и усиление. Если идут по всей стене, придётся разгружать участок, ставить временные конструкции и разбирать кладку по фрагментам.
— Северное крыло?
— Возможно.
— Центральный корпус?
— На первый взгляд лучше. Там другое основание и меньше следов осушения.
Лидия посмотрела на реку.
В дипломном проекте она предусматривала укрепление фундамента, но исходила из старых обмеров и поверхностных данных. Даже тогда вода казалась главным риском. Теперь стало ясно, что здание разрушалось не только от времени. Его уже пытались спасти дешёвым и быстрым способом, не понимая всей конструкции.
Поверх трещины наложили новую штукатурку.
В подвале установили насос.
В отчёте написали «удовлетворительно».
Дом простоял ещё двадцать лет, пока повреждение медленно уходило вглубь.
— Останавливаем все работы в северном крыле, — сказала Лидия. — Кроме обследований и противоаварийных мероприятий.
Сергей нахмурился.
— У нас там подготовка к расчистке.
— Людей выводим.
— Официального заключения ещё нет.
— Предварительных данных достаточно.
Он посмотрел на Романа, который как раз подходил к группе от главного корпуса.
Карелин был без каски. Тамара Аркадьевна молча протянула ему запасную, и он надел её без возражений.
— Что нашли? — спросил Роман.
Лидия объяснила.
Не смягчала формулировок, но и не драматизировала. Разрушение деревянных элементов основания. Пустоты в кладке. Возможная неравномерная осадка. Необходимость остановить подготовительные работы и расширить обследование.
Роман слушал, не перебивая.
— Стоимость? — спросил он.
— Пока неизвестна.
— Порядок?
Михаил назвал предварительный диапазон.
Сумма оказалась почти вдвое выше резерва, заложенного на укрепление основания первой очереди.
Роман посмотрел на Лидию.
— В вашем неблагоприятном сценарии было меньше.
— Потому что исходный отчёт не показывал повреждений такого масштаба.
— Значит, сценарий оказался недостаточно неблагоприятным.
— Да.
Она ответила без оправданий.
Карелин несколько секунд смотрел на шурф.
— Хорошо. Людей выводим. Обследование расширяем. Через неделю хочу варианты решений и влияние на этапность.
— За неделю полной картины не будет, — сказала Тамара Аркадьевна.
— Тогда предварительную.
— Это можно.
Роман повернулся к Сергею:
— Оформите остановку работ письменно. Без фраз «по устному распоряжению архитектора».
Лидия заметила, что он запомнил её старую привычку.
Когда остальные разошлись, Роман задержался рядом.
— Вы знали, что будет хуже отчёта? — спросил он.
— Подозревала.
— Насколько хуже?
— Не настолько.
— Если бы знали, предложили бы другую концепцию?
Лидия посмотрела на тёмные окна северного крыла.
— Нет. Но первую очередь пришлось бы сократить ещё сильнее.
— До чего?
— До речного зала, кухни, части центрального корпуса и временных павильонов. Гостиницу перенести дальше.
— Тогда экономика почти исчезает.
— Не исчезает. Отодвигается.
— Для банка это одно и то же.
— Для здания — нет.
Роман снял каску и провёл ладонью по волосам.
— Вы всегда выбираете здание?
— Нет.
— А сейчас?
— Сейчас у нас нет выбора. Можно вложить деньги в усиление или через несколько лет потерять крыло целиком.
Он кивнул.
— Готовьте расчёты.
Через пять дней цифры подтвердили худшие опасения.
Разрушение охватывало значительную часть северного основания. Необходимо было установить временные разгружающие конструкции, усилить грунты, заполнить пустоты специальным составом и частично перебрать кладку. На отдельных участках требовалось подведение нового основания небольшими захватками, чтобы не вызвать дополнительную осадку.
«Рубеж» подготовил три варианта.
Первый — минимальный, позволявший законсервировать крыло и отложить полноценное восстановление.
Второй — усиление с сохранением большей части существующей кладки.
Третий — частичная разборка наиболее повреждённых участков с последующим восстановлением.
Даже минимальный вариант увеличивал стоимость первого этапа почти на треть.
Роман собрал совещание в своём офисе. Кроме проектной команды присутствовали финансовый директор, представители банка и будущий оператор гостиницы.
Лидия показала результаты обследования.
На этот раз в презентации не было рендеров. Только схемы, фотографии вскрытий, графики наблюдений и расчёты.
Представитель банка, мужчина с сухим голосом и безупречно ровным пробором, долго изучал таблицу.
— Наше кредитное решение основывалось на прежней стоимости первой очереди, — сказал он.
— Прежняя стоимость опиралась на неполные исходные данные, — ответил Роман.
— Я не оспариваю причину. Я говорю о последствиях.
— Какие требования?
— Увеличение собственного участия заёмщика либо дополнительное обеспечение. Кроме того, после корректировки бюджета кредитный комитет пересмотрит проектные риски.
Финансовый директор Карелина придвинул к себе документы.
— Какие именно риски вас беспокоят?
— Проект ведёт недавно зарегистрированная студия без самостоятельной истории завершённых объектов.
Лидия не отвела взгляда.
Это было правдой.
— Генеральным проектировщиком является «Рубеж», — сказала Тамара Аркадьевна Широкова.
— Мы учитываем опыт «Рубежа» по реставрационной части. Но архитектурное управление и авторская концепция закреплены за отдельной организацией. При росте бюджета нам потребуется более сильное подтверждение способности команды завершить объект.
— Какое? — спросил Роман.
Представитель банка открыл подготовленный лист.
— Участие крупного проектного партнёра с завершёнными объектами сопоставимого масштаба. Он может войти в консорциум, предоставить корпоративную гарантию по части обязательств либо стать сопроектировщиком первой очереди.
В комнате стало тихо.
— Вы хотите заменить студию? — спросила Лидия.
— Банк не определяет состав команды. Мы формулируем условия финансирования.
— Ваша формулировка фактически означает, что моей истории недостаточно.
— История госпожи Вороновой как специалиста значительна, — ровно ответил банковский представитель. — История юридического лица отсутствует.
Он снова был прав.
Лидия могла показать пятнадцать завершённых проектов, свою подпись в документах и двадцать пять лет опыта. Но студия существовала несколько недель, имела три стола, одного штатного сотрудника кроме руководителя и единственный договор.
В профессии человек мог быть опытнее собственной компании.
Для банка это имело ограниченное значение.
— Какие организации вы готовы рассмотреть? — спросил Роман.
Представитель банка назвал критерии и передал список уже аккредитованных проектных компаний. Их было семь.
Лидия увидела знакомое название на третьей строке.
ООО «Сафронов и партнёры».
Она ничего не сказала.
Роман закрыл список ладонью.
— Мы рассмотрим варианты.
— До следующего заседания кредитного комитета две недели, — напомнил представитель банка. — Без подтверждения дополнительного обеспечения выдача следующего транша будет приостановлена.
После его ухода финансовый директор сразу начал говорить о перераспределении средств между проектами. Оператор гостиницы предложил сократить общественную часть и сохранить номера. Сергей Климов спросил, нельзя ли выбрать минимальную консервацию и вернуться к фундаменту позднее.
Тамара Аркадьевна ответила, что можно, если все готовы принять закрытое аварийное крыло на неопределённый срок.
Лидия слушала спор и понимала: впервые проблема не решалась одной профессиональной правотой.
Здание требовало денег.
Банк требовал гарантий.
Карелин мог увеличить собственное участие, но тогда ему пришлось бы
