что-то кричал мальчишкам, которые баловались в воде.
— Игорь? Мальцев? — позвал его Владимир.
— Вовка Истомин? — мужчина сразу узнал его, подошел, улыбнулся и пожал руку. — Привет, какими судьбами.
— Да вот, заехал по личным делам. Смотрю — знакомое лицо. Занялся тренерством?
Они были знакомы, учились в одном интернатеДаже одно время были хорошими соперниками, пока Истомин не оставил спорт.
— Ага.
— Ну и как?
— Да вот, малышней занимаюсь.
— Ничего себе, малышня, — усмехнулся Истомин. — А почему поло?
— Да так получилось. И мне нравится. Вот недавно, ездили на чемпионат среди юниоров, взяли первое место.
— Поздравляю, — Владимир искренне улыбнулся.
— Кстати, ты Светку Рогозину помнишь?
— Помню, — кивнул Истомин.
— Ее сын у меня тренируется. Вот, первый номер на шапочке. Молодец парень, из него получится толк.
Владимир уже давно глазами нашел Никиту и следил за ним. После слов Игоря в душе появилось приятное тепло, и он улыбнулся. И вдруг увидел внимательный взгляд старого приятеля, который явно заметил такие знакомые ямочки на щеках и подбородке.
— Твой? — прямо спросил тренер.
— Мой. Только вчера узнал, что он у меня есть, — тяжело вздохнул Истомин. — Не спрашивай, ничего ответить не смогу. Да и рассказывать особо нечего, одна сплошная жопа у меня в последние годы. Да и слышал ты, наверное, что посидеть мне пришлось.
— Слышал краем уха — бывший чемпион, ныне преступник. Я не верил, если что.
— Спасибо. Я не преступник, я идиот. Меня Светка из тюрьмы вытащила. Подставил меня мой бывший тесть.
— Хм, бывает, — хмыкнул Игорь. — Кстати, поплавать не тянет?
— Тянет, еще как тянет.
— Не вопрос. Приходи завтра. Я каждый день здесь с утра до вечера. Пользуйся моей добротой. Только в воскресенье отдыхаю. Ждать?
— Ждать. Когда тренировка у…, — он сбился, — у Никиты?
— С десяти до часу. Хочешь познакомиться?
Владимир кивнул головой, Игорь пожал плечами, мол — «пожалуйста, я все понимаю».
— Приходи. Я завтра пацанам скажу, что придет звезда спорта.
— Спасибо, но про звезду не надо.
Они попрощались и Владимир ушел. На душе таял вековой лед, который не давал ему дышать все последние годы.
Вечером он снова сидел в машине у дома Светланы, также проводил ее до самого подъезда.
— Спокойной ночи, Зена, — прошептал он ей вслед.
Потом он вернулся домой и крутился всю ночь, не в силах представить, как себя завтра вести с сыном. Уже под утро решил — будь что будет, и провалился в короткий сон, в котором он видел себя, Светку, как они сидят на зрительских трибунах и болеют за своего сына. И снова Светка, как тогда, кричит, срывая голос, поддерживая Никиту.
Несмотря на то, что поспал всего пару часов, но Истомин проснулся бодрым. Он нашел свои джаммеры, в которых неоднократно побеждал, свою счастливую шапочку с номером пять, кинул в пакет шлёпанцы, полотенце, и поехал в бассейн. Он хотел успеть до начала тренировки, чтобы вспомнить воду.
Игорь уже был на месте. Они даже вместе переоделись и устроили мини-соревнования.
— Туда-обратно? — спросил Игорь.
— Давай. Только я уже тучу времени не был в воде.
— Ничего. Растрясешь свой жирок. Пошли. На счет три старт.
Владимиру было трудно угнаться за Игорем, но он смог, не ударил в грязь лицом, хотя эта ничья далась ему напряженно.
— А ты молодец. Вот походишь ко мне, может и войдешь в команду ветеранов, — пошутил Игорь. — Ну давай, сейчас мои парни уже придут. Сейчас они в зале разминаются. Дисциплина у нас.
Игорь вышел из воды, обтерся и пошел переодеваться. А Владимир повис на бортике, стараясь унять сердце, которое спешило увидеть сына. Он появился в зале со своей командой. Мальчишки есть мальчишки, пусть им по четырнадцать-пятнадцать лет. Они с шумом попрыгали в воду, затеяли возню. Истомин наблюдал за ними и улыбался. Когда-то и они также устраивали чехарду в воде, стараясь утопить друга.
— Так, что за шум, — раздался свисток и окрик тренера. — Быстро — по десять кругов. И помните, я обещал Вам сюрприз?
— Да, — раздался хор голосов.
— Разрешите представить, мой друг, чемпион России, неоднократный призер, победитель всевозможных соревнований, заслуженный мастер спорта — Истомин Евгений Михайлович.
Головы мальчишек повернулись к Владимиру, который стоял у бортика и улыбался.
— Ого! Ура! Вот это да! — снова хор голосов.
— Если вы обгоните его за один круг, значит я не зря вас тренирую. Владимир, ты как? Осилишь, сможешь потягаться с моими бандитами?
Мальчишки, конечно, не смогли обогнать чемпиона, но были счастливы посоревноваться с ним. Среди мальчишек победил Никита. У Владимира на лице играла радостная улыбка, а Игорь понимающе развел руками, мол, а что ожидать от сына чемпиона.
— А Вы завтра еще придете? — спросил у него Никита, когда Владимир собрался выходить из воды.
— А ты бы хотел, чтобы я пришел?
— Конечно! Я еще маме расскажу, что видел Вас. У нас дома в ее кабинете висит плакат с Вашей фоткой. Вот она будет мне завидовать, — с какой-то детской непосредственностью проговорил Никита. А Вы знаете мою маму? Она тоже чемпион!
А у Владимира не осталось слов, словно теплая лапа обхватила его горло, не давая дышать. Он только улыбнулся мальчишке и ушел. Пока он стоял под горячими струями душа, к нему в душевую заглянул Игорь. Владимир поспешил подставить лицо под воду, чтобы друг не увидел его слез.
— Знаешь, тут и тест-ДНК не нужен. Когда вы в шапочках — одно лицо, только цвет глаз разный. Только слепой не увидит, что вы отец и сын. Я рад за тебя, если что. Отличный пацан. Гордись им. Не волнуйся, я ему ничего говорить не буду. Это только ваше со Светланой дело.
— Спасибо, друг. Я твой должник.
— Ты не мой должник, ты мой подопечный. Завтра не опаздывай.
Игорь ушел, а Владимир еще долго стоял под душем, чтобы вода смывала его слезы. Никогда он не плакал, даже когда отец отправил его от себя подальше, когда ему в драке сломали ребро и он пропустил первенство, когда он от перенапряжения свалился в душевой и выбил плечо перед Олимпиадой. А вот сейчас не мог сдержать слез. Он ушел из душевой, когда в нее начали заходить какие-то взрослые парни, которые пришли на тренировку. И кто-то из них узнал Владимира, он слышал, как шептали его фамилию, и грустно улыбался.
Глава 13
Целую неделю Владимир приходил в бассейн, тренировался. Мышцы гудели приятной уже забытой болью, но тело было благодарно ему. Он словно опять вернулся в то время, когда поднимался на пьедестал, его называли Олимпийской
