раны и мне так эгоистично хорошо рядом с ней, что я могу только сидеть рядом и сжимать её еще крепче.
— Он, конечно, сказал в контексте. Что я сама его выбрала, что нечего было гулять с ним, что видели все, и не может дочь полковника ему репутацию…
— Ах не может?! — резко вскакивает Арина. Кулаки её сжались, пухлые губы превратились в тонкую линию, на щеках румянец ярости. Богиня Ареса во плоти, — А дочь родную он предавать может?! Салдафон несчастный! — кричит, — Какой кошмар! С этим делать что-то надо, а не платье подвенечное подбирать! Иначе так и будешь, как мать, — в эмоциях указывает рукой на входную дверь, словно она там, — кивать да молиться, чтобы детей в приступе гнева не угробил!
— Арина, это родители мои, — срывается раньше, чем успеваю подумать.
— И что? Много ты добра от них видела? А может ты из этих, а, великие мученицы наступают?! — вскрикивает карикатурным голосом.
— Арин, прекрати! Своих родителей в приступе злости я в голове могу побуцать, но другим делать этого, уж прости, не позволю, — чеканю спокойно, — Выбирать не предлагали, каких уж бог послал! Но у меня был план, понятно? — подруга смотрит на меня, приподняв бровь, облокотившись на подоконник, — Хотела устроиться на подработку на последних курсах, поднакопить денег на первое время, закончить универ и всё! Я и в Киев-то приехала, чтобы отец достать не смог. Не думала, что они меня замуж выдадут уже этим летом! Легко мне думаешь? А в глаза Марку я как буду смотреть, а?! С кольцом на пальце?! — выкрикиваю, а после осознаю. Будь то исповедь, или вино, но что-то явно плохо влияет на меня: раньше я всегда умела сначала думать, а потом говорить.
Глава 22.3
— Марку? — Арина смотрит ошеломленно, непонимающе, но я вижу, как пазлы в её голове складываются и в глазах читаю понимание, — Марк Валентинович? Мистер классная задница? Неприступная шпага? Огонь девственных мечт?
— Может, просто спросишь, не наш ли это преподаватель?
— Таисия, Марк и наш сексуальный преподаватель- это…? — провокационно играет бровями.
— Да, — выдыхаю и залпом допиваю вино. Всё, что было засекречено перестало таковым быть, так что, что уж тут уже?
— Я требую сладкого продолжения, потому что все истории должны заканчиваться хэппи эндами!
— Неа, — подымаю вверх указательный палец, — не все. Наша- нет. Короче, мы встретились в Австрии, — Арина щурит глаза, а я вскидываю ладони, защищаясь, — кто он я не знала, честно! Понравились друг другу…
— Ну, понятно! Кому он не понравится, — хлопает в ладоши, а после тыкает в меня пальцем, резко вскинув голову, — Оо, так вот почему тебе резко стало плохо на паре!
— Ну да, я закончила всё в тот же день, — и предвидя скорое возвращение богини войны поспешно объясняю, — Нас мог увидеть Илья, рассказать всё отцу и тот бы испортил Марку жизнь.
— Ты вообще хоть имеешь представление, наивная Таисия, кто такой наш горячий пирожочек Марк?
— Финансовый аналитик, — вскидываю подбородок, будто гордясь, что владею этой информацией.
— Один из самых востребованных аналитиков на Родине- матушке и ведущий аналитик крупных компаний, в том числе и европейских. — Садится за стол, отламывая шоколадку, — Его заказчики — крутые денежные мешки и важные дяденьки. Такие, что папашке твоему и не снились, понимаешь? Неужели ты думаешь, что у красавчика Марка не хватит сил и связей прижучить твоего отца? Стоп. Или он не предлагал помочь? Он вообще ситуацию знает?
— Знает то, что парня мне навязали, но я это приняла, помощь предлагал… — прикрываю глаза, вздыхая, — несколько раз.
— Поздравляю, — протягивает мне руку, которую я не пожимаю.
— С чем?
— Ты дура в квадрате, подруга! Профукать такого мужика и тем самым подставить себя под удар! Одним патроном двух зайцев! Молодец!
— Послушай, ты передергиваешь!
— Нет, Тая, это ты послушай. Я понимаю, ты боишься, в твоей ситуации я бы тоже боялась! — берет мои руки в свои, убеждая, — Но твой папаша- полковник в Чернигове, а тут вообще никто. Ты сейчас превозносишь его, будто он всё на свете решает, но это не так!
— Я прекрасно осознаю, что мой отец не владыка планеты, но ты берешь возможности Марка и сравниваешь их с возможностями моего отца и тут всё верно, да! Но, во-первых, с Марком мы провели неделю, даже меньше недели и не факт, что он готов на помощь такого масштаба. Это же не просто ухажёра отвадить…
— Ты этого не знаешь! Он же предложил! — перебивает Арина.
— Да, наверняка не знаю. Но я не хочу рассказывать Марку ещё и потому что не хочу выглядеть жалко. Я ему понравилась, потому что я — это я, а потом что останется? Несчастная бедная девочка?
—Это глупо хотя бы потому, что Марк единственный, кто может помочь…— выдыхает, смирившись.
— Хорошо, допустим, он так благороден, что поможет и пускай, он сможет поставить на место моего отца. Но это только если они будут играть честно, — склоняю голову набок, — Скажи мне, подруга, какова вероятность, что человек, который сам подставил и сам наказал свою дочь будет играть честно? Правильно, никакой! Отец пойдет против него не из выгоды, а из принципа, что Леониду Жарову перечить нельзя и слово Леонида Жарова— закон! Он напишет любое заявление в полицию на Марка, и пусть всем будет ясно, что это бред, но журналисты полоскать начнут. Кому-то Марк рот закроет, а кто-то просто не захочет связываться, чтобы его кости не глодали собаки, — распаляюсь всё больше, — Он подпортит Марку репутацию, а я не хочу, чтобы так было с ним. Он этого не заслуживает, его это не касается, и он последний, кто должен это дерьмо расхлебывать! У меня была
