и внутри что-то тёплое разливается. В его глазах решимость, забота. Он не отстраняется от моих проблем, а наоборот — берёт ответственность.
— Макс, я не могу на тебя всё это вешать...
— Можешь, — говорит он спокойно. — И будешь. Пока всё не решится. — Делает паузу. — А завтра пусть девочки приезжают. Я вам пиццу закажу, посидите нормально, поговорите.
— Спасибо, — говорю я тихо, и голос дрожит от благодарности. — Ты очень добрый.
— Ерунда, — отмахивается он, но в глазах тепло. — Зови девочек. И не переживай больше, ладно? Всё будет хорошо.
Я киваю, достаю телефон, набираю номер Лены, ухожу в комнату.
Она сразу чувствует тревогу в моём голосе.
— Марин, что стряслось?
— Лен, можете завтра вечером ко мне приехать? Адрес скину. И Олю позови. Надо поговорить.
— Конечно! А что случилось-то?
— Завтра расскажу. Очень важно.
— Хорошо, не волнуйся. Будем завтра к семи.
Следующий день проходит в тревожном ожидании.
На работе пытаюсь сосредоточиться, но мысли постоянно возвращаются к вчерашнему звонку детектива. Каждый незнакомый человек в офисе кажется подозрительным. Каждый взгляд — слишком долгим. Может быть, это паранойя, но я не могу ничего с собой поделать.
Вечером забираю Софу из школы, мы приезжаем к Максиму. Он уже дома, готовит что-то на кухне.
— Привет, — встречает он нас улыбкой. — София, как дела в школе?
— Хорошо! — отвечает она весело. — У нас сегодня урок рисования был, мы пейзажи рисовали!
Максим выслушивает её рассказ, задаёт вопросы. Я смотрю на эту картину и чувствую, как внутри теплеет. Такой простой, обычный вечер. Тёплый.
В семь вечера звонок в дверь. Иду открывать. На пороге стоят Лена и Оля — взволнованные, обеспокоенные.
— Марин! — Лена обнимает меня. — Что случилось? Я переживала!
Пропускаю их в прихожую. Они снимают куртки, и в этот момент из кухни выходит Максим.
— Привет, — говорит он, улыбаясь. — Я Максим. Очень приятно познакомиться.
Девочки смотрят на него с откровенным любопытством.
Я вижу, как Оля оценивающе осматривает его с ног до головы, а Лена изучает интерьер квартиры. В её глазах читается одобрение — квартира чистая, уютная, со вкусом обставленная.
— Очень приятно, — говорит Лена, пожимая ему руку. — Спасибо, что приютили нашу Маришку.
— Не за что, — отвечает он. — Проходите на кухню. Сейчас пиццу закажу.
— Какой заботливый, — шепчет мне на ухо Оля, когда мы идём по коридору.
Проходим на кухню. Садимся за круглый стол.
Максим достаёт телефон.
— Что будете? — спрашивает он. — Маргарита? С ветчиной и грибами?
— Всё что угодно, — машет рукой Лена. — Мы всеядные.
Оля тем временем продолжает рассматривать квартиру.
— У тебя очень уютно, Максим, — говорит она. — Сам обставлял?
— Сам потихоньку, — усмехается он, набирая номер пиццерии. — Когда развёлся, пришлось с нуля начинать.
Оля выразительно поднимает брови, подмигивает Лене.
Максим заказывает три пиццы, кладёт телефон на стол.
— Через сорок минут привезут. А пока угощайтесь салатами, там в графине сок.
— Спасибо, Максим, — улыбается Лена, накладывая себе салат. — Ну что, Марин? Что стряслось?
Максим подходит к двери, оборачивается на нас.
— Ладно, девочки, оставлю вас поговорить, — говорит он тактично. — Если что понадобится — зовите. Я буду в комнате.
— Спасибо, — киваю я благодарно.
Он уходит, и мы остаёмся втроём.
Девочки сразу наклоняются ко мне через стол.
