надо. Не моего ума дело.
Но все же некоторые фразы достигают моего сознания. Например, когда Мирослава кричит:
— Да я устала от твоих бесконечных шлюх, понятно?! И мама была права, когда тебя бросила!
Сердце сжимается при ее словах. Но я настраиваю себя не принимать все к нему близко. Это не моя война. Я и так натерпелась, пока пыталась помочь этим ребятам.
А теперь еще и должна Назарову денег.
И это самое ужасное!
Я ведь понимаю, что смогу отдать ему эти миллионы, только если перепродам душу кому-то другому. Даже если на нормальную работу устроюсь.
Когда шум спора чуть стихает, приглашаю спорщиков в кухню:
— Чай готов, — извещаю их тихо. — Пойдемте.
Глава 31
Кира
Эти двое правда соглашаются идти и выпить чая, хотя, если честно, я не надеялась. Мне самой просто нужно было на что-то отвлечься.
Правда вид у обоих такой, будто Назаровы дрались в моей комнате, пока я пыталась организовать для них чайную паузу.
Чаепитие проходит молча. Спорщики будто берут паузу.
Но я, на самом деле, рада, что все так вышло. Им нужно было поговорить и выплеснуть все. Особенно Мире.
Теперь остается только надеяться, что Артур ее услышит. Действительно услышит, как и должен поступать любящий отец. А в том, что Назаров любит свою девочку, я почему-то не сомневаюсь.
— А теперь домой, — сухо командует Артур, но весь его вид показывает, как мужчина сдерживается. Он кипит изнутри до сих пор. И я его понимаю!
— Я не хочу с тобой никуда ехать. Я останусь у Киры Дмитриевны жить, — заявляет девчонка.
А я не то, чтобы прям против, но я против. Так не должно быть, а моя квартира не хостел. Я сама тут на птичьих правах. Пытаюсь подобрать слова, чтобы тактично объяснить свой отказ, но Артур берет все в свои руки и делает это вместо меня:
— Быстро. Собрала. Свои. Вещи, — цедит он каждое слово.
Мира смотрит на меня, в поисках поддержки, но я только мотаю головой. Здесь я бессильна. Увы.
— Не поеду! — Мирослава все еще держит оборону.
— И что ты предлагаешь?! Здесь тебя оставить, чтобы вы еще в какую-нибудь хуйню вляпались? Мало что ли показалось?
Лично мне мало НЕ показалось.
— Так что быстро домой! На домашнем аресте на месяц! Нет, на два! Носа из дома не покажешь, поняла меня?
Мирослава жаждет что-то еще вставить, но отец не позволяет:
— Выполнять! — рявкает он и дубасит ладонью по столу так, что все чашки со звоном подскакивают.
Мире ничего больше не остается, как подорваться в комнату за вещами. Она при этом делает такое недовольное лицо, точно готова убить родного отца. Но все исполняет. И это главное. Еще найдут общий язык. Не все потеряно.
— Артур… — я хочу ему что-то сказать, но меня затыкают почти так же, как Мирославу несколько секунд назад:
— С тобой разговор отдельный будет! — рявкает Назаров на меня, и потому резко отпадает все желание с ним разговаривать.
Этот бешеный день окончательно высасывает из меня все соки. Я уже ничего не хочу. Только помыться и лечь спать. Даже думать не хочется, потому что, когда начинаешь, сразу осознаешь, что за жопа вырисовывается в жизни.
Когда Назаровы покидают мою квартиру, я выдыхаю, наконец. Нет, легче мне не становится, просто выходит немного расслабить натянутый внутри меня стержень.
Первое, что делаю, прячусь в душе. Мне так хочется хорошенько отмыться от случившегося, что сначала я просто долго стою под горячими струями, что обволакивают мое тело, а потом натираю кожу мочалкой до красна. Как в последний раз.
Жуткое кружевное белье вышвыриваю в мусорку. Пусть это символично будет означать начало моей новой жизни. И вместе с чужим лифчиком я оставлю в прошлом все переживания и невзгоды.
Может быть, Назаров даже простит мне долг. По крайне мере, теперь он знает, что деньги хозяину клуба задолжала не я, а это все меняет. В корне. А если нет… ну, пока я не хочу об этом думать.
Ложусь в постель и пытаюсь уснуть. Получается хреново. Точнее, совсем не получается. Пялюсь в потолок и все переживаю день заново. С самого начала. Когда только сказала нахалке директрисе, что увольняюсь.
Кстати, интересно, она меня все же по статье уволит? Или пронесет? Я ведь такое решение даже обжаловать не смогу, потому что реально ушла с работы без разрешения. А это прогул.
С другой стороны, я спасла Миру от тех уродов. Сама правда вляпалась, но это не о том.
Не знаю, сколько времени проходит. Наверное, часа два или даже три. За окном властвует глубокая ночь, а мне в дверь кто-то звонит.
Странно. Кого могло принести так поздно? Ведь я никого не жду.
Тихонько, на цыпочках подхожу к двери. Заглядываю в глазок.
Назаров.
Стоит.
Видит, что не открываю и начинает терроризировать звонок снова.
Приходится открыть, потому что, если сейчас он начнет громко стучать и горланить, может разбудить всех соседей. Те пожалуются хозяйке, а мне для полного счастья как раз не хватает еще и без квартиры остаться.
Артур по-хозяйски делает шаг через порог. Будто его тут ждут.
А я не жду. Честно. Хотелось хоть эту ночь провести без его физиономии и… члена.
Взгляд почему-то сразу падает туда, словно я правда бы хотела повторить.
— Иди сюда… — произносит Назаров даже нежно и тянет ко мне руки.
Не успеваю ответить, как оказываюсь придавленной к его мощному телу. Артур шарит по моей тонкой ночнушке руками, лаская спину и вот-вот норовит впиться губами в шею.
— Не надо… — прошу я. Пытаюсь как-то от него увернуться.
Но Назаров отступать не собирается. Толкает ногой дверь, и та с грохотом захлопывается.
— Хочу тебя, училка! — жадно шепчут его чувственные губы.
Его ладонь сжимает мою ягодицу. Нежно гладит ее, а затем прихватывает снова.
— Ты ведь тоже хочешь… не противься.
— Нет! — я все еще пытаюсь втиснуть между нами руки. — Я думала, мы…
«Мы все решили», — хочу произнести дальше, но мне не дают.
Артур наматывает на кулак мои разметавшиеся по сторонам волосы и резко тянет мою голову назад, причиняя боль и, в то же время, возбуждая.
Мне приходится чуть откинуться назад, и наши глаза встречаются:
— Как ни как сегодня я тебя купил, учительница… Так что, будь добра, будь хорошей девочкой.
Глава 32
Артур
Это был невероятно тяжелый день.
Еще утром все было так просто, а потом… потом все вывернулось наизнанку,
