливает Лиза. — Гости уже рассаживаются за стол, идем!
Так и не ответив, оставляю телефон на столике и спешу взяться за работу.
После завтрака гости разъезжаются по своим делам. К обеду не возвращаются, и у нас с Лизой после уборки гостевых коттеджей остается свободное время.
— У-у-у, — тянет Лиза, повернувшись к окну, — чей-то день явно не задался.
Подперев кулаком щеку, я бросаю взгляд за окно.
Через распахнутые ворота в наш скромный мирок врывается ураган по имени Инна.
Облегченный полушубок из какого-то невероятного пушистого зверя, топик, который скорее открывает, чем прячет выдающиеся достоинства, брюки, сшитые на заказ у модного кутюрье.
Цокая каблуками, подруга недовольно трясет копной пшеничных волос и идет прямиком к нам в служебный домик.
— Пипец, девочки! — пнув дверь, раздраженно бросает ключи от своего «Мерседеса» на столик и плюхается на диван. — Это полный декаданс!
Таких, как Инна, называют мажорками. Ее отец — известный бизнесмен.
— Что случилось? — спрашивает Лиза.
— Это был последний раз, когда я пошла на свидание с кем-то из этого долбанного приложения знакомств! — фыркает.
Мы с девочками решили провести эксперимент и все втроем зарегистрировались на одном сайте.
— Женатый попался? — вздыхает Лиза.
— Хуже! — топает каблуком. — На фотках-то ничего такой, симпатичный. На свидание позвал прогуляться. В метро. Ну, я вытрёпываться не стала, вы же знаете, что для меня главное — душа! А он явился с таким маленьким букетом цветов… Но я дала ему шанс. Сама оплатила для нас номер люкс…
— Какая ты смелая, Инна! — Лиза прикладывает ладошки к щекам. — И что дальше?
— А ничего! Маленький букетик… маленький член… — раздосадовано поворачивает ко мне лицо.
— Ну… хорошего помаленьку, — развожу руки в стороны с улыбкой.
— Капец! — снова фыркает Инна, растирая виски. — У меня уже депрессия начинается. Спасайте, девочки. Вы мне срочно сегодня нужны. Пойдемте со мной в клуб, там такая крутая тематическая туса намечается. Мне надо развеяться, иначе я окончательно потеряю веру в мужчин! За деньги не переживайте — я за все плачу.
— Вот ты фантазерка, — смеюсь. — Как же мы пойдем? У нас ведь работа.
— Дайте мне номер ваших сменщиц, я с ними договорюсь. Переночуете после клуба у меня, а потом как ни в чем не бывало по домам разъедетесь. Пожа-а-алуйста, девочки! Я без вас точно умру!
Инна немного взбалмошная, но добрая и искренняя. Просто ее мир очень отличается от нашего с Лизой, она не понимает проблем, с которыми мы сталкиваемся ежедневно.
— Ты ведь не отстанешь… — вкрадчиво говорит, вздыхая, Лиза.
— Неа! — улыбается Инна.
* * *
Наша двухсуточная смена с