— Ну что, подруга? — спрашивает Лена серьёзно. — Рассказывай. И сразу скажу — твой Максим просто красавчик. И такой заботливый!
— Он не мой, — говорю я быстро. — Мы просто друзья.
— Ага, конечно, — ухмыляется Оля. — Видно же, как он на тебя смотрит.
— Девочки, не об этом сейчас, — перебиваю я. — Слушайте. Толя нанял детектива.
Лена и Оля сразу становятся серьёзными.
— И этот детектив записал наш разговор в кафе. Тот, где мы обсуждали документы и переезд к Максиму.
Несколько секунд тишина. Потом Оля хватается за голову.
— Ох мы болтушки! — стонет она. — Ну надо же так! Марин, прости нас! Мы не подумали! — Это я виновата, — качаю я головой. — Не стоило о важных вещах болтать направо и налево. В общественном месте. Теперь Толя знает про документы.
— Но они же в банковской ячейке? — уточняет Лена. — Он к ним подобраться не сможет?
— Не сможет. Но всё равно теперь он в курсе. И знает, где я живу. И... — я понижаю голос до шёпота, — мне теперь страшно разговаривать где-либо. А вдруг и здесь прослушивают? Девочки переглядываются.
Мы продолжаем разговаривать шёпотом. Через полчаса наш разговор прерывает звонок домофона. Максим выходит из комнаты.
— Пицца приехала, — говорит он. — Сейчас открою.
— Макс, подожди! — вскакиваю я. — Главное, чтобы курьер в квартиру не заходил. Возьми у него пиццу, в коридоре.
Он смотрит на меня, кивает.
— Конечно.
— Правильно, Марин! — одобряет Лена, когда он уходит. — Никого в квартиру не пускать. Мало ли.
Максим возвращается с коробками пиццы. Ставит на стол, достаёт тарелки.
— Угощайтесь, девочки. А я опять к себе пойду.
На кухню заходит София, привлечённая запахом.
— Ой, пицца! — радуется она. — Можно кусочек?
— Конечно, солнышко, — говорю я, отрезая ей большой кусок.
Она берёт тарелку, садится с нами за стол. Мы замолкаем, пока она ест, переглядываемся значительно.
— Тёть Мариш, а что такое детектив? — спрашивает вдруг София.
Я чуть не подавляюсь пиццей.
— Это... жанр литературы или кино такой. Поищем с тобой потом в интернете про Агату Кристи. А еще есть такая профессия. Люди, которые расследования проводят, розыск, информацию собирают.
— Понятно. — София кивает, доедает свой кусок и убегает обратно в комнату.
— Эх, девочка, — говорит Лена тихо. — Чувствует, что что-то происходит.
— Поэтому и стараюсь при ней особо не говорить, — киваю я.
Мы продолжаем есть и тихо обсуждать ситуацию. Оля предлагает вообще не выходить из дома без необходимости. Лена советует сменить все пароли в телефоне и соцсетях — вдруг и их взломали.
— А ещё, — добавляю я, — я теперь боюсь говорить по телефону. А вдруг и его прослушивают?
— Господи, Марин, — вздыхает Лена. — Какой же он мерзавец. Довести жену до такого состояния...
София снова появляется на кухне — на этот раз за соком.
— Можно апельсинового? — спрашивает она.
— Конечно, — наливаю ей стакан.
Она выпивает залпом, улыбается нам и снова исчезает.
— Хорошо хоть ребёнок не тревожится, — говорит Оля.
К десяти вечера девочки собираются домой. Максим выходит проводить их.
— Было очень приятно познакомиться, — говорит он, пожимая им руки. — Приезжайте ещё. — Обязательно! — отвечает Лена. — И спасибо за пиццу!
— И за заботу о Маришке, — добавляет Оля, многозначительно на него глядя.
Он краснеет слегка, но улыбается.
Девочки обнимают меня на прощание.
— Держись, подруга, — шепчет Оля. — И если что — сразу зови нас. В любое время.
— Буду, — обещаю я.
Когда дверь за ними закрывается, я остаюсь в прихожей,
