надеждой. Как давно он не был на воде, соскучился по этим ощущениям скольжения или полета, азарта. Игорь почти каждый день устраивал с ним небольшие поединки на коротких дистанциях, им обоим это нравилось. А еще нравилось мальчишкам, которые с восхищением наблюдали, как летят по воде два Мастера. И каждый раз они с охотой делали ставки, кто сегодня догонит самого Истомина. Чаще выигрывал Никита, чем Владимир неимоверно гордился.
— Знаешь, а Никита тянется к тебе, — сказал как-то Мальцев. — Когда вы стоите рядом я вижу ваше неоспоримое сходство. Во всем. Даже в повороте головы, движениях. У него даже твой коронный гребок. Хорошо, что они еще слишком малы, чтобы подмечать такие мелочи, да и головы заняты другим. Ты собираешься говорить ему о том, что ты отец?
— Хотел бы сказать, но не знаю, как он отреагирует, как отнесется к этому Светлана. Мы пока об этом не договаривались.
— Ладно, — вздохнул Игорь, — не буду лезть в ваши души. Но смотри. Лучше ты Никите раньше расскажи, пока ты для него Чемпион, иначе потом, когда он привыкнет к тебе в таком качестве, не известно, как примет тебя как отца.
— Да ты психолог, — невесело усмехнулся Владимир.
— Да, я спортивный психолог по образованию, — усмехнулся Игорь. — Но вот не захотел работать по специальности, взял ребят тренировать, это для меня ближе.
— Не знал. Спасибо, что помогаешь.
— А почему нет? Хоть ты и был засранец с замашками звезды, но никогда подлостей не делал, всегда болел за команду. И ты всегда тащил всех нас за собой. Может, я тоже кое-чего добился в спорте, когда хотел доказать тебе, что я тоже что-то могу. Может, это я сейчас отдаю тебе свои долги.
— Спасибо, — как-то глухо проговорил Истомин. Какое-то приятное теплое чувство спазмом сжалось у него в груди.
Не ожидал он, что когда-нибудь Игорь, с которым они вместе тренировались и учились в этом интернате, которого он поддержал на чемпионате России дружеским хлопком по спине, и который после этого занял второе место на короткой воде, станет для него другом.
— Ладно, я поехал, — сказал Владимир, выходя из тренерского кабинета. — Пора мне.
Сегодня он приехал в бассейн во второй половине дня ближе к вечеру, с утра не получилось. Но тренироваться спокойно не мог, не спокойно было на душе. Он не стал ждать окончания времени тренировки, собрался, зашел к Игорю перекинуться парой слов, и поспешил к офису Светланы. На улице уже наступали сумерки, когда он занял свой охранный пост. Телефон показывал начало восьмого. Светлана опять засиделась на работе. Он видел ее через окно. Мила уже упорхнула домой, притушив в приемной свет.
Владимир видел, как Светлана тоже закончила работу, выключила ноутбук, убрала в сейф какие-то бумаги, сложила в сумку вещи и собралась выходить. И в это время к офису подъехал темный джип с заляпанными гос. номерами. Из него вышли три здоровых качка в темной одежде. У одного в руках была бита — орудие гопников из девяностых. А следом за ними из машины вышла… Регина. Истомин чуть не задохнулся от злости. Они поднялись на крыльцо, дернули дверь, которая распахнулась чуть ли не с грохотом, от чего Регина нервно дернулась и быстро осмотрелась по сторонам. Владимиру даже показалось, что он слышит, как она зашипела на качка, что тот не мог обойтись без шума.
Владимир выскочил из своей машины с небольшой задержкой, пришлось под сиденьем нашаривать рукой монтировку, которая решила спрятаться от него в этот момент. Он выругался, нашел ее, схватил и побежал в офис, желая остановить их. И к своему великому ужасу увидел, как в это время туда вошел Никита, который непонятно откуда появился. Сердце Владимира сжалось от страха, что не успеет защитить своих родных. Эти страшные мгновения растянулись для него в вечность, Владимиру казалось, что он не успеет, умрет от боли, если со Светкой и сыном что-то случится. Двадцать метров от машины до двери офиса он преодолел за пару секунд, рванул ее на себя. В приемной стоял один из нападавших. Истомин, не раздумывая, нанес ему удар монтировкой по голове, мужик свалился на пол и затих. Для надежности он еще пнул его под ребра, мужик не дернулся. Все, один в отключке. Со стороны кабинета Светки раздавались крики, шум борьбы.
— Толя, держи ее, суку, я сама хочу разделаться с ней, — раздался визг Регины.
— Отпустите маму, — кричал Никита, которого успел перехватить один из уродов.
— Ах ты, щенок, — закричал верзила, которому парень стукнул ногой по голени. — Ну все — ты труп вместе со своей мамашкой.
Сама Светлана в это время, находясь за своим столом, используя его как преграду, отбивалась от здорового качка с битой в руке, который пытался ее схватить, а Регина прыгала перед ее столом, не давая ей обойти стол. Качок махал рукой, стараясь или ударить, или схватить, но Светке удавалось уворачиваться, кидалась в него бумагами, какими-то мелкими предметами, от которых он отбивался битой. С другой стороны к ней подбиралась Регина, которая верещала на весь кабинет:
— Бей ее суку, бей. Она должна сдохнуть, — у нее откуда-то в руке оказался нож, которым она делала выпады в сторону Светки и кричала. — Я сама тебя грохну. Ты сдохнешь, тварь.
Всю эту картину Владимир ухватил одним мгновением. Ни секунды не раздумывая, он нанес удар мужику, который держал Никиту в захват локтем за шею и душил, чтобы парень не дергался. Мужик отпустил парнишку и упал.
Регина резко обернулась, увидела Владимира, даже обрадовалась, ее глаза вспыхнули лихорадочным огнем.
— А вот и твой любовничек! И с ним я расправлюсь. Это все ты, тварь, виновата и этот урод, что посадили моего отца. Ты за все у меня ответишь прямо на глазах твоего любовника. Пусть он увидит, что со мной шутить нельзя. Не хотел по-хорошему, будет плохо всем вам.
Истомин рукой оттолкнул в сторону подальше Никиту, чтобы тот не мешался. Третьему мужику в это время удалось схватить Светку за руку, притянуть к себе, схватить локтем за горло, делая из не живой щит. Битой, которая была в другой руке, пытался достать Владимира. Он подставил монтировку, чтобы отбить удар, бита попала по запястью, монтировка выпала, но Владимир даже не почувствовал боль.
— Отпусти ее, живым останешься, — прорычал Владимир.
— Отпусти маму, — кричал Никита, который снова пытался броситься на помощь, но Владимир перехватил его и снова оттолкнул.
— Не мешай, — крикнул он сыну.
— Аа-а-а-а, — закричала Регина и бросилась к подельнику, который удерживал Светлану,
